— Ты этого хотела? — Геустис на ушко Яне прошептал. Она нахмурилась не веря, что видит эльфа — не мираж. — Ах, да, ты хочешь доказательств? Иди, я не держу. Общайтесь. Надеюсь, после ты поймешь, что зря о нем печалью сердце отравляла.

— Меня не раз мужская половина предавала…

— Что сделаешь на этот раз?

— Тоже — ничего. Он в верности не клялся, и другом был, а остальное… дело не мое. Все правильно.

Ей показалось, что эльф не тот, совсем не тот. Нет, внешне точно Авилорн, но сердце Яны сильней не бьется, в душе покой и равнодушие в глазах. Не тянет к эльфу, он как будто бы мираж.

— Как благородно! Да, ты отравлена эльфийской кровью, я смотрю, и та ли Яна мне сказала о не желанье мстить изменщику?

— Он жив, и это хорошо, а остальное — его право.

— Мне помнится, ты о предательстве одном семь лет помнила, и не молчала, всех, кого угодно, обвиняла.

— Было. Но прошло. Наверно, я была другая.

— И что же? Любишь все равно? — кивнул на эльфа.

— Не в этом дело, и не об этом речь, — тихо прошептала, не сводя глаз с парня.

— Значит, печаль о нем, забота о его судьбе, лишь дружеская благосклонность?

— Зов крови, — пожала плечами.

— Ах, вот как это называется? — усмехнулся Геустис, пытливо заглядывая ей в лицо. — Ты лжешь кому: себе, ему или мне?

Девушка промолчала и вышла из кустов.

— Привет! — несмело подошла. Авилорн ее увидел и, обрадовано улыбнулся, а подруги его насторожились.

— Здравствуй Яна.

— Смотрю, ты жив и не скучаешь?

— Ты тоже не грустишь, и в здравии.

— Ну, да… — задумалась она, пытливо лицо эльфа изучая. К плечам парня припала эльфийка — девушка с заостренными ушами, глазами, что гладь озерная. Руками она шею Авилорна обвила и взглядом гостье показала: он мой! Парень, смущенно улыбнулся и ладонью накрыл ее ладонь, подтверждая: твой, а чей же я еще?

Идиллия. Не слишком показная? И взгляд у эльфа слишком уж беспечный, и отдает расчетливой игрой.

— Да, Бога ради, — усмехнулась Яна. Толчок в груди, еще, еще и будто ожило заснувшее сердечко: лицо-то Авилорна, глаза его, телосложение, манеры, но все же чего-то не хватает, но чего? И вспомнилось: ` иллюзия весь ад — об этом твердо помни'. Угу. Ах, Геустис прохвост! Никак решил ее испытать, марионетку вместо эльфа предоставить? Ну что, а почему бы не сыграть и ей на тех же струнах? Авилорн… он жив, уверена она теперь! Но где он, может прятаться, а может, прячут? Где его найти? Почему она решила, что жив? Так знала же, чувствовала! Интуиция. Она ей подсказывала с самого начала — жив!

Проснулась Яна, вспомнила себя: теперь есть цель, теперь она должна, перехитрить сам ад, и эльфа отыскать и вытащить, и с ним сбежать. Продолжить путь, дойти до центра. Поставить точку, наконец. Не останавливаться же на полпути, да Альбину надо бы найти, и прояснить ее судьбу, а там само решится. Любит, гарон ей мил? Значит, судьба. Удачи, долгих дней и счастья в браке. Нет? Поможет ей вернуться в материнский дом.

Задача сложная, но замечательная и по ней. Двух магов разом обмануть, и ад и рай перевернуть! `Да, ради этого нам стоит жить! И подмигнула Авилорну: сейчас получишь, дурачок, и Геустис с тобой. Ах, аферисты!

— Как дела? Я слышала, Эстарна родила.

— Эстарна? Фея? — вытянулось лицо эльфа.

— Да. От тебя. Малыш хороший: крепкий и плечистый.

У подруги Авилорна образовался тик, на парня меланхолия напала: он силился понять, сложить — не удавалось.

— Я тебя папаша от души поздравляю! — продолжила комедию Яна.

— Шутишь? — дошло, наконец. Но взгляд-то выдал с головою — ни грамма чувств в нем: холод и цинизм. Гарон! О, Геустис, наш многоликий Янус! Кого на роль он Авилорна пригласил? А стоит ли гадать? Любой из армии служителей Хаоса, легко сыграет роль парнишки, но внешностью — глаза-то не соврут! Прав Авилорн. `Спасибо за науку. При встрече обязательно скажу.

— Ну, что ты скис? Тащи вино! Отпразднуем рождение потомства! Однако, есть нюанс, малыш немного странноватый, — скривилась, будто сомневаясь: а стоит ли, что знает говорить? — Похоже, что-то с экологией случилось, ребенок твой на горрина похож.

— Что?! — качнулся к ней, нахмурился сильнее, а взгляд красноречиво говорил: ты что городишь?!

— Расшифрую, — услужливо кивнула. — Ресницы — мех, а уши без углов и очень уж большие, почти как у слонов.

— Яна, что ты говоришь?

— Я? Только правду! — прижала ладонь к груди, уверяя. И улыбнулась желчно. — Как ты, мой милый Авилорн!

— Ты… ревнуешь? — на любовницу покосился.

— А? Да! Конечно! Видно? Извини.

— Эльниора…

— Хорошо не Дзамурчачапра, — крякнула Яна, скрывая смех.

— Она подруга…

— Пантера?

— Эльниора и Рейни.

— О, я не сомневаюсь. Нет, правда. Видно — дружба крепкая у вас… с одеждой хуже. Ты б так не спешил. Раздел сначала бы… потом дружил.

Эльниора растерянно оглядела свой наряд: разрезы на рукавах, вырез на груди, шаровары. Вторая девушка прозрачной тканью туники прикрыла колени, застегнула лиф, и смущенно отвернулась.