– Нужно выяснить, – ответила Тони. – Но во всяком случае, здесь точно стоит «Неопалимая Купина» и, думаю, еще парочка других.

– Отлично, – кивнул Блейз. – Тогда, если «Избранник» невозможно подготовить достаточно быстро, сойдет и «Неопалимая Купина». Хотелось бы по возможности лететь без других пассажиров. Кроме того, я должен отправить на Новую Землю пару сообщений. Пошли их с ближайшим кораблем, по пути останавливающимся на Новой Земле. Одно сообщение – для людей «Башмака» – о том, что я скоро прилетаю. Скажем, дней через шесть по их времени. Конечно, если нас не задержит что-нибудь непредвиденное…

– А второе? – через секунду напомнила Тони, поскольку Блейз вдруг замолчал, живо представив себе встречу с Хэлом Мэйном во плоти.

– Ах, да, – спохватился Блейз. – Второе сообщение – командующему нашими войсками на Новой Земле. Причем как «совершенно секретное». Предупреди его, что у нас возможны осложнения с властями Новой Земли и мы хотели бы, чтобы на космодроме нас встречали наши военные под видом почетного караула, а затем они же, когда мы будем жить в отеле, охраняли нас. Ты сможешь отправить эти сообщения через несколько часов? Думаю, до полуночи на Новую Землю вылетят даже несколько кораблей.

– Наверняка. – Пальцы Тони уже бегали по кнопкам браслета.

– Прекрасно, – произнес Блейз. – А еще мне хотелось бы, чтобы люди «Башмака» как можно шире распространили слухи о моем скором возвращении. Постарайся составить сообщение соответствующим образом. Послание командующему отправь официально как от Первого Старейшины.

– Ничего не может быть проще, – сказала Тони. – А ты, значит, полетишь с Барбеджем в Ахруму?

– Да. Если задержусь – сообщу.

– А что с остальными членами группы, в которой состоял Хэл Мэйн? – поинтересовался Блейз. Они с Барбеджем снова входили в плотные слои атмосферы над Ахрумой, после того как милицейский стратоплан, достигнув стратосферы, по широкой дуге начал снижаться над пунктом назначения. – Вы их тоже поймали?

– Нет, Великий Учитель, – ответил Барбедж. Он сидел в кресле напротив Блейза. Довольно тесный, хотя и вполне прилично отделанный салон милицейского стратоплана был разделен небольшим круглым столиком. Перед Блейзом стоял стакан, который ему уже дважды наполняли яблочным соком. Барбедж же к своему так и не притронулся.

– Довольно странно, что Хэл Мэйн оказался один, – заметил Блейз, внимательно наблюдая за Барбеджем.

– Мы еще заставим его все нам рассказать, – воскликнул Барбедж. – Только тот, кто закоренел в своей ложной вере, способен до конца противиться нам. Например, старик, что прикрывал отход группы, с которой был Хэл Мэйн. Если бы не этот Старый Пророк – дело было в лесу и он перебил больше дюжины наших людей, пока его не окружили и не прикончили, – всех удалось бы захватить еще в тот раз.

– Старый Пророк? – переспросил Блейз. – Кто это?

– Один из членов группы Рух Тамани, – ответил Барбедж. – Он считал, что милиция повинна в смерти его жены. Он уже много лет среди повстанцев. Опытный боец. Его звали Дитя Господа.

– Ты его знал?

– Я знал по именам многих из тех, кто был в группе Рух Тамани, хотя никогда их и не встречал, – пояснил Барбедж. – А его я видел. Это было, когда меня послали на Гармонию в командировку. Отряд, в котором я оказался, настиг группу Рух Тамани в горах. Завязалась перестрелка из конусных ружей…

– Конусные ружья? – удивился Блейз. – Насколько я знаю, есть игольные ружья и энергоружья, а вот о конусных в первый раз слышу.

– А вы никогда не видели, как выглядят иглы в обойме? – спросил Барбедж. Блейз вообще-то видел, но промолчал. – Кончик каждой следующей иглы вставлен в хвост предыдущей, но при выстреле вылетает каждая по отдельности. Благодаря углублению в хвосте и заостренному кончику они похожи на маленькие конусы. Такая форма придает им еще и устойчивость в полете. Вот поэтому-то игольные ружья на двух наших благословенных Богом мирах иногда называют конусными.

– Понятно, – кивнул Блейз. – Ты, кажется, хотел рассказать мне о встрече с этим Старым Пророком.

– Я тогда попался самому Хэлу Мэйну, – продолжил Барбедж. – Он обезоружил меня и держал на мушке. Когда появился этот Дитя Господа, я сразу заявил, что они ничего от меня не добьются. Он понял, что я – один из Избранных и говорю только истинную правду. Тогда он принес ружье и уже собирался пристрелить меня, но тут этот Хэл Мэйн удержал его, и мне удалось бежать.

– А почему Хэл Мэйн так поступил?

– Не знаю. Да и какое это имеет значение? Просто у меня появилась возможность бежать, вот я ей и воспользовался. Но лицо этого Старого Пророка я запомнил. Оно у него дочерна загорелое, худое, морщинистое, а возле правого уха – шрам. Я долго тренировал память и теперь отлично помню лица почти всех Отверженных Господом. Поэтому, увидев труп, я сразу узнал его, хотя выстрелами энергоружей его буквально разнесло на куски. Но иначе с ним никак было не справиться. Он и так сумел задержать милицию, поэтому группа успела скрыться. Ничего, их все равно найдут. Таких, как они, в конце концов все равно находят и ловят.