Мистер Оливер поджал губы.

— Нужно быть идиотом, чтобы приходить к людям с такими разговорами, а? Я хочу сказать, не будете же вы посвящать в такие дела совершенно незнакомых людей, ну, вы понимаете, что я имею в виду?

— Ай-ай, — огорченно говоришь ты. — Значит, вы не…

— Нет, я вам ничего не ответил. Я просто говорю, что надо быть осторожным, понимаете?

— Ага, — говоришь ты, кивая. — Да. Да, конечно. Конечно, надо быть… осторожным. Я понимаю. Я вас понимаю.

— Покажите, что вы принесли, а? Мы посмотрим, а потом решим, так?

— Да-да. Вы правы. Конечно. Ах да, то, что я принес, ммм, ну, это только часть целого, просто показать вам, но по этой части можно… можно получить достаточно полное представление…

— Видео, да?

— Да, правильно. На видео.

Ты отщелкиваешь замки портфеля и вынимаешь оттуда часовую видеокассету, ставишь портфель на пол рядом, поднимаешься и протягиваешь ему кассету.

— Так.

Он берет кассету и направляется к видеомагнитофону. Ты остаешься на месте.

Кассета не хочет вставляться, ты слышишь, как стонет механизм магнитофона. Мистер Оливер наклоняется, чтобы понять, в чем дело. Ты подходишь к нему сзади.

— Что-то не в порядке? — спрашиваешь ты.

— Да, кажется…

Кассета не вставляется, потому что ты намертво заклеил шарнирную створку, прикрывающую ленту. Мистер Оливер не успевает закончить свою фразу — ты наносишь ему сзади удар дубинкой по голове. Но когда ты замахнулся, он уже начал поворачивать голову, и удар получился скользящий.

Он падает на бок, пытается одной рукой ухватиться за что-нибудь, но только сдвигает проигрыватель компакт-дисков и усилитель.

— Что?.. — говорит он.

Ты с силой бьешь дубинкой ему по лицу, ломая нос, а когда он падает, ударяешь его ногой в пах. Он, лежа на боку, складьгеается пополам, хлюпает, глотает воздух.

Ты с опаской оглядываешься — не появится ли откуда-нибудь, размахивая бейсбольной битой, дюжий слуга, вторая твоя рука — в кармане — сжимает браунинг, но никто не появляется. Ты наклоняешься и бьешь мистера Оливера дубинкой по затылку. Он обмякает.

Ты заламываешь ему руки за спину и застегиваешь наручники, потом идешь к своему портфелю за тем, что тебе понадобится.

Наконец все закончено, видеокамера подготовлена, и тебе остается только ждать, когда он придет в себя. Ты идешь к входной двери, запираешь замок и накидываешь цепочку, затем обходишь квартиру, убедиться, что там никого нет.

Спальня мистера Оливера вся в дереве, меди, мехах и красном бархате. В стеклянном шкафчике коллекция всяких военных побрякушек, «Ваффен СС». На книжной полке множество книг о нацистской Германии и Гитлере. Личная видеотека мистера Оливера хранится в платяном шкафу, отделанном под орех и тик. Под персидским ковром большой вделанный в пол сейф с кодовым замком.

Ты приносишь более-менее представительную выборку видеозаписей в гостиную, где мистер Оливер, все еще без сознания, сидит, чуть сгорбившись, скованный наручниками и привязанный к обитому кожей хромированному стулу, который ты принес из второй спальни. Ты заткнул ему рот носком и шелковым шарфом, захватив их из его спальни. Его правая рука крепко привязана к отделанному кожей подлокотнику стула. Ты снял с него кардиган и засучил рукав рубашки.

Дожидаясь, когда мистер Оливер придет в сознание, ты просматриваешь видеозаписи, которые принес из его спальни.

На некоторых — групповое развращение детей; в основном мальчиков и в основном из Азии или Южной Америки. На других — в помещениях, похожих на тюремные камеры, ослы и другие животные покрывают женщин. У всех наблюдающих за этим мужчин — усы и военная форма. Похоже, что это вторые или третьи копии; изображение не очень четкое, чтобы можно было сказать на все сто, но тебе кажется, что форма иракская. На двух-трех кассетах, очевидно из того же источника, людей — мужчин, женщин, детей — пытают утюгами, фенами для сушки волос, щипцами для завивки и тому подобным. Непосредственно убийств здесь нет, но тебе интересно, что же хранится в сейфе под ковром.

Мистер Оливер начинает стонать сквозь кляп, и ты надеваешь свою маску гориллы. Дождавшись, когда он откроет глаза, ты включаешь маленькую видеокамеру «Сони». Вынимаешь из портфеля газовый баллон, поворачиваешь клапан и дышишь.

— Мистер Оливер, — говоришь ты нелепо высоким детским голосом, — с возвращеньицем.

Он смотрит на тебя широко открытыми глазами, затем на видеокамеру, установленную на маленькой треноге на кофейном столике.

Ты еще раз дышишь гелием.

— Вы сыграете главную роль на собственном видео, забавно, правда?