Но будем помнить и другое. Эмерджентность не делится на куски. Это свойство всей системы. Коллективное. Систему нельзя любить или ненавидеть по кускам. В смысле нельзя в ней любить какую-то часть, какое-то её проявление и ненавидеть другое. Можно любить или ненавидеть ее всю, ибо вся она — одно целое и каждое ее проявление — результат действия всех факторов. Считается вполне очевидным, что люди любят свою Родину. Вы же не любите свою Родину частично, скажем, на 20 %. Но многие ли так же сильно любят свое государство, т. е. систему занимающую территорию именуемую Родиной? Хотя в идеальном варианте любовь к Родине должна автоматически подразумевать любовь в системе.

Но этого-то как раз и нет. Вы любите Родину? Допустим. А систему? Плюшевого президента, вороватых финансистов, карманных депутатов, купленных мусоров, судей, прокуроров, чиновников, которые кроме как брать «бабки» ничего не умеют, вы тоже любите? А интеллигентов вы любите? Сильно сомневаюсь. От этого и «едет крыша» у тех людей которые иногда пытаются соображать.

Особенностью любого исторического витка знаменующего крах последнего поколения является отсутствие однозначных путей которые можно было бы рекомендовать к действию, ибо очевидно, в нем арийская система идет в разнос по всем параметрам. Не следует, однако, путать пути и способы. Путь — это ответ на вопрос «что делать?», а способ — на вопрос «как делать». Путей и впрямь может быть много, а вот способы в общем-то все сводятся к одному и всегда предполагают полную концентрацию усилий расы в направлении требуемом в данный момент. Почему, например, трудно выиграть тотальную войну? Да потому, что в ней воюют все и везде. Война ведётся как бы не по линии (т. е. линии фронта), а по всему пространству. Все воюют против врага. Таким способом американцы были изгнаны из Вьетнама, а Советская армия из Афганистана, хотя казалось бы, и те и другие гарантировано должны были победить. Кстати! Сейчас расовое противостояние по определению тотально, так как расы не разделены четкими границами ареалов обитания и, что тоже важно, они не ограничены сексуальными табу. Т. е. уничтожить расу можно не военным, а сексуальным путем. Отсюда вывод, что путь возможно каждый должен искать для себя сам, но вот способы прохождения этих путей должны быть такими, что не противоречат интересам расы. Только тогда суммарный вектор силы нашей расы будет расти. Все остальные варианты тупиковые в принципе, так как игнорируют человека как системное существо.

Никакой паники здесь быть не должно, это — закономерный процесс. Такие «разносы» происходили с нашей расой не раз, они несут явный элемент опасности, но они — условие будущего интеллектуального скачка. Условие необходимое, но не достаточное и скачок может не состояться. Плохо то, что люди, даже очень качественные, не видя путей к победе начинают встраиваться в деградирующую систему — об этом мы говорили в прошлой главе. По сути, это капитуляция. Второй вариант — суррогатный. Арийцы начинают искать «золотой век» в недавнем прошлом, в эпохе абсолютизма и господства церкви. Так народ скатывается к обскурантизму и обожествлению идеи тотального доминирования одного человека. Но этот, якобы правильный вывод, основан на ложных посылках. И чтобы не потеряться в кратковременном торжестве хаоса, чтобы сохранить себя как звено вокруг которого может формироваться новый арийский порядок, нужно ясно представлять себе процессы идущие в кризисные моменты смены поколений, тем более что в эпоху «конца времени» арийцы всегда оказываются просто толпой имеющей весьма слабо выраженный коллективный интерес. Это следствие развитости расы, показатель того, что она сохраняет эволюционный потенциал. И тот смешной факт что самые ретивые защитники недочеловеков вообще, находятся именно среди белых, тоже подтверждает подобную схему — белый утрачивает способность видеть себя прежде всего как часть своей расы. Вот он и бросается защищать «всех», видя в них всего лишь «людей», пусть и с отличающимися цветовыми и антропологическими характеристиками. Отсюда и происходят все наши приматоподражатели — растаманы, рэпперы, хип-хоперы, дзен-буддисты, йоги и пр. Это, так сказать, техническая сторона процесса.

И пусть путей по которым возможно решить задачу переупорядочивания расы на принципиально новом уровне будет много, но цель у нас должна быть одна: победа нашей расы и полный контроль над цветными, межвидовыми и недочеловеками с целью оптимизации их количества и качества к нужным нам стандартам. Путь должен каждый для себя открыть сам. Я уверен, что знаний которые большинство из нас имеет, достаточно чтобы это сделать. Помните главное: вы можете быть христианином, язычником, атеистом, коммунистом, гностиком, агностиком или сатанистом. Это — личное дело каждого. Но ваше христианство, язычество, атеизм или сатанизм не должны отодвигать на второй план ваш расизм, ибо вашим врагам совершенно без разницы кто вы. Вы — ариец, поэтому вы — их враг. Поэтому сначала человек должен быть расистом и только потом кем-то еще. Только так можно победить. И никак иначе. Раса — единственное что нас объединяет, поэтому она должна стать основой системы. Но вне зависимости от того состоится арийский скачок в сверхчеловечество или мы совершим очередной «вечный возврат», прыгнув, соответственно, не вверх, а вниз, крайне интересно обозначить параметры самого скачка. А они, в общем случае одинаковы и для перехода к сверхчеловеку, и для отката назад. Скачок — это резкое изменение энтропии, причем в больших пределах. Резкое, разумеется, в человеческом измерении. Но даже при крушении античности за 50-100 лет ситуация изменилась до неузнаваемости, что говорить о нынешних временах, когда бывает за день валятся финансовые рынки, разоряются крупные фирмы, а наличие ядерного оружия дает возможность уничтожить далеко не маленькую страну в считанные часы.

Особенностью нашего момента будет то, что совершится он в масштабе всей расы, ибо арийцы синхронно подошли к точке, когда вперед обычными способами идти всё труднее и труднее, а назад никто добровольно не пойдет, ибо шаг назад означает фатальные последствия для очень-очень многих. О сверхчеловеках мы говорить не будем, это событие беспрецедентно, оно — в будущем и будущее не гарантировано, хотя для него есть все условия.

Если белая раса откатившись назад из-за очередной неудачной попытки штурма мироздания каким-то образом выживет сохранив адекватный для существования и размножения защищенный ареал обитания, мы, без всякого сомнения, стоим на пороге нового средневековья. А оно, как финал витка вечного возврата, знаменует собой практически полное сокращение избыточности, что обозначает тотальное исчезновение городов, где уровень избыточных повышается по мере их развития. Это наглядно показала гибель ахейской Греции и, в самом развернутом виде, гибель Рима. Вспомните эпоху Антонинов — «самый счастливый период в истории человечества», как назвал её Гиббон. По всей империи массово возникают города, выстроенные по римскому лекалу — с форумом, мраморными колоннами, термами, амфитеатрами, колизеями и акведуками. Города как и Рим переполнены нищими желающими только бесплатно жрать, пить и развлекаться, проститутками обоих полов; рабами, в расовом плане представляют совершенный винегрет, а в идеологическом — кучу религиозных сект самого различного толка. Ганс Гюнтер писал: «На смену расовому конфликту между патрициями и плебеями в эпоху Империи пришел конфликт между богатыми и бедными. Возник новый высший класс из нуворишей, выходцев из низов, финансовых спекулянтов, любителей показной роскоши. Они сеяли в обществе семена морального разложения. Гибель Римской империи началась с Италии. Рождаемость сокращалась, зато по мере ввоза рабов усиливался приток восточной крови. Параллельно с денордизацией шло вырождение, черты которого так заметны на скульптурах поздней Империи. Кровь сотен тысяч рабов со всех концов света превратила Римскую империю в расовую клоаку. Все расовые барьеры были сломаны, когда все свободные жители Империи получили в 212 г. римские гражданство по эдикту Каракаллы, сына африканца и сирийки, ярко выраженного преступного дегенерата». [244]

Все это бурно развивалось, ибо были деньги (энергия) и свежая цветная кровь (сила), а потом практически мгновенно исчезло. Жизнь перенеслась в феодальное поместье, представляющее практически автономное мини-государство живущее натуральным хозяйством. Вспомним и еще одну малопонятную и страшную для многих вещь — при переходе от третьего поколения к первому, полностью исчезают деньги. А ведь деньги — это главный аттрактор современного бытия, построенного на прибылях, взятках, откатах, займах, спекулятивных курсах. С деньгами вы человек и в Европе и в Азии, и в Африке. Везде. Без денег вы никто и ничто. И вот, этот аттрактор исчезает, исчезает вместе с теми кто вокруг него «вращался». Не верите? Тогда подумайте, куда исчезли все финансовые олигархи Рима? А ведь та система тоже строилась на сверхналогах, взятках и откатах. Нет, их никто не трогал. Просто по мере деградации третьего поколения бизнесы стали избыточными, а следовательно, никому не нужными. Исчезла вся «индустрия развлечений» — колизеи, амфитеатры, публичные дома, — также ставшая избыточной. Куда делись проститутки и бродяги-любители бесплатных угощений история умалчивает, но думаю, что они также выродились вместе с городами. Последних в раннее средневековье скорее всего поубивали первые феодалы или крестьяне (тогда они еще были, соответственно, магнатами и колонами), когда те пробовали подкормиться обворовывая поля и сады. Так было тогда, так будет и сейчас. И никакой закон не мог их защитить, так же как не было закона осуждающего крестьянина. Именно это мы наблюдаем на примере любого современного арийского города, где население растет исключительно за счет притока извне, но никак не посредством воспроизводства. Можно сказать больше: в городе рождаемость как таковая вообще не требуется, при наличии элементарной смекалки вся жизнь в мегаполисе третьего поколения может быть превращена в цепь практически непрерывных бессмысленных развлечений и разнообразных удовольствий. Это — обратная сторона его стабильности. Избыточные ведь тоже должны куда-то сбрасывать энтропию, причем с ростом их численности растет и количество избыточных профессий куда они вовлекаются. Избыточность всегда порождает новую избыточность. Так поддерживается стабильность, но всё же энтропия растет. Так дети становятся ненужными в тех количествах которые обеспечивают расширенное воспроизводство, а родительские инстинкты вполне удовлетворяются одним, в крайнем случае — двумя детьми, тем более что в обществе с развитыми избыточными отношениями стоимость выращивания детей резко повышается. Добавьте к этому сверхвысокую плотность населения в городах. А плотность не совместима со свободой, скажу больше — это взаимоисключающие понятия. С общесистемных позиций это выглядит так:

1. Большая плотность населения — большое число связей

2. Большая число связей — большая плотность связей.

2. Большая плотность связей — рост энтропии. Вот почему в городе много всякого «шлака».

3. Большая энтропия — большая избыточность. Вот почему в городе куча избыточных профессий, через которые сбрасывается энтропия или, по-другому, бесполезно рассеивается энергия массы. Рост энтропии — минимизация свободной энергии.

Это общая схема, но отдельных ее пунктов мы уже касались и еще коснемся ни раз. И никакой пропагандой вы здесь ничего не добьетесь, только уничтожение избыточности, что напрямую связано с окончательной деградацией городского населения и возможным исчезновением городов, сможет автоматически эту рождаемость поднять. Рим прошел через эту стадию. Патриции полностью выродились из-за прекращения рождаемости, плебеи частично выродились, частично перемешались с варварами и межвидовыми гибридами. От знаменитых римских фамилий к началу средних веков не осталось и следа. А ведь были времена, когда в Риме (уже совсем не первобытном!) лишних девочек просто убивали, дабы народа не было слишком много.

Почему мы уделяем такое большое внимание историческим вопросам? Да потому что любому событию происходящему сейчас, можно найти исторический аналог, исторический прецедент. С первобытных времен мы в принципе не придумали ничего нового в системе отношений. Нет, конечно, можно заниматься простым прогнозированием без привязки к историческому процессу, но точность и качество такого прогноза будет падать. Такой подход называется историческим — берется то или иное событие и максимально полно рассматриваются причины к нему приведшие и следствия которые оно имело. Вальтер Шубарт в своей знаменитой книге «Европа и душа Востока» точно подметил, что «Кто занимается историей, не будучи философом, тот просто хроникер». Все что мы хотим показать и объяснить, мы бы могли объяснить чисто абстрактно, без конкретной «человеческой» привязки, но объясняя всё то же самое на историческом фоне, мы делаем наши рассуждения более понятными и наглядными. История — наука о формировании и развитии событий во времени — выступает здесь как бы эталоном качества. А поскольку стабильно работающие системы нас не интересуют, мы рассматриваем «критические точки», переломные моменты, упадки и рождения цивилизаций, революции и войны изменившие мировую картину. Причем обратите внимание, что в начале переломного момента вообще невозможно сказать, как он закончится. Знали ли революционные французы в июне 1789 года, что через 5 лет придет термидор? А еще через 10 лет — Наполеон, незадолго до штурма Бастилии произведенный всего лишь в лейтенанты? Могли ли знать еврейские большевики в 1917-ом, что через 20 лет придет Сталин и перестреляет их всех «как бешеных собак»? Мог ли знать Николай II, объявляя войну Австро-Венгрии и тем самым превращая ее в Мировую, что еще до её окончания он вместе с семьей будет расстрелян в грязном подвале людьми находящимися в августе 1914-го на абсолютном социальном дне? Знал ли Лютер, вешая на дверь храма свои «95 тезисов против индульгенции», какой беспримерный взрыв они вызовут? Мог ли знать Гитлер, когда его солдаты поднимали шлагбаумы на польской границе, что через 6 лет самые красивые исторические города Германии будут стерты с лица земли, в Берлине будет грохотать русская канонада, а он сам дрожащей рукой будет всовывать себе в рот пистолет? И так далее по всем событиям аналогичного ряда. Т. е. видно, что на «переломах» происходит нечто такое, что кто угодно может оказаться где угодно и стать кем угодно. Сказали бы, допустим, двум нищим местечковым обывателям — Шае Голощекину или Янкелю Юровскому, в середине 1916 года, что по прошествии двух лет они расстреляют царскую семью — они бы расценили это как глупое и принципиально несбыточное пророчество. Кто они такие? А царь? Да у царя 8 миллионов солдат, не считая полицейских и жандармов! У царя 20 тысяч тонн золота и еще много чего интересного. Но факт — они это сделали! И почему такие вещи вообще получаются мы поговорим. Но уже сейчас видно, что на переломах происходит нечто такое, что приложив минимальную энергию в нужном направлении можно достичь максимальных результатов. [245] И тот кто первым «понимает что к чему» — имеет самый высокий шанс на результат. Вспомним знаменитую легенду про однодневное сказочное обогащение барона Ротшильда, когда он первым узнав о поражении Наполеона при Ватерлоо, сбросил акции французских компаний. Полученная информация была использована наиболее эффективна, т. е. превращена в энергию. Ю.Г.Марков оценивая силу информации писал: «Информация — это мощный рычаг для преобразования действительности. Механизм использования информации заключается в том, что, опираясь на нее, человек создает определенные условия, при которых законы природы «срабатывают» нужным для него образом. В этом важном обстоятельстве фактически заключена сама природа управления как особого инструмента для превращения возможности в действительность. Оно легло в основу усилителя мыслительных способностей, разработанного Р. Эшби». [246] Точнее — человек видит как эти законы должны сработать. Но человек, как мы уже знаем, всегда продукт своей системы. Вспомним крах СССР, введение рыночных отношений и сказочное обогащение некоторых индивидов, прыгнувших за 5–6 лет из советских служащих в олигархи. Как им это удалось? Помимо личных качеств их объединяла принадлежность к нацменьшинствам, причем очень хорошо организованным. И не думайте что я говорю только о евреях. Т. е. эти люди знали, что за ними стоят их народы, их системы. Далее Ю.Г. Марков пишет: «Целенаправленное формирование условий, при которых система в силу своих внутренних, структурных законов начинает функционировать требуемым способом и автоматически достигает при этом нужного результата, есть путь, по которому следует идти, если рассматривать систему как инструмент, орудие для решения тех или иных задач. В данном аспекте рассмотрения система выступает как организация в точном соответствии с тем смыслом, который вкладывался в это понятие первоначально. Слово «организация» происходит от древнегреческого «органон», что означает орудие, инструмент. Позднее с понятием организации стали связывать упорядоченность, закономерное расположение частей в некотором целом. В результате произошло отождествление понятия организации с одним из ее свойств, которое особенно заметно, когда приходится сталкиваться с феноменом организованности. Сущность же организации при этом отходит в тень». И действительно, какое имеет значение способ по которому к меньшинствам попали деньги и рычаги власти, если они их используют на благо своей системы? Да, они имели информацию, но они имели возможность ею воспользоваться. У них были помощники, ибо они работали на свой народ. Как и у Ротшильда. [247] Вспомним, как один кавказский предприниматель, владевший чуть ли не половиной Урала, вернувшись к себе на родину, заявил: «Я в России воровал, а дома буду людям помогать!» Очевидно, что разобщенные арийцы, даже и владея в индивидуальном порядке информацией не меньшей чем нацмены, реально ничего предпринять не могли. Свои их ненавидели, так как считали «ворами», причем считали правильно, ибо те не работали на свою систему (системы-то не было, а воры ворующие для системы на самом деле никакие на воры, во всяком случае по отношению к системе), а инородцы видели в них конкурентов, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Итог? Ну может быть только белорусам в их стране хоть что-то принадлежит. Ни Россия, ни Украина ничем подобным похвастаться не могут. Потому что система, пусть и небольшая, но детерминированная, всегда победит простую совокупность индивидов, каждый из которых имеет «свой план» не имеющий никакого отношения к своей расе. Арийцы побеждали оружием и тактикой, но тактика всегда была следствием организации. Когда арийская организация (детерменированность связей) ослабла, «эпоха колониализма» закончилась, началась цветная реконкиста. Любопытно, что именно в эти годы (1990-94) прокатилась первая волна ностальгии по «славному монархическому прошлому». Арийцы не были системой с явно выраженными характеристиками, а потому не могли создавать условия при которых законы природы сработали бы нужным для них образом. Стоит ли удивляться, что «все приличные места» заняли совсем другие?