–  Ты подтвердишь его слова?-спросил он.

–  Как же я могу подтвердить, если не знаю, о чем речь,-произнесла я так тихо, что сама едва расслышала свой голос, испуганный и растерянный. И это мой голос?

А еще бигару!

–  Мне хотелось бы услышать это от тебя самой.

Я разволновалась настолько, что даже позволила себе заглянуть за спину Марка:

–  Что ты наболтал Агриппа? Что ты еще выдумал?

Он только глаза вытаращил недоуменно, как всегда в своем стиле.

–  Отец действительно любит выдумывать истории, потому-то я и прошу тебя признаться во всем самой.

–  Да в чем признаться?!!

Я чувствовала, как меня заманивают в ловушку или хуже - готовят капкан с острыми зубьями. Чистосердечное признание облегчает наказание. Я в чем-то должна признаться. Осталось угадать - в чем именно, чтоб не попасть впросак. У меня началась нервная дрожь. Чтоб не видно было, как трясутся мои руки, я сжала их в замок за спиной.

–  Так что?-уже более настойчиво спросил Марк.

–  Я не сделала ничего плохого!

–  Позволь мне судить об этом!

Мне пришлось сделать громадное усилие, чтоб унять нарастающую дрожь. Слова подбирать было сложно, они так вязли в горле. Но я решила все-таки пояснить кое-что.

Кое-что, чтоб не потерять своего лица и только.

–  Что бы там не рассказал вам Агриппа, я хочу сказать. Я не считаю, что совершила нечто предосудительное или достойное осуждения. Я хочу остаться верной самой себе.

–  Не сомневаюсь, Юлия,-кивнул Марк.

–  Я - Скубилар.

–  Да. И ты верна себе. А мне? Своему хозяину?

Вопрос поставил меня в тупик. Он на что-то намекал или я стала слишком мнительной? Как я хотела сейчас же убраться от этих пронзительных глаз. Но тут, похоже, ему надоело играть в прятки, и он спросил напрямую:

–  Это ты устранила Лилин?

Так вот в чем дело! Я не смогла удержаться от вздоха облегченья. Он беспокоится о своей шпионке. А Агриппа решил-таки переложить вину на меня. Вот молодец.

Даруйте ему многие годы здоровья, о боги Эмброна!

–  Она увидела что-то? Или может быть - услышала?

Что ж, лучше уж рассказать эту правду.

–  Мы никогда не ладили с ней. Даже когда жили в Сате-Эр и были свободными… Мне не понравилось, что она шпионит за мной и… это вышло случайно… Мне нужно было ее утихомирить… Ведь так, Агриппа?

–  Ну-у,-замычал зачем-то он.

Да что такое?! Неужели ему в голову пришло, сочинить что-нибудь пострашнее. Я недоумевала.

–  Отец, прошу тебя..,-обернулся вдруг Марк назад.

Я не сразу поняла, о чем он. Но через несколько мгновений все стало ясно.

Агриппа встал и, не посмотрев даже на меня, выскользнул из кабинета. Я осталась наедине с Сагдором, и растерялась еще больше, так совсем не ожидала такого поворота событий. Чертов старик меня просто бросил.

–  Я знаю, что ты любишь меня,-сказал Марк сразу же после того, как стихли шаркающие шаги старика.
– Не понимаю, почему ты решила скрывать это.

Недоумение на моем лице появилось само собой. Наверное, потому, что я действительно была ошарашена. Так всегда бывает, когда полагаешь, что проблема уже решена, а она вдруг всплывает снова совершенно неожиданно и еще сильнее ошеломляет тебя и повергает в растерянность.

–  Или отец ошибся?

Что мне было ответить? Сказать, что Агриппа прав, что сказал своему сыну чистую правду, что я на самом деле влюбилась в Сагдора впервые и совершенно без оглядки?

А что будет? Или не думать об этом и просто прыгнуть в этот омут, положившись на судьбу? Я опустила глаза, пытаясь сообразить в то время, как мозг совсем отключился. Работали вовсю лишь чувства…

–  Ты необычная девушка,-говорил Сагдор.
– Я это сразу заметил, еще там, на охоте.

Ты меня заинтересовала, и не только тем, что похожа на мою погибшую невесту. То, что ты не могла быть ей, я догадался сразу - она совсем другая.

–  У меня и в мыслях не было заменять ее.

–  Да уж, конечно!-Он даже руками всплеснул.

–  Простите меня… Позвольте мне уйти…

–  Ну, нет! Подожди. Нам нужно выяснить все до конца.-Он подошел немного ближе.

–  Да что выяснять?! Позвольте, я все сразу объясню: да… Мне кажется, что я влюблена в вас. Только я ни на что не претендую и еще… Жизнь рифины для меня вовсе незавидна. Поэтому прошу, разрешите мне уйти и забыть об этом разговоре…

И вы забудьте, пожалуйста.

–  Мне это лестно, честное слово!

–  Что?

–  Бигару, загадочная, необыкновенная, и вдруг - влюблена и именно в меня.

Он решил позволить себе иронию в последней фразе. Хотел ли он просто разрядить очень напряженную атмосферу или на самом деле ему стало весело, только эта его насмешливость вывела меня из романтического оцепенения. Я подняла голову и посмотрела прямо ему в глаза.

–  Вот, вот -теперь я узнаю прежнюю Скубилар. Ты никогда не смогла бы стать рифиной, я это понимаю.