Фрэнк повернул голову влево и выглянул в овальной формы иллюминатор, расположенный рядом с сиденьем. Мимо гондолы двигателя у левого борта на мгновение промелькнула Земля: огромный щит с пятнами-облаками ускользнул из виду в тот момент, когда корабль завершил разворот. Фрэнку не удалось различить сквозь облака ни одного крупного материка, и он предположил, что они находятся где-то над Тихим океаном. Возможно, как раз за видимым горизонтом лежит Гонконг, его отчий дом. При этой мысли Фрэнк улыбнулся. Когда-нибудь он бы хотел получить еще одну возможность побывать…

— Ага, теперь он мило улыбается. — По другую сторону прохода Леа отложила блокнот для записи данных и лукаво посмотрела на него. — О чем задумался? За пфенниг расскажешь?

Фрэнк хотел было ответить, когда понял, что Леа забавляется своей любимой игрой, но было уже слишком поздно.

— Попался! — Она шаловливо погрозила ему пальцем. — А теперь рассказывай…

— Пфенниг — это монета. — Фрэнк поудобнее устроился в кресле. — Самая мелкая конвертируемая валюта, которую использовали в Германии до 2002 года, когда немецкую марку заменили евро.

— Очень хорошо. — Она не могла позволить ему так легко отделаться. — А что тогда означает выражение «за пфенниг расскажешь»?

— Это значит, что ты неудачно скаламбурила. А думал я о Гонконге, если тебе так уж необходимо это узнать. Интересно было бы побывать в этом городе.

— Я думала, ты уже побывал там. Три года назад, когда… — После этих слов тонкие брови Леа слегка изогнулись. — О, ты имеешь в виду экспедицию ХКИЦ?

Фрэнк кивнул.

— 31 декабря 1997 года. В день, когда Великобритания официально уступила остров Китайской Народной Республике. Судя по тому, что я читал, очень интригующий период.

Женщина покачала головой и сложила блокнот.

— Возможно, но скорее всего он хорошо задокументирован. Там нет ничего, представляющего особый интерес. Ты, конечно, всегда можешь внести предложение, но…

— Вероятнее всего, Совет отклонит его. Ты права. — Лу пожал плечами и снова повернулся к окну. — Просто мысль в голову пришла.

Земля полностью скрылась из виду; он видел теперь лишь черное пространство, расположенное между Землей и Луной. Откуда-то снизу раздались звуки — это беспокойно заерзали в своих креслах остальные пассажиры. Они путешествовали уже более восемнадцати часов с момента вылета корабля из космического порта в Море Дождей. На частном корабле, принадлежащем Хронокосмическо-му Исследовательскому Центру, не было той роскоши, которую могли позволить себе огромные коммерческие лунные аппараты. Все пассажиры на борту являлись сотрудниками ХКИЦ; одни возвращались из отпуска, другие, как, например, Леа и сам Фрэнк, жили на Луне. Так как коммерческим рейсам не позволялось стыковаться со станцией «Хронос», то приходилось добираться на кораблях ХКИЦ либо на попутных грузовых судах.

Вспомнив о конечной цели полета, Фрэнк дотянулся до вмонтированного в спинку кресла компьютера, провел указательным пальцем по экрану, и вид на панели изменился, воспроизводя передний обзор. Теперь он наблюдал ту же картинку, что и пилоты из кабины: крестообразная станция, каждое крыло которой состояло из пяти цилиндрических модулей, а на противоположных концах вытянутого центрального ядра располагались два космических дока сферической формы. На прямоугольной платформе ближнего дока Фрэнк мог различить крошечные корабли, а также те, что зависли на соседней парковоч-ной орбите.

Из чистого любопытства он дотронулся пальцем до изображения дальнего дока. Когда они завершили оборот вокруг станции, на короткое мгновение Лу мельком увидел маленький аппарат в форме тарелки, примостившийся на ангарной платформе. Затем, как он и ожидал, картинку заслонил перевернутый треугольник.

Экран очистился, и появилась первоначальная заставка.

— Verdammt, [1] — с презрением проворчал Фрэнк. Это был один из случаев, когда господа из Отдела безопасности чересчур серьезно воспринимали свою работу. Как будто никто на борту корабля ХКИЦ ни разу в жизни не видел хронолета…

Леа ухмыльнулась.

— А ты способный.

— Перестань! — Он бросил на нее предупреждающий взгляд. — Я занимался усердно, старался, как мог, ты же знаешь.

Закрыв глаза, Леа устроилась в кресле.

— Надеюсь, ты выучил историю лучше, чем немецкий. Она тебе понадобится.

Фрэнк открыл было рот, чтобы возразить, но передумал. Бесполезно спорить с Леа, когда она не в духе. Поэтому он попытался расслабиться, но через мгновение снова дотронулся до экрана компьютера и провел оставшиеся минуты полета, наблюдая за тем, как корабль завершает стыковку.

Когда космический док полностью заполнил экран, Фрэнк подумал, что станция «Хронос» имеет в длину более километра. Не так уж и много, по крайней мере по сравнению с некоторыми колониями на орбите Лагранжа. Тем не менее поражала мысль, что почти три сотни лет назад летательные аппараты приблизительно такого же размера строились — да в общем-то и летали! — на Земле.

Фрэнк мысленно улыбнулся. Ровно через два дня они увидят «Гинденбург». А потом он предложит Леа выложить ее мысли за пфенниг.