– Сядьте вот сюда. – Джемайма заботливо обхватила его и отвела в угол, где торчала печная труба. – Здесь мы удобно устроимся. Роб, зачем вы поднялись? Подождали бы, пока я спущусь.

Роб сел на покатую крышу и оперся плечом о трубу.

– Не всегда стоит поддаваться страхам, – сказал он.

Джемайма пробралась поближе к нему.

– Наверное, я зря залезла сюда в таком красивом платье. Но здесь изумительно чистый воздух, прохладно и вид замечательный.

Роба проняла дрожь, и он закрыл глаза.

– Какой вы смелый. Вам лучше?

– Нет, мне очень плохо. – Роб приоткрыл глаза. – Поговорите со мной – это поможет.

– Правда, бал был чудесный? И столько всего произошло! – Джемайма засмеялась. – Когда Летти вылила на Огасту вино, я подумала, что все закричат «ура».

– Летти долго ждала своего часа, – Роб скривился. – Надеюсь, мы не часто будем встречаться с Огастой.

– Ваша бабушка была просто великолепна, – сказала Джемайма. – Какое величие! А герцог Мерлин! Он поставил Огасту на место. Очень забавно! – Джемайма вдруг посерьезнела. – Роб, мне очень жаль… ведь Огаста – ваша кузина, несмотря ни на что.

– У меня есть и другие родственники: бабушка и Летти… И вот теперь Джек…

Джемайма положила голову Робу на плечо и тихонько произнесла: – Мне за столько надо вас благодарить… За то, что по-дружески приветствовали Джека, и за то, что представили его бабушке на глазах у всех…

– Это – самое меньшее, что я мог сделать для него.

Волосы Джемаймы, такие мягкие и сладко пахнущие, задели щеку Роба.

– Когда Джек рассказал всем про Тилли, я поняла, что он уже говорил об этом с Летти, – сказала Джемайма. – Меня это очень удивило. Они встречались всего несколько раз, но, кажется, уже выяснили свои отношения.

– Иногда достаточно и одной встречи, – ответил Роб и улыбнулся. – Летти придется сражаться за него. Половина дам в зале хотели танцевать только с ним. Как он этого добивается?

– Джек – негодник, а дамам нравятся роковые мужчины.

– Но мне кажется, что Летти будет чувствовать себя с ним надежно.

– Пожалуй, вы правы. Но… – Джемайма задумалась. – Я уверена, что Джек любит Летти, а она – его, но их браку не бывать. Джек – мастеровой, и он не богат. Он намного ниже ее по положению.

Ваша бабушка никогда не согласится на их брак…

– Посмотрим, – сказал Роб. Он обнял Джемайму, а она прижалась к нему. – Бабушка отнеслась к Джеку радушно, и она его не выдала.

Джемайма подняла на Роба глаза.

– Разве она не узнала в нем грабителя?

– Узнала, – улыбнулся Роб. – Она несколько дней назад сказала мне, что грабитель – Джек. И еще она призналась, что наводила о вас справки. Я рассказал ей о том, как мы познакомились, но она уже знала об этом. Она все про вас знает.

– Значит, это была леди Маргрит.

– О чем вы?

– Джек приехал предупредить меня о том, что кто-то интересуется мною. Я недоумевала, кто бы это мог быть… – Джемайма вздохнула. – Выходит, она все знала, но ни словом не обмолвилась.

– Я верю в то, что она сказала на балу, – произнес Роб. – В тот день она спросила, люблю ли я вас, и когда я ответил, что люблю, она сказала, что это самое главное.

Он прижался щекой к щеке Джемаймы. Ее щечка была холодной от свежего воздуха. Как же спокойно и приятно сидеть, прижавшись к ней.

– Джек сказал мне, что Гарри Нейлор не был убит, – тихо проговорила Джемайма.

– Я слышал. – Роб поцеловал ее в макушку. – Я рад. У меня для этого много причин.

– Джеку крупно повезло, – сказала Джемайма. – Только заявился с повинной, как выясняется, что преступления не было. Роб, а что вы собираетесь делать с Ферди?

Роб нахмурился. Это ему еще предстояло решить.

– Не знаю. Я должен подумать, но не сейчас. – Он улыбнулся ей.

– Роберт, я не успела вам кое-что сказать. – Джемайма почувствовала, как он напрягся, и прижалась к нему покрепче.

– Ничего плохого… Мне нужно вас за многое поблагодарить. Когда вы кинулись на мою защиту, я… – она замолчала и закусила губу, – мне хотелось плакать. Я только тогда осознала, что люблю вас. А вы перед всеми заявили, и так красноречиво, как сильно любите меня…

Волна счастья нахлынула на Роба, и от избытка чувств он едва не задушил Джемайму в объятиях.

– Простите, что я так долго к этому шла. Вы проявили невиданное терпение.

Но у Роба больше не осталось сил терпеть. Он опасался, что, если это продлится еще какое-то время, он разорвется от страстной любви и неудовлетворенного желания. Он стал целовать ее, вкладывая в поцелуи вновь обретенную радость.