Когда Найл ужинал приготовленной кашей, сидя за грубым деревянным столом на первом этаже, прилетел Рикки и опустился на край стола.

Посланник Богини посмотрел на него вопросительно.

— Те пятеро останутся на ночь на берегу, — объявил Рикки, ничего не поясняя и не комментируя. Найл решил не лезть к нему с вопросами. Захочет — сам расскажет.

Требовалось решить только одну проблему: выставлять или не выставлять дозорных?

Найл склонялся к мысли, что на этом острове им ничего не угрожает. Как раз можно хорошо выспаться после тяжелых последних дней. Навряд ли бывшие жители деревни решат вернуться сегодня ночью, да и если станут. возвращаться, то придут к острову с воды, с той стороны, где на якоре стоит флотилия. А уж на судах-то точно будут дозорные. Или все-таки кого-то оставить? Например, из пауков и обладателей черных блестящих панцирей?

Найл вышел на улицу, уловив ментальные импульсы, определил, в каких домах разместились гигантские насекомые, и отправился в ближайший. Отдав распоряжение одновременно дежурить по одному пауку и одному жуку, он прогулялся до воды, искупался и вернулся в самый большой дом, где уже выбрал себе комнату на верхнем этаже. Стоило ему донести голову до подушки, как начальник отряда заснул.

Найл проснулся от того что его кто-то тряс за плечо.

— Посланник Богини! Посланник Богини! — говорил Пол напряженным голосом. — С Райсой что-то не то. Ее лихорадит, наверное, поднялась температура. Просто зубы стучат. У вас тут бывает лихорадка? Малярийные комары водятся? Может, это малярия?

Найл быстро откинул одеяло в сторону, натянул тунику и отправился вслед за Полом.

Но стоило ему переступить порог свой комнаты, как перед его глазами на мгновение вспыхнул голубой свет, и он внезапно почувствовал, что его по рукам и ногам сковала какая-то непонятная сила. Затем в ушах прозвучал голос, чем-то похожий на голос Великой Богини Дельты:

— Немедленно уходи отсюда. Забирай всех людей и оставляй девушку тут. Она уже не поправится, а вам надо уходить. Сейчас.

Голос замолк, сила, сковывающая Найла по рукам и ногам отпустила.

—Что с тобой было? — в ужасе прошептал Пол.

—Уходим! — приказал Найл. — Немедленно!

—Но…

—К Райсе не заходить. Буди Парона. Я сейчас разбужу Салли.

За окнами стояла ночь, но сон с Посланни-ка Богини, как рукой сняло. Он действовал быстро и решительно.

Ему пришлось довольно долго колотить в дверь блондинки, и он уже собирался ее взламывать, когда девушка наконец соизволила проснуться. Правда, отдать ей должное, соображала она мгновенно и поняла, что ее оставят на острове, если не подчиниться приказу. Салли выскочила на улицу даже до того, как все остальные участники путешествия еще не успели собраться. Рикки с вторым маленьким паучком опустились на плечи Посланника Богини.

— А где пятеро из ваших городов? — спросил у них Найл.

— Наверное, так и сидят на берегу, — ответил Рикки. — Но их следует взять с собой!

Рикки ничего не ответил, вместо этого они с подчиненным сели в свои шарики и полетели к месту, где были оставлены шлюпки. Найл не исключал, что они прямо оттуда перенесутся на корабли. Но он-то сам не мог бросить пятерых пауков на произвол судьбы. Что он скажет Правительнице, когда вернется? Что оставил пятерых именно северных пауков на каком-то необитаемом острове, а сам со своими восьмилапыми, двуногими и жуками отправился в дальнейшее плавание? С такими новостями можно просто не возвращаться. Да и Найлу еще требовались услуги и диспетчера, и лекарей. Без самок он, конечно, предпочел бы обойтись, но все равно не мог их бросить.

— Дравиг! — позвал Найл. — Мы должны забрать тех пятерых.

Старый паук подставил Посланнику Богини спину и понесся в сторону берега, где они оба в последний раз видели северных восьмилапых. Остальным членам отряда был отдан приказ направляться в сторону шлюпок, загружаться в них и начинать переправу. Б любом случае одновременно перевезти всех участников путешествия, сходивших на берег, было невозможно.

Они сразу же заметил Дориных фрейлин, лекарей и диспетчера. Берег был освещен звездами, ярко сиявшими на небе. Найл отметил, что звезд здесь гораздо больше, чем в той местности, откуда прибыл он, и что светят они здесь гораздо ярче. А вот Луны почему-то не было, или они просто попали в новолуние, а поэтому ни полумесяца, ни круга на небе не наблюдалось. Звезды отражались на темной глади океана, оставляя на воде дорожки; отсветы дорожек тоже падали на берег и на спины неподвижно сидевших пауков.

Правда, подойдя поближе, Найл с Дравигом увидели, что те не так уж и не неподвижны. Пятерых пауков трясло. Они дрожали мелкой дрожью и не очень адекватно соображали, как понял Найл, для начала подключившись к сознанию фрейлин.

Затем он решил подключиться к сознанию одного из лекарей, приказав Дравигу вступить в ментальный контакт с вторым. Лекари-то скорее могли сказать, что с ними со всеми случилось.

— Это лихорадка! — ментально кричали пауки-лекари. — Мы заражены! Этот остров отравлен!

Найл призадумался на мгновение. Пауки из его города не чувствовали никаких признаков болезни, все остальные участники путешествия — восьмилапые, двуногие, обладатели черных блестящих панцирей — собрались по первому его зову и отправились к шлюпкам.

Все, за исключением Райсы.

А Райса и все эти пятеро пауков втягивали в себя найденный в одной из ям белый порошок.

На том, чтобы его в себя втянули лекари и диспетчер, настоял маленький Рикки. Он также хотел убедить в этом Дравига и других пауков из города Найла, но Дравиг вовремя отказался.