— Это состояние Торренов. Их некая внушительная часть.

— Инфор… — Отвел он взгляд на мгновение. — Вы были правы! — Крикнул громко мне в лицо. — Она пришла не с пустыми руками.

— Я не могу предложить тебе того, что предлагала год назад. Я здесь по своим делам. Лишь деньги и замок Инфора. Ты его стоишь, в отличие от меня.

— Ты хочешь предложить мне замок Торренов, предполагая, что я живу здесь из-за отсутствия дома? — Засмеялся полукровка громко.

— Дома, достойного Горана Ссорена.

— И где же ты будешь жить, если я вдруг приму это подозрительное предложение?

— Там шестьдесят с чем-то комнат. — Подумала я вслух.

Горан снова засмеялся. Я подумала, что если он вернется, то Кларисс через отца может предложить ему место Инфора. О его неблаговидной деятельности администрация забудет так же скоро, как забыла об устроенном когда-то Ройсом представлении в Ухенере.

— Если ты вернешься, тебе будет место лишь в одной из них. Ты знаешь в какой.

Отступив от слишком близко подошедшего мужчины, я поняла, что рейнджер за спиной исчез.

— Не наседай. — Улыбнулась спокойно. — У меня уже есть полукровка. Ты же помнишь.

— Вот всегда так. — Хмыкнул он, оборачиваясь. Волк рыкнул, не двигаясь с места. Водитель повалился мешком на землю. Я вздрогнула, обходя полукровку.

— Зачем?

— Не люблю, когда целятся в спину. Зато, теперь мы одни.

Я подбежала к водителю, проверяя дыхание.

— Не стоило пролетать над моим лесом… — Проговорил Горан тихо, будто для себя одного.

— Это лес Объединенных земель. — Обернулась я, поднявшись от псионика. Он был без сознания и я не хотела верить, что Горан мог причинить ему серьезный вред. — Но ты прав. Не стоило. Лучше бы я запомнила тебя таким, каким узнала в ту осень.

— А как же это? — Усмехнулся он, подкинув в ладони кристаллик.

— Это тому Горану, которого я знаю: другу Лавина Лирана, моему спасителю, специалисту, которого, несмотря на неблаговидную деятельность последних лет, Гильдия просила о возвращении. Если он захочет вернуться к нормальной жизни, в Милоране его ждет достойный дом.

— Тебе от этого что, девочка? Раскидываться замками и состояниями, накопленными веками — новая мода в Зальцестере? Или это привилегия дочки Императора?

Я помогла подняться очнувшемуся водителю. Кидая злые взгляды на Горана, он все же последовал моей немой просьбе и молча залез в цинн.

— Мы посадили его в кабинет Ранцесса. Мы — полукровки — никто более.

Я обернулась, пораженная. Очень хотелось верить, что на лице не отразилось то разочарование, что появилось в душе. Так, ты тщеславен, Горан Ссорен! Гильдия просто не угадала твою цену! Неужели я могла так ошибиться? Хотя, что удивительного? Разве не был мне уроком тот же Петир? А до него: и отец с дедом и почти все, кого я знала. Даже Инфор. Я совершенно не разбираюсь в людях и слишком много на себя беру. Возможно, потому мне и не нет места среди вас.

Мне нечего было ответить полукровке. Я не жалела о сделанном, но разочарование душило и толкало поскорее убраться отсюда. Забравшись в цинн, я глубоко вздохнула.

— Закрывай дверь. — Кивнул водитель. Я обернулась к нему. Смысл фразы дошел не сразу. Он обернулся к двери, планируя захлопнуть ее взглядом, но я подняла ладони.

— Подожди. — Шепнула, зажмурившись и мотая головой. — Подожди.

Ну не может это быть правдой. Я ведь помню его, я знаю его. Это Горан был готов защищать нас с Ройсом от обезумевшей толпы, это он оберегал озерный край от эсхонцев. Это его звал другом Лавин и, наверняка, многие другие полукровки.

Когда я выползла из цинна, Горан стоял на том же месте.

— Я не поблагодарила тебя, Горан. Тогда, почти два года назад, ты спас жизнь мне и Ройсу. Это ни привилегия дочки Императора. Я не раскидываюсь наследием Торренов. Я слишком уважала Инфора, чтобы поступить так с тем, что он оставил мне. Просто никакие богатства и почести не могут заменить человеческого тепла и бескорыстной, вовремя оказанной помощи. — Пройдя три метра, разделявшие нас, я обняла полукровку. — Спасибо тебе.

Не смотря на него, вернулась в цинн и закрыла дверь. Кивнула водителю, мгновенно чувствуя, как цинн оторвался от земли. В носу щипало, сдавленное горло болело. Теперь, пожалуй, все…

Мимо неслись озера, крупные и маленькие поселки, городишки, рыбная вонь от которых, казалось, просачивалась в наш цинн.

— С тобой все в порядке?

Уже четверть часа я поглядывала на водителя. Капельки пота, выступившие на лбу, дрожащие руки говорили либо о сильном страхе, либо о болезни.