— Не возражаете, если я к вам присоединюсь? — осведомилась Риган.

Джаззи подняла глаза. На носу у нее красовались стильные очки, и вообще она изо всех сил старалась напустить на себя деловой вид. Встряхнув своей грязноватой белокурой гривой, она любезно предложила Риган сесть.

— Мы все тут просто в цейтноте из-за этого бала. Похоже, завтра вечером нас ждет настоящее веселье.

Риган кивнула и заказала чашку чая у немолодой официантки по имени Уинни — той самой, которая обслуживала ее сегодня утром.

— Вы все еще здесь? — удивилась Риган.

— Еще у одного парнишки вдруг прорезался жуткий насморк, — сухо заметила Уинни. — Полагаю, сегодня они весь день проторчат в океане. Ну и ладно. Со мной все будет в порядке, если ноги выдержат. Лишние деньжата на пенсии не повредят, если, конечно, я до нее доживу.

Риган улыбнулась и повернулась к Джаззи:

— Насколько я поняла, все билеты проданы.

— Это странно. И даже немного подозрительно. Все словно с ума посходили из-за этого аукциона. Вся эта шумиха, раздутая прессой вокруг Доринды и королевского ожерелья, только подлила масла в огонь.

— Вот и чай, милочка, — официантка поставила чашку на столик. — Пейте на здоровье.

— Спасибо. — Риган взяла металлический молочник, плеснула в чашку немного молока, добавила щепотку сахара и перемешала.

— Удивительно, почему вы сейчас не на пляже? — спросила Джаззи. — Вы же сейчас в отпуске. Не сомневаюсь, Стив и Кит будут только рады, если вы к ним присоединитесь.

— Да, да... По-моему, он хороший парень, — уклончиво ответила Риган.

— Да, неплохой. Хотя, признаться, ему уже наскучило сидеть без дела. В его-то годы...

Ты, наверное, шутишь, подумала Риган. А каково сидеть на Большом острове в пустом особняке? Не похоже, чтобы ты там особо перенапрягалась.

И, будто прочитав ее мысли, Джаззи поспешно добавила:

— Знаю, я сама уже давно не работаю адвокатом в большом городе. Но я не жалуюсь. Мне нравится работать на Клода. Гораздо меньше нервотрепки. А сейчас... успех его нового предприятия — я имею в виду гавайскую одежду — очень важен для нас.

Интересно, для кого это «нас»? — изумилась про себя Риган. Может, именно поэтому Джаззи так до сих пор и не окрутила Стива. Она ведь прирожденный манипулятор, это сразу видно.

— Кстати, по поводу Доринды, — сказала Риган. — Все так запутано. Сегодня я разговаривала с одним человеком, у которого она много лет назад брала интервью. Так вот, этот человек сказал мне, что Доринда буквально довела его до белого каления.

— Ваша уважаемая матушка? — бесстрастно осведомилась Джаззи.

— Моя матушка?

— Вы Риган Рейли, — продолжала Джаззи. — А она Нора Риган Рейли. Несмотря на то что у вас темные волосы, вы очень похожи.

— Да вы просто настоящий детектив, Джаззи.

— Вы тоже, Риган.

— Да, вы совершенно правы, Доринда брала у нее интервью. Не могу сказать, что мама была от нее в восторге, но ей было действительно жаль ее.

Джаззи нетерпеливо махнула ладошкой:

— Можете мне поверить, вся ее так называемая журналистская деятельность была только для отвода глаз! Говорю вам, у нее был дар манипулировать людьми. Она обещала написать о Клоде для журнала «Райское блаженство». Потом вдруг передумала. Потом решила, что все-таки стоит попытаться. Потом заявила, что он, дескать, слишком богат, что ему не нужно работать, потому что он и так уже сколотил себе состояние и, что бы ни случилось, с голоду не помрет. Она, по ее словам, хотела сосредоточиться на предприимчивых смельчаках, которые отважились бросить работу, чтобы здесь, на Гавайях, начать все с нуля. Я вас умоляю! Чем ей не угодил Клод? Ведь у него тоже хватило смелости попробовать свои силы на новом поприще! И только из-за того, что у него это получилось, его надо поливать грязью? А сейчас ему бы очень не хотелось, чтобы его подняли на смех, если его предприятие лопнет. Ведь, согласитесь, все будут только рады чужой неудаче, особенно после того, как человек уже в чем-то преуспел?

Ну, положим, не все, подумала Риган. Приподняв брови, она молча потягивала чай. Думаю, она ответила на мой вопрос по поводу ее босса, и мне почему-то кажется, что их отношения выходят за рамки официальных.

— Доринда хоть раз встречалась с Клодом?

— На Рождество мы устроили большую вечеринку под открытым небом. Ее мы тоже пригласили. Тогда-то она опять заявила, что будет писать о Клоде. Вела себя так бесцеремонно, просто ужас какой-то. Кружила повсюду, как назойливая муха. Тут и там, тут и там... Там и тут. — Джаззи захихикала. — Даже по лесу успела пробежаться, сделала там пару снимков. А я тем временем пробралась в ванную Клода и положила в его шкафчик с лекарствами стеклянные шарики. Знаете, зачем? Потому что мне известно, какими любопытными становятся люди на больших вечеринках, когда нет возможности за всеми уследить. Так что же вы думаете? Эта нахалка воспользовалась туалетом в его спальне, в самом конце коридора! А потом открыла шкафчик — шарики посыпались на пол и разбились вдребезги. Я была начеку и сразу же подоспела с метлой. Она клялась и божилась, что у нее якобы раскалывается голова и она полезла в аптечку, чтобы посмотреть, нет ли там аспирина.

Похоже, вы с Дориндой одного поля ягоды, подумала Риган.

— Тогда-то я и поняла, что от нее надо держаться подальше, — продолжала Джаззи. — Вам ли не знать, как это бывает? Это называется первое впечатление. И в итоге ты оказываешься прав.

— Думаю, да, — сказала Риган.

А мое первое впечатление о тебе, Джаззи, вряд ли можно назвать положительным. Это ж надо додуматься — положить в аптечку стеклянные шарики с тем расчетом, чтобы унизить одного из гостей? Это не лучше, чем сочинять гадости о порядочных людях.