– Там крохотная вмятина.

– Деталь до знакомства со мной была целой, и я должен…

– Ничего вы не должны!

– Как же так?

– Просто.

– Нет, хочу оплатить расходы…

– Не надо!

– Избавить вас от нервотрепки…

Мое терпение лопнуло:

– Сделайте одолжение, избавьте меня от себя! Навсегда!

– Вы все-таки сердитесь. Ужасно! Я не способен жить с чувством вины, – продолжал ныть Андрей.

Тошнота подобралась к горлу, потом заболела голова.

– Убедительно прошу вас больше не звонить. Страховая компания без проблем уладит это недоразумение. У меня было тяжелое утро и напряженный день, очень устала…

– Бедняжка! – с искренней жалостью отреагировал Андрей. – А тут еще проблема с капотом. Давайте угощу вас шашлыком? Знаю великолепное местечко, там мясо готовят на открытом огне, оно получается замечательно вкусное, с дымком…

Дослушать Андрея я не сумела – перед глазами возникла обгоревшая избушка Раисы, нос как будто снова уловил запах гари. Забыв про телефон, я припарковалась и бросилась к обочине. Желудок прыгал у горла, футболка прилипла к спине, по лбу тек пот… Давно мне не было так плохо! Минут через десять я вернулась в машину, достала бутылку минералки, умылась, вытерлась бумажными носовыми платочками и попыталась унять дрожь в ногах. Интересно, почему меня вывернуло наизнанку? Может, отравилась? Но чем? Ведь не булкой же, съеденной в добротеевской больнице?

Телефон опять зазвонил.

– Да, – еле слышно произнесла я, – слушаю.

– Это Андрей. Что случилось? Разговор внезапно оборвался, я испугался!

– Все в порядке, просто устала.

– Вы заснули за рулем!

– Нет.

– Фу! Прямо задрожал весь, когда представил…

– Андрей, мне некогда.

– Понял, понял. Куда приехать?

– Никуда.

– Вы сердитесь! О, нет!

И тут на меня навалилась злоба.

– Отстань! Прекрати названивать! Довел до обморока! Меня от тебя тошнит! Голова кругом из-за Ларисы Корольковой идет, а тут еще ты! Отвали!

Закончив тираду, я снова схватилась за бутылку с водой.

Стараюсь не хамить людям, но этот Андрей на редкость бесцеремонен: сто раз просила его оставить меня в покое и не добилась успеха. Телефон снова ожил, я опасливо взглянула на экран. Очень хорошо запомнила номер приставалы и сейчас не отвечу, если звонит опять он. Но нет, на дисплее высветились совсем другие цифры.

– Алло, – стараясь говорить обычным голосом, ответила я.

– Это Андрей.

– Вот черт! – вырвалось из груди. – А номер чужой.

– Звоню с другого аппарата, – простодушно пояснил мужчина. – Подумал, вы не захотите ответить, небось имеете определитель. Правильно ли я понял: вы не желаете принять мою помощь?

– Да. Спасибо за предложение.

– Ладно. Тогда еще вопрос. Вы сказали: «Голова идет кругом от Ларисы Корольковой».

– Верно, – сухо ответила я.

– Вы не о Ларе Корольковой говорили?

Более глупого вопроса и представить нельзя.

– Вы очень догадливы, – ехидно ответила я, – именно о Ларисе Корольковой.

– Так она умерла! В психбольнице! Разве не знали? – зачастил собеседник. – И чем она вам так досадить могла? Юлька получила извещение на бланке, нет Ларки!

В моей голове прояснилось, тошнота отступила. Я сразу вспомнила милую Юлечку, владелица двух котов. Когда пьяный Андрей ввалился в ее квартиру, девушка обронила фразу: «Это мой бывший жених».

– Вы знали Ларису Королькову? – выкрикнула я.

– Конечно.

– Мне необходимо с вами встретиться.

– Ой! Вы согласны? Называйте место!

– Строгино подойдет?

– Уже лечу.

– Стойте! Я же не сказала куда, не назвала улицу, район большой.

– Действительно, – засмеялся Андрей. – Ну не дурак ли я?

– Там есть кафе «Дружок», оно находится…

– Знаю, – нетерпеливо перебил собеседник, – у меня в Строгине сестра живет.

Включив поворотник, я вырулила на мост, ведущий через МКАД, застряла в небольшой пробке и, чтобы наверстать потерянное время, решила срезать путь.

Вождение машины в Москве легко можно приравнять к занятиям экстремальными видами спорта. Аркадий, например, включив незаконно поставленные спецсигналы, скачет по трамвайным путям, нагло вылезает на «встречку» и почти всегда нарушает скоростной режим. Мне его поведение не нравится, сама я робкий, даже боязливый водитель, к тому же «Пежо» просто не способен преодолеть высокие бордюры. Я предпочитаю действовать иным способом: выучила назубок карту, знаю проходные дворы, где юркая малолитражка даст фору навороченному джипу.

Вот именно поэтому я сейчас не покачу по центральной магистрали – там видимо-невидимо спешащих автомобилей с нервными и злыми водителями, – а сверну вон в тот дворик (мало кто знает, что он проездной), возьму левее и выскочу на нужную улицу. Страшно довольная собой, я завертела рулем и в два счета оказалась около кафе. Андрей уже сидел за столиком и при виде меня вскочил, начал суетиться:

– Вам удобно будет у окна? Или хотите на мое место? Не дует? Не жарко?

Я повесила сумку на спинку деревянного полукресла и велела: