Со временем Вера стала понимать, что в фирме происходит что-то не то. Весь персонал компании был разбит как бы на две категории: «старики» и «новички» — этих, как и ее, только что взяли на работу. «Старики» во главе с Вениамином Марковичем, директором турагентства, все были не местными, жили на съемных квартирах, никогда не посвящали «новичков» в финансовые вопросы. Все совещания проводили за закрытой дверью, все время шептались по углам, с опаской косясь на Веру и ее новых подруг. Такая скрытность вызывала недоумение, хотя Вера особо не задумывалась над происходящим. Мало ли у кого как заведено.

Однажды она вошла в кабинет к Вениамину Марковичу, ее не сразу заметили, и она услышала обрывки разговора. Один из «стариков» с пеной у рта убеждал Моз-гоправа «завязывать», мол, настало время «дергать». Вениамин Маркович лишь усмехался, отвечал, что у него все схвачено, что еще не время и что они должны сначала собрать все двести тысяч (наверное, долларов), которые наметили получить с клиентов, а уж потом «в путь дорогу». Когда Веру заметили, Мозгоправ поспешил выпроводить своего собеседника, усадил Веру в кресло и поинтересовался, слышала ли она что-нибудь. Она ответила отрицательно. Тогда он угостил ее вкусной шоколадкой и стал долго расспрашивать, все ли ей нравится и устраивает ли зарплата, а в конце разговора пригласил в ресторан. В тот же день он оказался в ее квартире, еще сохранившей остатки былого семейного благополучия, и остался на ночь…

Прошло три недели. Настал день первой получки. Это был понедельник. Вера, не чуя под собой ног, спешила на работу. Сперва в переулке к ней подошел какой-то школьник с портфелем, пощупал ее грудь и убежал. Потом ее долго пихали в переполненном автобусе — оттоптали все ноги и испортили новые туфли. Уже у самого офиса она нечаянно упала и ушибла об асфальт коленку. Но Вера будто ничего не замечала. Она была в высшей степени счастлива, и все эти маленькие неприятности не могли испортить ее великолепного настроения. Дело в том, что три дня назад Вениамин Маркович подарил ей букет цветов и духи и предложил «руку и сердце». Сегодня они должны были пойти в загс. Он, конечно, не красавчик и уже довольно немолодой, но зато обеспечен — собственное туристическое агентство. А главное, он ее ценит во сто крат больше, чем ценил бывший муж, да и все мужики, вместе взятые, которые встречались на ее пути. Это был отличный шанс начать новую жизнь.

Зайдя в офис, она долго не могла понять, что происходит. Вениамина, как теперь она его называла, не было, кабинеты «стариков» тоже были пусты. Куда-то делись все компьютеры и оргтехника. Даже телефонные аппараты пропали со столов.

Сначала «новички», собравшись в приемной, решили, что офис ограблен. Но при этом никто вразумительно не смог объяснить, куда же делась добрая половина сотрудников компании. Потом, ближе к обеду, стали появляться клиенты турагентства, которые уже давно оплатили свои путевки. Они справедливо рассчитывали в ближайшие дни улететь на отдых и требовали паспорта с визами и прочие необходимые документы. Видя, что в офисе какой-то погром и никто не может сказать ничего путного, они стали нервничать, требовать директора. Срочно послали курьера к Вениамину Марковичу. Может, заболел? Но курьер вернулся через час с ужасным известием: хозяйка квартиры, которую снимал директор, рассказала, что он еще в субботу исчез. К тому же не до конца рассчитался за аренду жилья и не оплатил баснословный счет за междугородние и международные переговоры, который прислал телефонный узел. Наконец наступило прозрение. Вера поняла, что ее жених просто сбежал, к тому же прихватив деньги из сейфа и паспорта клиентов…

Следствие длилось примерно полгода. Пострадавших набралось около пятидесяти человек, и среди них были чиновники разных уровней, работники прокуратуры и налоговой полиции. Вера знала, что на самом деле туров было продано не менее ста пятидесяти, но многие клиенты почему-то поспешили отказаться от своих претензий и, в свою очередь, исчезли. Наверное, это было связано с тем, что каждая путевка стоила полмашины, к тому же оплачивались наличными долларами, и клиенты боялись преследования налоговых органов.

Вере и другим «новичкам», бывшим сотрудникам турфирмы, пришлось долго доказывать, что они не являлись пособниками мошенников. Ведь они сами пострадали, оставшись без зарплаты.

Когда следствие зашло в тупик, все успокоилось, и появилась надежда, что проблемы наконец закончились, на Веру наехали бандиты из известной в городе группировки и потребовали, чтобы она лично вернула им деньги, которые они внесли за путевки. Они каким-то образом узнали, что она была любовницей директора пропавшей туристической фирмы, а значит, несомненно, являлась соучастницей аферы. Это было ужасно! К тому же к ним попали фотографии, где она и сбежавший директор целуются полураздетые на кровати. Это Вениамин фотографировал в режиме автоматической съемки. Бандиты грозили, что подкинут эти снимки следователю и тогда Веру заподозрят в соучастии и арестуют.

Вера расплакалась. Я поспешил ее успокоить, а когда всхлипы утихли, приготовил крепкий коктейль. Мы выпили.

Она попросила сигарету, после двух затяжек затушила ее в пепельнице нервными движениями и продолжила свой рассказ:

— Бандиты не отставали. Однажды ночью они ворвались в мою квартиру, избили меня, а потом изнасиловали. В извращенной форме тоже. Правда, при этом я несколько раз незаметно кончила. «Даем тебе неделю на продажу квартиры! — сказали они, уходя. — А если пикнешь, сучка, глотку перережем!»

На следующий день я попробовала позвонить на Кипр бывшему мужу. Ведь он, как бывший бандит, наверняка знал этих уродов и смог бы помочь или хотя бы что-то подсказать. Но он был пьяный и даже не захотел меня выслушать. «Ты сына не получишь! И забудь этот телефон! А еще раз позвонишь, мои дружки в Нижнем тебе манду на уши натянут, а в жопу бейсбольную биту засунут! Поняла?!»

Что мне оставалось? Я продала квартиру и переехала в общежитие. Вырученные деньги отдала бандитам, но они вдруг заявили, что этого мало, чтобы погасить их убытки, и заставили меня заняться проституцией…