— Сегодня ужинаем у меня, — провозгласил Стив. — Приготовим тунца и маги-маги в итальянской булочке. Пальчики оближешь. Состав тот же, что и вчера вечером.

Уж лучше жабу проглотить, подумала Риган.

— Звучит заманчиво, — улыбнулась она. — Кит, увидимся позже, в номере.

— Я скоро отправлюсь закупать провиант, — объявил Стив. — Вас не затруднит добраться до моего дома на такси? А уж обратно я вас отвезу.

— Может, тебе потребуется помощь? — спросила Кит.

— Нет, — поспешно отозвался Стив. Увидев отразившееся на ее лице разочарование, он тут же прибавил: — Вы, девчонки, повеселитесь тут без меня. Да и ребята уже вернулись. Они-то и помогут мне управиться с ужином.

— Мне нужно срочно перезвонить, — объяснила Риган. — Кит, жду тебя в номере в шесть, самое позднее. — Она повернулась и заторопилась обратно в отель. Просто невероятно! Оба ожерелья украдены! Сгорая от любопытства, она со всех ног помчалась к Уиллу.

Джанет сидела на своем посту — очки на носу, трубка телефона прижата к уху. В углу приемной работал маленький телевизор. Передавали запись пресс-конференции Джимми.

— Нет, вы можете себе представить? — спросила Джанет.

— Не могу, — честно призналась Риган, слушая, как Джимми с экрана угрожает вору. — Как это могло случиться так быстро?

— Послушайте, что я вам скажу, — начала Джанет, когда интервью закончилось. — Думаю, он прав. На этих ожерельях наверняка лежит какое-то проклятье. Уже одно то, что из-за них наш бал превратится в бардак...

— Кто-то подкрался к Джимми со спины и украл ожерелья, так, что ли? — спросила Риган.

— Точно так.

— И единственная зацепка — это то, что у вора могло быть что-то желтое?

— Это все, что запомнил Джимми.

— Уилл у себя?

— Да. Сейчас он как раз заканчивает с посетителем.

В ту же минуту дверь в его кабинет отворилась.

— Добрый день, Риган, — сказал Уилл. — Позвольте вам представить: Нед. Он работает у нас в отеле, помогает людям поддерживать физическую форму.

— Думаю, мне не повредили бы упражнения, — пошутила Риган, протягивая руку новому знакомому.

Нед крепко пожал ей руку, так крепко, что она с трудом удержалась, чтобы не помассировать сведенные пальцы. Да он просто здоровяк, настоящий спортсмен, подумала она. Наверное, он так привык. Хотя, если признаться, вид у него слегка растерянный.

— Очень приятно познакомиться, Риган. Еще увидимся, Уилл, — сказал он и ушел.

— Не знаю, что я бы без него делал, — пояснил Уилл, закрывая дверь. — Я попросил его заняться этой взбалмошной группой, о которой мы говорили накануне. Он просто замечательно с ними управляется. Это ж какое надо иметь терпение!

Странно, на меня он вовсе не произвел впечатления терпеливого человека, подумала Риган, присаживаясь на стул, который, похоже, с недавних пор сделался ее персональным.

— Уилл, что там стряслось с ожерельями?

— Джанет ведь уже сказала вам: их украли.

— Я только что видела по телевизору пресс-конференцию Джимми. Просто не могу поверить. Что с ними неладно? Как будто они живут собственной жизнью.

— А тут, как назло, вот-вот должны приехать мои родители...

— Как вся эта история отразится на бале?

— Трудно сказать. Спонсорский комитет пытается сообразить, что еще они могут выставить на аукцион, чтобы заинтересовать публику. Лишь бы они вообще не отменили всю эту затею.

— Как бы там ни было, это дело получит большую огласку.

— Если я переживу этот уик-энд, это будет просто чудом.

На столе Уилла затрещал коммутатор. Джанет сообщила, что прибыл двоюродный брат Доринды.

— Вот это уже интересно, — пробормотал Уилл, поднимая брови. Он встал со своего места и заторопился к двери, чтобы впустить нового гостя.

Признаться, Риган была просто вне себя от изумления, когда перед ее глазами предстал ближайший родственник Доринды. Может, из-за того, что он жил в Калифорнии, на Венис-Бич, она ожидала увидеть молодого подтянутого скейтбордиста. Но перед ней стоял старикан лет семидесяти, с рыжеватыми прилизанными волосами. Его густые кустистые брови и бачки выглядели так, будто он пытался придать им тот же оттенок, что и шевелюре, но потерпел фиаско. Он был приземист и крепок, но с таким огромным и круглым животом, что тот походил на арбуз. На нем были цветастая гавайская рубашка, штаны цвета жженого сахара с белым лакированным ремнем и белые же лакированные мокасины. Когда он скинул на пол дорожную сумку и расплылся в улыбке, Риган показалось, что старикан настроен достаточно миролюбиво.

— Очень рад, очень рад, — пробасил он, приветствуя Уилла. — Я ее двоюродный братец.

Двоюродный братец? — изумилась Риган. Ничего себе. Двоюродный братец погибшей.

Уилл представился, а затем представил Риган.

— Очень рад, — снова пробасил он. — Говорю вам, путешествовать в наше время становится все тяжелее и тяжелее. Эти очереди в аэропортах просто ужасны. Мне надо присесть.

— Пожалуйста. — Уилл поспешно указал ему на один из стульев. — Простите, вы...

— Ах, да. Я тоже Дос. Мой папаша и отец Доринды были родными братьями. Ее старик поздно женился. Как говорится, никто и не думал, что дядюшка Гэгги в конце концов наденет себе на шею хомут, но в конце концов все так и случилось. Вот почему у нас с Дори была, гм... некоторая разница в возрасте.