— Не выпустят.

Задумались.

— Мы что-то пропустили, может не туда пошли, — заметила Яна. — Со мною часто так бывало: вижу одно, а чувствую другое. Вроде чушь, чему тут верить? Чувствам? Интуиции? А получается, что именно она права. Метаморфоза, однако. Слушай, будь-ка осторожен и за меня голову не спеши подставить. Не стоит. Мне б только Алю вытащить, если еще не поздно, и возможно, а остальное — ерунда. У меня есть предложенье — разделимся…

— И не проси.

— У Геустиса свои планы и их труднее разгадать. Одно я знаю точно, нас выпускать не думает он — не самоубийца же. А со мной ты в опасности, я, а не ты — балласт. Если б ты пошел один, реальный шанс бы был вернуться домой. Ты быстрей меня пройдешь круги. Я медленней тебя и недалека, еще мне Алю нужно отыскать. Любое промедление опасно.

— Да, я опасен для тебя.

— Наоборот.

— Нет. Кто ты? Глупейший человечек, который не стоит ничего. На тебя и время, и силы тратить не станут — смысл? Сама погибнешь. Оставь тебя одну и каждый из гарон подумает, что не пройдешь и шагу. А пропадешь или выйдешь — им все равно, ничем то не грозит, со мной иначе. Меня не выпустят.

— Приплыли. Ты прав, по логике, — теперь и Яна села. — Что будем делать?

— То, что и делали — идти.

— А ты, ведь знал, что здесь тебе опасно!

— Подозревал, но что с того.

— Если бы не я, ты не пошел.

— Нет.

— А я бы не пошла, если б Алю не надо было выручать.

— Да. Интересно, правда?

— И все это сложил и просчитал Аморисорн? Виртуоз, ничего не скажешь. А не боялся ошибиться?

— Он не ошибается.

— Завидую. И все-таки хороший он подлец, подставить одного из рода и говорить при этом о добре! На что надеялся он?

— На спасение крови, наверняка хотел защитное заклятье наложить. Но не стал. А почему?

— Зачем на жертвенную овечку время тратить, так?

— Когда большая цель, цена неважна.

— Смотря какая цена и цель.

— Уверен, Аморисорн хотел всего лишь мира.

— Угу, знакомо. И как всегда, везде, шел под девизом: хочешь мира — будь готов к войне. А ты еще шокирован был мироустройством нашим. Эх, автомат бы, да тротила пару шашек!

Эльф вздохнул и встал:

— Возможно, что-то изменилось не в планах наших — а в его.

— Уверена я, Геустис пронюхал и припугнул его. Шантаж банальный. Я б так и сделала, во всяком случае. Кстати, если так, то мне понятно, зачем мы здесь и без заклятий — старик, всего лишь, сбросил карты, как в игре меж шулерами. Ненужные уже карты. Чтоб не засыпаться на `пиках', мелочевке, а мы она и есть. Мешались…Аферист! Да-а, Геустис мне более приятен. Реабилитирован почти. Во всяком случае, он мне понятен. Но я б на его месте не только планы старику сломала, в карты смухлевала, но и наказала, перевернув всю партию ему назло! Вот тут согласна, цена как раз неважна. Сама готова жертвой стать и добровольно сделать харакири.

— Сначала всем, потом себе? — эльф с пониманьем улыбнулся.

— Единомышленник. Ценю! Мы славно поработали над взаимопониманьем, — в ответ и Яна улыбнулась.

— Говорить мы можем долго, но предлагаю все-таки идти.

— Всего лишь пять минут покоя. Тебя так тянет точку во всей истории поставить?

— До точки, Яна, далеко.

— Я так не считаю. Ад проказлив, а в городе гаронов тем более покоя ждать не стоит. Каждую минуту будь готов расстаться с жизнью. Хотя, ты прав, пора. И я готова. Давай-ка задницы гаронам надерем и Аморисорну жизнь испортим? Вперед мой друг! — простерла руку, приглашая в путь. — Нашли, тоже мне, карты! А мы возьмем и из шестерок, да в тузы! Ха, вот `порадуются' оба!

— Боевое настроение?

— Да, я хочу вернуться и посмотреть в глаза Аморисорна, и стать его инфарктом!

— Не нужно агрессивности, здесь ее хватает.

— Прости, ты можешь проглотить то, что тебя за пешку приняли и на смерть послали, а я же не настолько благородна, чтоб всем прощать издевательства надо мной и сестрой. Я поседела здесь и постарела лет на двадцать. Я жить теперь не знаю как, когда вернусь. Про Алю промолчу. Понятия не имею, что с ней, но ясно, только посмотри вокруг, что психиатр ни одной мне пригодится.

— Не нужно осуждать других, не зная всех аспектов дела.

— Ты защищаешь своего крестного или Геустиса? А мне не жалко ни того и ни другого, я б с удовольствием придумала бы им какой-нибудь кошмар.

— Мстительность отвратна.

— С точки зрения кого? Тебя? А ты тут ни причем…

— Извините, — послышалось невдалеке. Яна обернулась, эльф насторожился — к ним подошла миловидная полненькая женщина. — Вы громко говорили, и я невольно услышала о чем. Могу вам предложить услуги мага…

— Еще одного? — усмехнулась Яна.

— Он вам поможет отомстить. Живет недалеко. В том доме — прямо. Зовут Контумелий.

— Как? — переспросил Авилорн.

— Благодарю, пожалуй, мы заглянем. Спасибо, — сказала девушка.

— Не за что, — улыбнулась доброхотка и в ночь ушла.

— Не вздумай, Яна.

— Это почему?

— Контумелий. Ты вдумайся.

— Ну, не повезло, не очень имя, но согласись лучше, чем у пантеры, как ее? Дзамурачантапра.

— Дзамуранчахтачантра