– Это совсем не больно, – прошептала она ему. – Мы просто на какое-то время потеряем ориентацию. Но потом все будет как прежде. Наша память будет такой же, но мы ничего не будем помнить о магии.

– Тогда ты сможешь заняться зоологией, – ответил он. – Поступишь в Дэвис. – Он улыбался, но его глаза блестели от слез.

К ним подошла Дэни:

– Я хотела… Я просто хотела попрощаться.

Она обняла Tea, и та обняла ее в ответ.

– Прости, что втянула тебя во все это, – сказала Tea.

– Все обошлось, – улыбнулась Дэни. – Ты же сказала им, что я ни в чем не виновата. Меня не накажут. Но в школе без тебя будет так одиноко… – Дэни опустила голову, чтобы спрятать набежавшие слезы. – Будь счастлива.

Позвякивая колокольчиками, в мастерскую вернулась Блейз. В одной руке она несла оловянный кубок, в другой – бутылку из почерневшего от времени стекла.

При одном только взгляде на эту бутылку Tea проняла дрожь. Горлышко бутылки было залито восковой пробкой и запечатано несколькими замысловатыми печатями.

Бабушка сломала печати и начала выдергивать пробку. Та не поддавалась, и тогда Блейз свободной рукой помогла ей открыть бутылку.

Затем бабушка наклонила бутылку над кубком в руках Блейз. Из горлышка полилась светло-коричневая жидкость. Когда кубок был наполнен наполовину, бабушка остановилась.

– Когда ты выпьешь это, – сказала она Tea, – ты забудешь меня. Забудешь всех нас. Но мы навсегда сохраним память о тебе. Tea София Харман, Докажи, что ты истинная дочь Элвайзы.

После этого она поцеловала Tea в щеку.

– Прощай, ба, – сказала Tea, обнимая ее в ответ. – Я люблю тебя.

К Tea подошла Блейз, держа кубок обеими руками. В этот миг она была красива какой-то дикой, первозданной красотой.

«Какая ты красивая!» – подумала Tea.

– Прощай, – сказала она и приняла кубок из рук сестры.

Блейз улыбнулась.

«А теперь, – сказала себе Tea, – возьми себя в руки и перестань думать о том, что тебя ждет».

Она поднесла Кубок Леты ко рту и сделала первый глоток. Этот напиток был похож на…

Tea посмотрела на Блейз.

Серые глаза были устремлены прямо на нее, и в них было столько спокойствия, что это настораживало.

Tea снова начала пить.

Чай. Не слишком крепкий и без сахара. Вот на что был похож напиток из Кубка Леты.

Но бутыль была запечатана… У Блейз просто не хватило бы времени…

Мысли Tea путались, но у нее хватило трезвого ума, чтобы понять: она должна выпить все до капли, чтобы у Круга не было возможности проверить, что именно она пила.

Затем она с отрешенным лицом вернула кубок Блейз, и та вновь наполнила его – для Эрика.

В глазах Эрика промелькнуло удивление, когда он начал пить, но он не остановился.

– Ты должен выпить все-о-о, – тихо сказала Эрику Блейз, не сводя глаз с Tea.

И тогда Tea все поняла: Блейз совершила подмену еще раньше, когда использовала Кубок Леты для чтобы лишить памяти парней, у которых брала кровь во время танцев. Она перелила напиток Леты в какой-то другой сосуд, а эту бутыль наполнила чаем. Потом она восстановила все печати, для нее это не представляло никакого труда. И теперь…

Неужели этот обман раскроется?! Члены Внутреннего Круга не поверят, что это был напиток Леты. Хотя…

Tea взяла Эрика за руку и впилась ногтями в его ладонь. Она не осмелилась заговорить с ним, даже не смотрела на него, только пыталась мысленно внушить ему, чтобы он ничем не выдал себя.

Лицо Tea было бессмысленным, как у восковой куклы. Эрик стоял рядом и молчал. Он не знал, чего ему ждать, но ногти Tea дали ему понять, что лучше помалкивать.

«Он действительно очень умный», – подумала Tea.

– Теперь объявляется перерыв, – быстро сказала бабушка. – Блейз, выведи их из дома, пока они не пришли в себя. – Она отвернулась, даже не взглянув в последний раз на Tea.

– Хорошо, – ответила Блейз.

– Я пойду с тобой, – сказала Арадия.

Они направились к машине Эрика. Ночь была очень холодной и темной. Луны не было видно.

Tea держала Эрика за руку, чтобы подать ему сигнал, если что-то пойдет не так. Но все обошлось.