Нелюбин дожидался нас на третьем, подземном уровне здания в специальной комнате для наркодопросов и, коротая время, перелистывал пухлую папку. (Борис Иванович уже знал об итогах операции. Не иначе «Мышь» доложила.)

Первым в помещение ввалился потный, задыхающийся Фомичев с «узлом» на шее. Не мудрствуя лукаво мы по выходе из машины продолжили транспортировку фигуранта прежним способом.

— Так вот ты каков, пятнистый олень! — оторвавшись от чтения, хищно усмехнулся генерал и обратился ко мне: — Дмитрий Олегович! Выньте, пожалуйста, кляп у бывшего полковника.

— А??! — опешил я. — На фига вам сдалось это вьючное животное?!

Логачев незаметно толкнул меня локтем в бок, мол, «Чего мелешь, идиот?! Совсем о субординации забыл?!».

Но Нелюбин не обратил внимания на мою вольность и столь же вежливо пояснил:

— Получив информацию о захвате вами сего господина, я ознакомился с его досье и понял. Воистину на все воля божья!!! Если бы операция развивалась строго по плану, то животное, как удачно выразился полковник Корсаков, осталось бы живо-здорово. На худой конец подалось в бега, опасаясь мести лично задетого губернатора. А так… Гм!!! Так оно наконец-таки получит по заслугам… Будьте любезны, снимите с него фигуранта и нормализуйте правую руку, — после короткой паузы попросил он Логачева.

— Что… Что вы собираетесь сделать?! — испуганно пробормотал освобожденный от ярма и «нормализованный» Фомичев.

— Душу отвести! — Приятное, интеллигентное лицо Бориса Ивановича вдруг резко изменилось: стало враждебным, жестоким. В глазах вспыхнули волчьи огоньки. — Благодаря таким, как ты, крысам нация вырождается, вымирает! — прорычал он. — Пока мы не можем уничтожить всех вас в масштабах страны. Присутствующие в курсе, ПОЧЕМУ. Однако рано или поздно настанет наше время! И тогда мы проведем грандиозную чистку общества!.. Но знаешь ли, крыса, я… лично я устал ждать! А потому с огромным удовольствием собственноручно порву хоть одного из вас. Защищайся, крыса, так будет интереснее!!!

Хлесть! Нелюбин влепил Фомичеву смачную оплеуху. Тот отшатнулся назад и заскулил побитой шавкой, но даже не попытался прикрыть лицо.

Бау! Второй удар, кулаком в челюсть (не в полную силу) посадил экс-мента на задницу.

— На! — Короткий тычок носком ботинка расквасил потную физиономию.

— Ы-ы-ы-ы-ы!!! — гнусаво, на одной ноте зарыдал Фомичев.

— Оно не будет сопротивляться, — осторожно заметил я. — Разве что пол обоссыт в отместку. Зря время тратите, Борис Иванович!

— Вы правы, — поморщился генерал, мягко ступая, приблизился к Фомичеву и коротким, профессиональным движением свернул ему шею. Грузное тело распростерлось на полу, мелко подергивая ступнями.

Нелюбин нажал кнопку в стене.

Спустя несколько секунд перед нами возникли два здоровенных мужика в рабочих спецовках.

— Отнесите падаль в кремационный зал и суньте в печку, — распорядился Борис Иванович. По переговорному устройству вызвал врачей [18] и обратился ко мне: — Удалось выяснить личность типа, убившего Сюзанну, пытавшегося ликвидировать вашу группу и подорвавшего себя гранатой. Пока идет наркодопрос, рекомендую вам ознакомиться с распечаткой информации, присланной смежниками по электронной почте, и постараться ее проанализировать. А с «откровениями» Войкова, имеющими отношение к делу, я вас потом ознакомлю. Вот возьмите. — Он протянул мне папку-скоросшиватель: — Работать можете в соседнем помещении с правой стороны. Там вам никто не помешает!..

Покосившись на Логачева с Ерохиным, бесцеремонно прикреплявших фигуранта к оцинкованному столу, я вышел в подземный коридор. Предложенное генералом помещение представляло собой маленький, удобный кабинетик со столом, стулом, настольной лампой, чистой пепельницей и мощным кондиционером. Звукоизоляция была превосходной, и из допросной сюда не проникало ни звука.

Устроившись поудобнее, я включил кондиционер, закурил сигарету, раскрыл папку и погрузился в чтение…

«Однако смежники на сей раз предельно откровенны, — закончив чтение и выделив карандашом некоторые абзацы, подумал я. — Конечно, следуя укоренившейся привычке, они не называют вещи своими именами, но ясно дают понять — Адамова перевербовали. Чего стоит хотя бы такой пассаж — «Видеозапись подброшена на один из блокпостов федеральных сил». Ой, не смешите! Да если бы Адамова впрямь казнили, означенная видеозапись появилась бы и в Интернете, и на множестве зарубежных телеканалов. О раскрытии «борцами за независимость» имперского шпиона-диверсанта протрубили бы все подконтрольные масонам мировые СМИ…. Опять же — «расстрелян». Кадровые офицеры ГРУ, честно выполнившие свой долг, попавшие в руки мятежников и оставшиеся верными присяге, умирали лютой смертью. Их рвали на части лошадьми или бронетехникой, распинали на крестах, поджаривали на медленном огне и т. д. и т. п. А тут вдруг такой невероятный гуманизм!!! Ну хорошо, предположим, при казни присутствовала целая армия западных корреспондентов. Но почему тогда ее (запись) не растиражировали по всему белу свету, а украдкой подбросили на блокпост… Идем далее: исходя из послужного списка Адамова — отличное знание четырех иностранных языков (чеченский не в счет), постоянные «специальные задания», работа под прикрытием, — он представлял интерес скорее не для мятежников, а для какой-то из иностранных разведок, активно действующих на Северном Кавказе. И использовали его потом не в войне с федеральными войсками, как, допустим, мерзавца Ромейко, [19] а для чего-то иного… Та-а-ак!!! И что все это нам дает?! В смысле выхода на остальных членов группы. Да ничего конкретного! Имеем образец «почерка» при ликвидации Чухонцева (типично умный, особенно с учетом последующей засады), а толку-то… Хотя… — Тут я прокрутил в памяти известные акции вражеских спецов, хлопнул себя по лбу и густо покраснел от осознания собственной тупости: — Ларчик-то просто открывался! И ответ давно был на самом виду, а я, недоумок, его в упор не замечал!