– Я что, должна была спросить его об этом? – Она снова начинала раздражаться. – Я просто убежала.

«Вот сейчас нужно все ему рассказать».

– Помнишь, когда ты купила меня, я сказал, что ты совсем не умеешь лгать.

Ксанча подняла на Рата полные страха глаза и неожиданно для самой себя быстро заговорила, словно хотела избавиться от мучивших ее мыслей:

– Это был Джикс. Я почувствовала запах масла в храме. Он привел меня в подземный склеп. Там были темнота и страх. Там были проход в Фирексию и Джикс.

– Ты говорила, что Джикса убили в Шестой Сфере.

– В Седьмой. Нас учили, что оттуда нет выхода.

– Опять фирексийские сказки? А ты уверена, что это был именно Джикс, а не кто-нибудь другой?

– Да.

– Он сделал тебе больно?

Ксанча отрицательно покачала головой, не желая описывать подробности неприятной встречи.

– Тогда в чем дело? И куда мы летим? Стой, я, кажется, начинаю понимать. Урза заставил нас уехать, а сам вернется в Эфуан и сразится с Джиксом…

– Нет. Я ничего не рассказала ему, – выдавила Ксанча.

– Ты встретила фирексийского демона под храмом Авохира и не рассказала об этом Урзе?!

Девушка покраснела и отвернулась. Рат обнял ее за плечи.

– Я понимаю тебя, Ксанча, – вздохнул он. – И не виню. Ты боялась рассказать ему правду. Ведь это Джикс подкупил Мишру, а тот слишком поздно все понял. Странно. Они боролись за камни, Урза победил, но не слышит их пения…

– Ты никогда не задумывался, почему ты слышишь камни?

– Только один – Камень слабости. Демон что-нибудь говорил об этом?

Ксанча вздохнула.

– Да. Джикс утверждает, что это он создал камни. А затем сказал кое-что о тебе.

«И об Урзе», – добавила про себя девушка, но вслух ничего не сказала. Ратип побледнел.

– Он мог прочитать твое имя в моем сознании. Я старалась быть осторожной, но потом случилось такое… – У девушки задрожали руки. Казалось, она вот-вот расплачется. – Он подчинил меня себе, Рат. И заставил пойти за собой. И я пошла. – Ксанча обернулась и ткнулась в грудь юноши. – Я сама пошла к своей смерти, но вдруг подумала о тебе.

– Обо мне? – Ратип пытался успокоить спутницу, ласково поглаживая ее по голове.

– Ты первый смертный человек, которого я узнала так близко. Ты… Мысль о тебе остановила меня на самом краю пропасти. Но в этот момент Джикс мог выкрасть твое имя из моей памяти.

– Что он говорил обо мне? Может, все это очередная ложь. Он говорил что-нибудь о Мишре и транах?

– Демон как будто знал, что я должна была найти тебя… то есть аватару Мишры…

– А о транах?

Девушка кивнула.

– Когда я вспоминала, что рассказывал мне Урза о битве транов с фирексийцами, Джикс рассмеялся и сказал: «Скоро он сам отправится к транам. Они вернут себе то, что принадлежит им по праву». Я запомнила эти слова очень хорошо и думаю, что он говорил о силовых камнях.

– Скорее всего, ты права. Камень слабости – это память. В большей степени память Мишры, а не Урзы. Но иногда я слышу в его пении и о транах. И знаешь, что я тебе скажу: я рад, что никогда не встречу живого Мишру, потому что он непременно убил бы меня. Это Камень слабости привел меня к Урзе, это он призывал аватару Мишры. Но он ненавидит фирексийцев, а в особенности Джикса.

– Часть Урзы не любит меня?

– Нет. Извини. Я хочу сказать, что Урза не доверяет тебе по вине Камня.

– То есть у Камня слабости есть свое мнение?

– Влияние.

Ксанча подумала о том, что каждый раз, когда они с Ратипом уединялись в ее комнате, Урза мог наблюдать за ними.

– А что ты узнал от Мишры о транах и фирексийцах?

– Они ненавидят друг друга лютой ненавистью. Но признаюсь тебе честно: когда я видел последнюю битву, я не смог отличить их друг от друга. Траны состоят из плоти и крови не больше, чем фирексийцы. Уверенность Урзы в том, что траны пожертвовали собой ради Доминарии, внушена Камнем. На самом деле это неправда.

– Возможно, когда-нибудь Урзе удастся вернуться в прошлое. Мне и самой хочется знать, что же на самом деле случилось на Койлосе.

Ратип задумался. Заложив руки за спину, он покачивался с пятки на носок, время от времени поглядывая на спутницу.

– Когда-то давно отец показывал мне старинные рукописи, – начал он издалека. – Там были карты старого Терисиара. Я могу вспомнить, где находится Койлос. Но нам придется перелететь через Море Скорби, а это очень опасно. Да и за девять дней мы вряд ли успеем… – Юноша заговорщицки посмотрел на Ксанчу.