Шрифт:
Эрик, который все время согласно кивал головой, внезапно остановился:
– Праздник начнется ровно в девять. Если тебя не будет здесь к этому времени, может быть, мне стоит…
– Нет. Ничего не трогай и ничего не делай.
– Tea, мы можем упустить ее. Если она поймет, что здесь ничего не происходит, и отправится на праздник…
– Я не опоздаю, – твердо пообещала она. – Главное, не поджигай чучела, пока я не подготовлю все необходимое.
– Удачи тебе, – сказал он.
В своем необычном наряде он выглядел очень взрослым и очень красивым. Они поцеловались.
– Будь осторожен, – прошептала Tea.
– И ты тоже. Я тебя люблю.
Tea села в машину и направилась в город, на собрание Сумеречного Круга для молодых ведьм. На этот раз его решили провести в одном из клубов западной части города. На дверях не было вывески, но между двумя фонариками-тыквами красовалось изображение черного георгина.
Tea постучала, и дверь отворилась.
– Дэни! Какая ты красивая!
– И ты тоже.
На Дэни была белая накидка в египетском стиле. Ее голову венчала серебряная корона. Она была настоящим воплощением богини Исиды.
– Ты без костюма? – удивилась Дэни.
– Мы с Блейз решили нарядиться как Майя и Элвайза, – сказала Tea.
На самом деле Tea чувствовала себя гораздо комфортнее в обычной одежде, а Блейз знала, что в своем платье выглядит наиболее эффектно.
– Пойдем со мной, – сказала Дэни, протягивая Tea руку. – Все уже собрались.
Они спустились по лестнице в полуподвальное помещение, представлявшее собою залу, украшенную множеством фонариков.
– Tea! Здравствуй! Какая встреча! – раздались радостные голоса.
– Славного Шабаша, – без устали повторяла Tea. – Единство!
Она почти мгновенно забыла о том, что неминуемо должно случиться этой ночью. Было так приятно вновь встретить друзей, с которыми она не виделась со времени летнего Шабаша.
Киши Хирата, одетая в оранжевое и желтое, как Аматерасу, японская богиня солнца. Аларик Бридлав из ее школы в костюме пастуха Таммуза, сына богини Двуречья Иштар. Натаниэль Лонг в темно-зеленых одеждах кельтского бога охоты Герна.
Люди надевают костюмы, чтобы спрятать свое истинное лицо, ведьмы – чтобы обнажить свою суть, хотя бы на короткое время стать тем, кем они были на самом деле.
Tea попробовала напиток из корицы и клевера – традиционный напиток Шабаша. Если бы только она могла все время так же беззаботно наслаждаться праздником…
Но там, в пустыне, ее ждал Эрик, и она уже считала минуты до того мгновения, когда сможет уйти.
– Пора начинать, – раздался голос стоявшей посередине комнаты Лавайи Икуа, одетой в костюм гавайской богини огня.
– Теперь мы создадим Круг. Чан Хи, ты самая молодая из нас. Иди сюда.
Невысокая девочка с раскосыми, миндалевидными глазами вышла в центр. Tea не видела ее раньше. Ей было не больше семи лет, и она очень стеснялась. Должно быть, это был ее первый Шабаш. Она была одета, как китайская богиня сострадания Кван Инь.
Девочка взяла чашу с красными лепестками и, рассыпая их, нарисовала посередине комнаты круг.
– Tea, возьми соль.
Tea удивилась и невероятно обрадовалась, что ей оказали такую честь. Она взяла из рук Лавайи чашу с морской солью и медленно обошла круг, рассыпая сероватые кристаллы по его внешней линии.
– Аларик, а ты возьмешь воду…
Лавайя вдруг замолчала. Она смотрела на лестницу. Tea заметила, что все повернули головы в этом направлении. Tea тоже посмотрела туда.
По лестнице спускались вниз две взрослые ведьмы, Матери-Покровительницы. Одной из них была тетя Урсула, как всегда с постным выражением лица. Другой Tea не знала.
Женщины молча вошли в круг и остановились.
– Славного Шабаша, – приветствовала их Лавайя.
– Славного Шабаша, – ответила тетя Урсула. Она говорила вежливо, но улыбка не тронула ее губ. Она всегда была похожа на недовольную чем-то учительницу. – Извините, что прерываем вас, но это займет всего несколько минут.
Tea услышала, как глухо колотится ее сердце.
«Это просто чувство вины, – убеждала она себя. – Это не имеет к тебе отношения».
Но она ошиблась.
– Tea София Харман, – громко объявила тетя Урсула.
Tea хотелось броситься мимо всех, мимо тети Урсулы, выбежать на улицу и скрыться. Теперь она знала, почему кролики ведут себя так глупо, покидая безопасную нору, когда к ней приближается собака. Это просто паника.
– Что случилось? – спросила она, чувствуя, что все на нее смотрят.
Тетя Урсула посмотрела ей прямо в глаза, как бы говоря:
«Ты сама знаешь», – но ничего не сказала, от этого Tea стало еще страшнее.
– Дэни Ноти Мелла Эбфорс.
«О Элифия, только не Дэни…»