Магоцци оглядел собственный жалкий двор – парочка грязных луж после вчерашнего дождя, несколько отважных одуванчиков, несколько елок на разных стадиях умирания. Мельком время от времени вспоминается, как это выглядело до развода. Кругом цветы, настороженный луговой мятлик, который Хитер ежедневно запугивала острыми инструментами и суровыми взглядами, стараясь привести в подчинение. Она умела подчинять и запугивать – даже вооруженного мужа.

Магоцци дошел до второй кружки кофе и почти до спортивной страницы газеты, когда на подъездную дорожку влетел фургон «вольво», откуда выскочил Джино Ролсет с огромной сумкой-холодильником и пакетом из гастронома. Живот испытывает на прочность широкую багамскую рубашку, мясистые ляжки выпирают из чудовищно безобразных штанов-бермудов.

– Эй, Лео! – Джино взбежал на веранду, бросил сумку. – Несу в подарок животную плоть и перебродившее зерно.

Магоцци вздернул темную бровь.

– В восемь утра? Признайся, что Анджела, в конце концов, дала тебе коленом под зад. Если так, то я ей позвоню, предложение сделаю.

– Не думай, не мечтай. Чистая благотворительность. Старики повезли Анджелу с ребятишками в кустарные мастерские в торговом центре «Мейплвуд», так что у меня свободное воскресенье. Решил приобщиться к твоей серой жизни.

Магоцци встал, заглянул в сумку:

– В какие кустарные мастерские?

– Ну, знаешь, ларьки, где делают всякую белиберду из старых продуктовых упаковок и прочей дряни.

Магоцци покопался в сумке, вытащил пакет с тошнотворными с виду толстыми серо-белыми сосисками.

– Что это? Похоже на твои ноги.

– Сырые колбаски, доставленные прямо из Милуоки, пигмей. Где гриль?

Магоцци махнул рукой на старую заржавевшую жаровню в углу веранды.

Джино толкнул ее ногой, она рухнула.

– Неси скотч.

Магоцци взвесил на ладони темно-оранжевый кусок сыра.

– Двенадцатилетний чеддер? Нелегальный?

Джино ухмыльнулся:

– Обещаю, взвоешь от счастья. Раздобыл в грандиознейшей сырной лавчонке в округе Дор. Кто-то позабыл в чулане кружок, через двенадцать лет обнаружил, на фут заросший плесенью. Нирвана, друг мой, чистая нирвана. Потрясающе, что может сделать корова вместе с несколькими бактериями.

Магоцци понюхал и сморщился.

– Угу. Видя корову, всякий раз думаю: хорошо бы поймать пару-тройку бактерий и действительно что-нибудь сделать. Зачем ты сунул папку в сумку-холодильник?

– Дело холодней покойника.

– Очень смешно.

Джино приподнял гриль, от которого в облаке ржавчины отвалилась еще одна ножка.

– Одно из девяноста четырех. Я подумал, что стоит взглянуть, знаешь, просто на случай, если когда-нибудь в этом городе еще кто-то кого-то убьет. Слышал о деле Валенского?

Магоцци сел в кресло, открыл папку.

– Более или менее. Водопроводчик?

– Он самый. Семь выстрелов, три в такие места, о которых даже думать не хочется.

– Водопроводчики слишком много берут.

– Можешь мне не рассказывать. Но этот был почти кандидатом в святые. Поляк, умудрившийся пережить войну, эмигрировал в старые добрые Соединенные Штаты Америки, занялся бизнесом, женился, родил троих детей, стал диаконом своей церкви, предводителем скаутов, полностью осуществил «американскую мечту», а потом истек кровью на полу собственной ванной, когда кто-то превратил его в мишень, как на стрельбище.

– Есть подозреваемые?

– Нет, черт меня побери. Согласно протоколам опросов, его все любили. Дело заглохло примерно через две секунды.

Магоцци хмыкнул, бросил папку на пол.

– Нормальные люди в свободное воскресенье найдут себе другое занятие, например посидеть на скамеечке у озера Калхун, пересчитывая бикини.

– Правильно, но я борец с преступностью и преследую высшие цели. – Джино задумчиво провел рукой по густым светлым коротко стриженным волосам. – Вдобавок для бикини еще слишком рано.

Пока Магоцци склеивал липкой лентой ножки гриля, раздался звонок. Джино, разгружавший в доме сумку-холодильник, выскочил на веранду.

– Слушай, хочешь увидеть труп?

Магоцци нахмурился, сидя на корточках.

– Который ты на моей кухне нашел?

– Нет. Принял телефонный звонок. В диспетчерскую сообщили о настоящем убийстве. В питомнике в Верхнем городе. Жена владельца нашла его рано утром перед теплицей, заподозрив инфаркт – ему почти восемьдесят пять, что еще может случиться с мужчиной в таком возрасте? И поэтому вызвала похоронщика. Тот обнаружил в черепе пулевое отверстие, набрал 911.

Магоцци с тоской покосился на гриль и вздохнул.