Лана не могла успокоиться. Состояние робота пугало ее. Еще никогда она не чувствовала такого беспокойства за кого-то, кроме себя. Еще никогда она так не боялась остаться одной. Даже тогда, когда упал катер, она не так была испугана, потому что просто не могла сразу поверить в реальность происходящего. А сейчас?

Сейчас все стало более определенным. Угроза, нависшая над ней и Марио, стала очевидной и ощущаемой.

–  Я сегодня же ночью пойду в лес!-подскочила она к роботу. Чтоб руки не дрожали, она сжала их в замок и держала перед грудью.-Я найду эту деталь!

–  Ее может там и не быть,-возразил он спокойно.-Или она будет неисправна.

–  Но нельзя же так сидеть!

–  Сегодня танцы.

–  Никто меня уже там видеть не хочет. Все шепчутся по углам и показывают пальцем в мою сторону.

–  А салигард?

–  Эйдар? Да он меня просто ненавидит. Я ведь сорвала его триумф.

–  Не ты, скорее, а я. Ты напрасно сказала, что ты умеешь лечить. Это вызвало подозрения.

Лана, наконец, присела на лавку под окном и уронила голову на руки.

–  Я так боюсь за тебя. Ты единственный близкий мне человек.

–  Ты упорно называешь меня человеком…

–  Позволь мне это!

–  В лес ты не пойдешь… Все-таки я твой отец..

–  Марио! Ты меня не остановишь! Я теперь знаю, какую деталь мне искать и где тоже помню. Сегодня же ночью я иду в лес!

–  Ворота на ночь закрывают.

–  Я проберусь через дверь в саду.

–  Это опасно.

–  Не опасней, чем ждать разоблаченья. Они решат, что ты демон и тогда… Я даже подумать боюсь.

–  Ты так изменилась…

Открылась дверь. Без стука. Здесь вообще было не принято стучать. Вошел слуга герцога и доложил, что Виланию ждут на празднике в честь победы Эйдара на турнире.

–  Скажите герцогу, что я прошу прощения, но не могу присутствовать, так как мой отец серьезно болен, и я должна быть с ним,-сказала Лана.

–  Ты напрасно,-вмешался Марио, но принцесса решительно взмахнула рукой.

–  Я не буду на празднике! Надеюсь, герцог, герцогиня и… достопочтенный победитель простят меня.

–  Ты изменилась, ваше высочество,-повторил робот после того, как слуга ушел ошарашенный.

–  Я княжна де Мадуфас, Марио,-решительно заявила принцесса.-Больше нет здесь высочества… И не будет уже никогда! Пока все будут на празднике, я постараюсь проскользнуть в сад, а оттуда в лес.

–  Там наверняка стража. Не забудь, мы почти в состоянии войны.

–  Надо рискнуть. Другого пути нет. Если кто-то из слуг снова появиться здесь, тебе придется что-то придумать.

–  И все-таки…

–  Марио! Я приняла решение…

Не давая ему больше говорить, Лана схватила плащ, накинула на себя и направилась к двери.

–  Постой,-остановил ее робот и достал что-то из-под своего плаща.-Вот возьми это.

–  Что это такое?

–  Это фонарь. Включается вот так. Я нашел его среди мусора, и он почти не работает. Светит тускло, но это лучше чем ничего. Ты же не можешь сейчас воспользоваться факелом.

–  Спасибо.

Она взяла фонарь и спрятала в узкий рукав. Некоторое время ей пришлось постоять, прислушиваясь, но в коридорах было тихо: все уже были на празднике. Стараясь не скрипеть дверью, Лана проскользнула на темную лестницу, освещенную лишь одним факелом где-то внизу у самого выхода, и стала спускаться почти на ощупь.

Башня, где жила принцесса со своим отцом была пуста. В ней находилось только еще несколько комнат для гостей ниже, в которых сейчас тоже никого не было. Это было на руку княжне де Мадуфас. Она, словно мышь, пробралась вниз по лестнице, едва слышно ступая в своих мягких башмаках по ступенькам. Прислушиваясь к шорохам, издаваемым грызунами, в большом количестве обитающими в башне, Лана спускалась к двери, которая должна была вывести ее во внутренний двор. Затем ей нужно было пересечь этот двор, пройти мимо конюшен, найти в южной стене лазейку, небольшой провал, который показала ей как-то Гизария, пройти сквозь него незаметно для стражи и, миновав сад, повернуть на восток к лесу.

Лана совершенно не представляла себе, как она будет искать какую-то деталь, о которой имела весьма приблизительное представление, в темном лесу, полном диких зверей. Но она была полна решимости и прекрасно понимала, что иного выхода нет.

Ей удалось выбраться за пределы замка незамеченной, так как ночь стояла темная, и даже звезд не было видно. В своей черной накидке она невидимой для часового миновала стену, пробравшись через проем, и легко затерялась в обширном и темном саду.

Чтобы достичь леса, нужно было пройти сад, а потом, огибая Грофстон, повернуть в лес, и стараясь быть как можно более незаметной, пробраться мимо селения крестьян, где принцессу могли учуять прирученные ими животные. Она шла очень быстро, запутываясь в густой траве и запинаясь за камни, оставленные здесь еще первыми строителями замка и заросшие мхом. Ей служил ориентиром лишь черный контур почти у самого горизонта. До того леса, где они с Асмабикой разбились, было не близко. Небо было темно, а лес еще темнее. Трава, по которой шагала Лана, была сырой, сырым и напряженным был воздух.