Однажды всех девчонок нашего класса (а училась я в обычной школе рядом с благополучными, неотмеченными сиротством детьми) отправили на осмотр к гинекологу. После того, как необходимая и неприятная процедура была завершена, нас попросили подождать в коридоре, пока заполнят карты. Девушки начали весело и бесстыдно обсуждать детали осмотра, делясь впечатлениями о своих малолетних сексуальных приключениях и о том, как они отвечали на вопрос "в каком возрасте ты…" и как при этом изумлялась престарелая докторша. Я обычно не вступала в такие разговоры, но мои одноклассницы наверняка считали, что мне-то уж, сироте казанской, точно есть, о чем вспомнить. Я не понимала своих ощущений: то ли завидовала им, то ли ненавидела за то, что они так легко относятся к тому, что для меня оставалось мистической тайной.

К нам вскоре вышла пожилая медсестра и, отдавая наши карты, произнесла фразу, за которую должна была бы получить строгий выговор. Она обратилась к девчонкам и обличающим тоном изрекла: "Вы все шлюхи!" Девицы прыснули в кулаки и захихикали.

Но тут сестра направила указующий перст на меня и добавила: "А вот она - молодчина!" Черт бы ее побрал! Если б знала она, что со мной сделала сейчас!

Просто-напросто убила! Опозорила на весь класс…

Оставалось совсем ничего до выпуска. Начинался апрель. После того случая в поликлинике, вечером я явилась домой к Степке. Он был один как ни странно.

–  Мне нужна твоя помощь,-заявила я с порога.

–  Всегда, пожалуйста.-Он был немного пьян от выпитой бутылки крепкого пива.

–  Ты должен лишить меня невинности,-решительно выступила я.

Надо было в этот момент лицо Куча. Он так вытаращился, что его и без того большие глаза едва не выкатились из орбит.

–  А че я-то?-спросил он шепотом.

–  А кто ж еще? Я же не могу пойти и предложить себя первому встречному,-ответила я громко, не желая превращать разговор в интимный. Настрой у меня был скорее деловой.

–  Не-е,- испуганно осклабился Степа.-Чего это тебе вдруг приспичило?

–  Ты сам говорил, что я засиделась в девках. И потом…-Я рассказала ему о происшествии в женской консультации.

–  Ну…- Куч задумался, собрав на лбу складки, и смущенно почесал затылок.-Ситуация неприятная. Я бы тоже почувствовал себя придурком.

–  Так я не тебя могу рассчитывать?

–  Не, Лиса. Я не могу.

–  Я что совсем уродина?

–  Да нет! И не в этом дело!

–  Ты меня не хочешь?

–  Ты же мне как сестра.

–  Ясно.

Я вышла, не прощаясь, и хлопнула дверью. Хоть и была я тогда настроена решительно, но где-то глубоко таила надежду, что Степка откажется. Во мне жила уверенность в том, что если между нами произойдет что-то этакое, я навсегда потеряю по-настоящему близкого друга. Поэтому я даже была рада, что он так мне ответил. Куч попытался догнать меня тогда, испугавшись очевидно, что я на самом деле сейчас отправлюсь себя предлагать всем подряд. Но я сумела сбежать от него.

Он решил, что я обиделась, потому что через несколько дней встретил меня неподалеку от школы и, долго не решаясь и болтая о чем-то постороннем и неважном, наконец, сказал:

–  Знаешь, я тут подумал. Ну, в общем, если уж ты… То лучше уж я, чем кто-то чужой… Короче говоря, я согласен.

Меня насмешили все эти его недомолвки и нетипичное для него смущение.

–  Ты о чем вообще?-спросила я наивно.

–  Как..,-опешил Степа.-Ты же сама говорила…

–  А-а, ты о том вечере, когда я решила расстаться с невинностью?

–  Ты что издеваешься?

–  Спасибо тебе, благодетель мой,-решила поиронизировать я.-Эта такая жертва с твоей стороны. Ну, ты просто герой.

–  Это шутка что ли была?

Видно было по его лицу, как у него отлегло от сердца. Он даже не разобиделся, как обычно бывает, когда я начинала над ним подтрунивать.

–  Нет. Тогда я не шутила,-сказала я совершенно серьезно.-Я просто передумала и решила блюсти себя до замужества.

Куч криво ухмыльнулся и, уходя от меня, на ходу бросил:

–  Дура ты совсем!

До замужества не получилось…

Я стерегла эту квартиру почти неделю. Следила за хозяином, одиноким, судя по всему, мужиком лет сорока, выясняла, когда он приходит с работы и может ли он появиться дома внезапно. Он был каким-то начальником или директором чего-то там.

У него водились деньги. И он был пунктуальным. Выходил из дома ровно в восемь и возвращался в шесть. Ничего непредвиденного не должно было случиться.

Уже год, как я не применяла свои альпинистские навыки, но легко проникла в его квартиру на пятом этаже через дверь. Сигнализации у него не было, я это выяснила заранее. Все шло гладко. Я быстренько собрала в карман все, что посчитала ценным, и направилась к выходу. На пороге я столкнулась лоб в лоб с хозяином, которого никак не должно было здесь оказаться в это время. Черт знает, за каким лешим ему понадобилось вдруг ни с того, ни с сего возвращаться на три часа раньше.