Они уже почти подошли к коттеджу, четвертому по счету, оставив за собой четыре разоренных снайперских гнезда.

– Так ты со мной, Энда? Ты здесь, чтобы играть, или тебе дороже эти паразиты на другом конце света?

– Я с вами, сержант, – ответила Энда. Она взвела обе BFG и направила их на коттедж.

– Буу-йаа! – завопила Люси. Ее орчиха натянула лук.

> Привет, Кали.

– О боже, нарисовался, – простонала Люси. Аватар Рэймонда украдкой подобрался к ним сзади.

> Посмотри-ка.

Он положил что-то на землю и отступил. Энда осторожно приблизилась.

– Пошли, это ловушка, нам некогда, – сказала Люси.

Это были фотообъекты. Энда подобрала их и просмотрела. На первом – пятьдесят или больше маленьких девочек, невероятно тощих, в простых белых футболках. Держа руки на клавиатурах, они сидели за рядами одинаковых белых компьютеров. Угрюмые, с пустыми глазами, все не старше Энды.

Следующий объект. Трущобы, лачуги из жестяных листов и прочего хлама, грязные улицы, граффити до неба, слоняющаяся без дела малолетняя шпана; ветер носит мусор.

Еще один. Лачуга изнутри, три девочки и маленький мальчик сидят на облезлом диване, их мать выкладывает что-то белое на пластиковые тарелки. От их улыбок мучительно сжималось сердце.

> Это те, кого ты собираешься лишить дневной зарплаты.

– О нет. Нет! – сказала Люси. – Снова за свое. В прошлый раз я убила его, ясно объяснив, что убью еще раз, если он будет продолжать показывать фотографии. Все, он труп!

Она повернулась к аватару Рэймонда, сменив лук на короткий меч. Рэймонд попятился.

– Люси, не надо, – сказала Энда. Она встала между Люси и Рэймондом. – Не надо. У него есть право говорить.

Она вспомнила старые американские сериалы, которые шли на правах бедных родственников между индийскими киношками.

– Разве это не свободная страна?

– Черт возьми, Энда, да что с тобой? Ты сюда играть пришла или трепаться с этим психом?

> рэймонд что мне делать?

> Не убивай их – пусть получат свои деньги. Играй еще где-нибудь.

> Они пиявки

– написала Люси,

> они рушат игровую экономику, помогают всяким богатым задницам покупать золото за деньги. Им на игру плевать, и тебе тоже

> Если они не будут играть, им нечего будет есть. Думаю, поэтому игра важна для них, как и для вас. Вы ведь не бесплатно их режете? Значит, тоже играете ради денег. Наверное, у вас с ними все-таки есть что-то общее?

> отсоси!

– отбарабанила Люси. Энда отодвинула своего персонажа. Рэймонд удалился настолько, что сообщения над головой его аватара читались с трудом. Люси опять вытащила лук и вставила стрелу.

– Люси, нет! – крикнула Энда. Ее аватар наотмашь ударил аватара Люси; орчиха пошатнулась и выронила лук.

– Ах ты сука, – сказала Люси. И достала меч.

– Прости, Люси! – Энда отступила на безопасное расстояние. – Но я не хочу, чтобы ты его убивала. Я хочу выслушать его.

Аватар Люси быстро двинулся вперед, щелчок, голосовая связь оборвалась. Энда, доставая меч, набрала одной рукой:

> не люси давай погрим

Люси дважды взмахнула мечом, и Энде пришлось защищаться двумя руками – иначе осталась бы без головы. Энда с силой выдохнула и перешла в контратаку; клавиатура подпрыгивала под ударами. У Люси было больше XP, но Энда играла лучше, прекрасно это понимая. Под ее ударами Люси отступила – на шаг, другой, по дороге, по которой они пришли сюда бок о бок.

Неожиданно Люси повернулась и помчалась прочь. Энда подумала, что Люси просто струсила, и решила ее не преследовать, но потом поняла, куда она бежала – к заряженной и изготовленной к стрельбе BFG.

– Ах, черт! – выдохнула Энда, когда BFG развернулась в ее сторону. Пальцы забегали по клавиатуре. Она кастанула файербол на Люси и одновременно выставила щит. Люси выпустила стрелу – файербол испепелил Люси – стрела врезалась в щит – Энда подлетела в воздух. Действие щита кончилось до того, как она коснулась земли; от удара у Энды пропала половина хитпойнтов, содержимое инвентории рассыпалось по земле. Она проверила голосовую связь.

– Люси?

Ответа не было.

> Очень жаль, что ты поссорилась с подружкой.

У Энды онемели руки, а потом лицо. У Фаренгейтов были правила, много правил, и наказания за их нарушение были разными, но за нападение на другого Фаренгейта полагалось только одно... Она даже подумать не могла об этом слове, она закрыла глаза и увидела его, написанное большими светящимися буквами: «ИСКЛЮЧЕНИЕ».

«Но ведь Люси начала первой? Ведь я не виновата?»

Но кто ей поверит?

Она открыла глаза. От слез расплывалась картинка. Сердце стучало в ушах.