— Или его неисполнения, — понимающе кивнул молодой член триумвирата. — А столица севера — это Санкт-Петербург. Понятно. Но ведь именно ты вместе с Изекилем истребил весь Северный Круг до последнего мага.

— С тех пор прошло семьдесят лет, Унслан. — Славутич сложил руки на груди. Он успел успокоиться, и голос его снова звучал тихим, вкрадчивым шепотом. — Круги Великих умеют не только умирать, но и возрождаться. Если алтарь круга намолен и сохранил энергетику, если люди не забыли столицу и удерживают ее в памяти своей, то возрождение может случиться в любой момент. Достаточно легкого толчка.

— Какого? — не удержался от любопытства Унслан.

— Какого… — На сей раз Славутич замолчал надолго, поглаживая шершавый стол, выпиленный из цельного дубового ствола. — Какого… Семь лет назад устал Великий Ахтар, и ты занял его место. Но ты не желаешь принимать энергию нашего алтаря, и влияние нашего Круга стало слабеть. Энергия ведь не идет в одну сторону, Великий. Люди делятся ею с нами, напитывая наши силы, а мы своею силой собираем вокруг себя страну. Ахтар ушел, Круг не получил замены, и границы начали осыпаться. Я не знаю, может быть, Изекиль хотел именно этого, но все семь лет мы не получаем из Петербурга ничего. Он больше не наш, он замкнулся. И если там оказался достаточно сильный маг, родившийся на русской земле, Северный Круг вполне мог возродиться. Если это так, к две тысячи четвертому году белый витязь из Петербурга вполне способен заслонить трон. Вряд ли это понравится Великому Изекилю.

— Какое приятное открытие. Оказывается, Великий Славутич решил помочь мне в воспитании ученика? — Третий член триумвирата пересек зал и сел за стол. — Продолжай, мне тоже интересно услышать что-нибудь новое.

— Из нового могу сказать, Великий Изекиль, — старик надвинул капюшон, — что я вытащил Пустынника из СИЗО и наш гость уже в Москве.

— А Око?

— Око осталось в Петербурге.

— Это плохо. — Изекиль вздохнул. — Я думаю, оно опасно. Оно может попасть в руки врагов. Того же Северного Круга, если он действительно возродился.

— Я сделал кое-что, Изекиль. Теперь тамошний следственный отдел очень долго не отдаст его кому бы то ни было.

— Я верю тебе, Славутич, — блеклые пальцы третьего Великого крепко сжали подлокотники кресла, — но мне очень не хочется рисковать. Насколько я помню, Око позволяет заглянуть в душу любого существа и познать все его тайны. Что будет, если маги Северного Круга все-таки доберутся до него и используют против нас?

— Северного Круга не существует, Изекиль. Мы уничтожили его до последнего знахаря.

— Да, славное было время, — сладострастно втянул в себя воздух Великий. — Под нож ушли все: от великих мудрецов до последнего астролога и предсказателя. Но с тех пор прошло семьдесят лет. На севере подросли новые маги. Я даже могу назвать десяток имен юных умельцев.

— Половина из которых уже успели продать тебе душу.

— Да, это так, Славутич. Они знают, кому будет принадлежать мир в следующем веке. Сколько можно цепляться за прошлое?

— Так чего же ты боишься, Изекиль?

— Того, что глупцы, пользуясь Оком, смогут распознать тех, кто предан лично мне. Ты обманывал меня уже дважды, Славутич. Обманул с тем чахлым семинаристом, обманул с южной жатвой. Я не хочу попасться в ловушку третий раз.

— Заключая с тобой договор, Изекиль, — погладил стол Славутич, — мы с Ахтаром обещали отдать тебе свои места, а не души людей. Мы не торгуем мертвечиной.

— Ты вовремя вспомнил про Ахтара, друг мой, — Великий сложил руки на груди. — Я терпелив, я умею ждать. И вот уже Ахтар устал, и вместо одного места в Круге я имею два. А ты — только одно. И тебе больше не удастся переломить судьбу. Ваше время ушло, старик. Люди умирают всегда. Чем больше их рождается, тем больше умирает. Они любят умирать. Умирать сами и убивать других. Поэтому я всегда буду сильнее вас, старики. И не забывай, что именно я поддерживаю магическую защиту Круга. У тебя на это уже очень давно нет возможности.

На этот раз Славутич не ответил, и в обширном подземном зале надолго повисла тишина.

— Скажите, учитель, — наконец разорвал ее Унслан. — Если у вас есть на севере слуги, почему не поручить им разузнать про Северный Круг?

— Все не так просто, — ответил Изекиль. — После ухода Ахтара, после появления в Петербурге этого странного профессора северяне совсем перестали молиться Москве. Мы теряем не только энергию, но и уверенность в преданности севера. Тамошние слуги не могут сообщить ничего внятного. Либо Северного Круга действительно нет, либо… Либо он слишком хорошо прячется. Северные маги моего клана слабы, а более опытные, которых мы посылали от имени нашего Круга, почему-то всегда пропадают. О Пустыннике Славутич хотя бы успел вовремя узнать. Но теперь в Петербурге осталось Око… Нет! — решительно закончил он. — Ока нельзя оставлять северянам. Это слишком опасно.

— Оно уже там, — напомнил Славутич.

— Ничего, — успокоил его Изекиль. — На Око у моих слуг силы хватит.

— А-а, массажист, — поднял Нефедов голову на вошедшего Дикулина. — Ну, садись. Помнишь, мы вчера на два пива спорили, что так просто дело не кончится? Вот полюбуйся, сегодня экспресс-почтой принесли.