Квадратноголовый покраснел и убрал пистолет во внутренний карман куртки.

И тут меня прорвало. Я заговорил, и заговорил яростно. О справедливости, о том, что не желаю жить по воровским законам, которые такие, как они, везде насаждают, и в моих словах было столько решимости противостоять всем попыткам подмять мой бизнес, не говоря уже о встречных угрозах, что обалдевшие бандиты хмуро переглядывались, видимо впервые столкнувшись с подобной наглостью.

Наконец я закончил и незаметно вытер салфеткой мокрые от пота ладони.

— Все это галимая хуйня! — заревел квадратноголо-вый и резким движением двинул мне кулаком в скулу. Я вместе со стулом полетел на пол спиной вниз и потерял сознание…

Когда я очнулся, в зале ресторана было полно народу. Я увидел бандитов с побелевшими лицами и стволы автоматов, направленные им в грудь. Кто-то протянул мне руку, и я поднялся на ноги. Передо мной стоял в гражданской одежде мой старый знакомый, майор Еременко, огромный, круглолицый, со светлым добрым лицом. Всегда слегка нетрезвый и поэтому ежесекундно искрящийся бесшабашным, иногда грубоватым милицейским юмором, сегодня он выглядел похудевшим, осунувшимся, был трезв и необычайно встревожен. Его сопровождали автоматчики в милицейской форме, человек десять, трое из них в данный момент держали под прицелом бледного от страха Олега и его изрядно струхнувших товарищей.

— Ты как? — спросил майор.

Я потрогал ноющий тупой болью затылок и нащупал большую болезненную шишку.

— Нормально… Откуда вы узнали?

— Позвонила твоя секретарша, — отвечал тот. — Едва не плачет. Рассказала, что на тебя в ресторане наехали бандиты. Ей сообщили об этом какие-то твои партнеры из Твери.

«И на том спасибо!» — подумал я о своих трусливо сбежавших из ресторана покупателях.

— Я сегодня выходной, дома стиральную машину чинил, — продолжал Еременко. — Ну, думаю, надо тебя спасать. Позвонил в управление, попросил людей…

— Спасибо! За мной не заржавеет! — отвечал я.

— Да брось ты. Была б моя воля, я всю эту мразь лично бы перестрелял…

Тут он заметил валяющийся под столом пистолет.

— Ёпрст! Они еще и со стволами!

Тем временем бандиты немного пообвыклись и перешли в наступление. Олег требовал позвонить какому-то генералу, квадратноголовый что-то говорил про адвоката, а третий их товарищ, в свою очередь, довольно нагло пререкался с автоматчиком, который его контролировал.

— Че пасть разеваете?! — прикрикнул на них Еременко. — Сейчас отвезем вас в управление, раздолбаи, таких вломим, будете всю жизнь на стоматолога мудо-хаться! И никакой генерал вам не поможет.

Бандиты притихли.

— Кто из них тебя ударил? — спросил майор.

— Вот этот! — указал я на квадратноголового. Еременко подошел к нему. Тот смотрел нагло, с вызовом.

— Твой «макаров» под столом?

— Какой еще «макаров»? Чужой ствол хотите на нас повесить? Не получится!

— Это пистолет вашего дружка! — сказал Олег, показав на меня. — Он нам им угрожал.

— Да, точно! — подтвердил третий.

— Понятно, — спокойно согласился Еременко и вдруг с разворота вогнал свой мощный кулак в грудь квадратноголового.

Тот упал на колени, скорчился и тут же получил коленкой в лицо. Брызнула кровь, бандит упал на пол.

Друзья квадратноголового было дернулись на помощь, но были мгновенно схвачены крепкими руками и получили в бока несколько чувствительных тычков.

Еременко зло попинал квадратноголового ногами, отошел ко мне и тихо спросил:

— Что будем с ними делать? Если хочешь, мы их оформим, конечно, но, честно говоря, вся эта возня ни к чему не приведет. К вечеру они все равно выйдут.

— А пистолет?

— Вряд ли. Набегут адвокаты, звонки пойдут. А потом, по правде говоря, мы действуем не совсем официально… Могут возникнуть сложности…

Я пожал плечами:

— Отпустите…

Майор кивнул и коротко распорядился. Автоматы были опущены, Олег и его друзья освобождены.

— Хана вам обоим! — прошипел квадратноголовый, глядя на нас с Еременко.

Его лицо было в крови, глаз заплыл, ему помогал передвигаться Олег, и сам несколько пострадавший.

— Вам пять секунд свинтить отсюда, отморозки обоссанные! — огрызнулся майор. — Время пошло!

Бандиты с самым жалким видом, почти бегом, покинули ресторан.

— Эй, кофейку-то налейте! — уже успокоившись, даже с некоторой шутливостью в голосе, крикнул Еременко в сторону открытой двери, ведущей на кухню ресторана.

Мы с майором пили кофе. Правда, до кофе майор опрокинул две стопки водки. За соседними столиками расположились его бойцы — бравые молодцы, с лицами, едва отмеченными интеллектом. Перед каждым стояла внушительная тарелка с жареным картофелем и мясом и еще по бутылке трехлитровой кока-колы на каждый стол. Ресторан, естественно, угощал.