Кэллан сворачивает на юг, и они едут вдоль берега озера, пока не натыкаются на маленький ресторанчик, стоящий прямо у воды.

Кэллан подкатывает к самой двери.

Они заходят.

Место довольно тихое: парочка рыбаков, трое мужчин, похожих на фермеров, которые поднимают глаза от тарелок, когда Кэллан с Норой входят. Они выбирают столик у окна с видом на озеро. Кэллан заказывает яичницу-глазунью из двух яиц, бекон и картофель фри. Нора берет чай и подсушенные тосты.

— Поешь нормально, — говорит Кэллан.

— Мне не хочется есть.

— Ну что ж.

Ни к чаю, ни к тостам Нора не притрагивается. Когда Кэллан расправился с яичницей, они вышли прогуляться вдоль озера.

— Что теперь станем делать? — спрашивает Нора.

— Погуляем вокруг озера.

— Я серьезно.

— И я тоже.

На другом берегу растут сосны; их иглы чуть поблескивают под солнцем; ветер рябит воду.

— Меня станут искать.

— А ты хочешь, чтоб тебя нашли? — спрашивает Кэллан.

— Нет, — отвечает Нора. — Хорошо б скрыться от всех на какое-то время.

— И у меня такое желание. Пожить хоть немного спокойно, понимаешь? Я не знаю, чем все в конце концов обернется, но сейчас я просто хочу покоя. Ты как, согласна?

— Да, конечно.

— Нам нужно избавиться от мотоцикла, — говорит Кэллан. — Разыскивать станут его, он слишком приметен.

Они находят другую машину в нескольких милях к югу по шоссе 79. Там в низине, чуть в стороне от шоссе, стоит старый фермерский дом, перед ним двор — в таких домах обычно живет белая голытьба. Но здесь двор забит подержанными машинами, а у обшарпанного амбара разбросаны отслужившие свой век запчасти. Да еще во дворе стоит несколько полуразвалившихся сараев, раньше служивших, скорее всего, курятниками. Кэллан сворачивает на грунтовую дорогу и ставит мотоцикл у амбара. В амбаре мужик в неизменной бейсболке ремонтирует «мустанг» 68-го года выпуска. Высокий, костлявый, лет, может, пятидесяти, хотя под бейсболкой не разберешь. Кэллан смотрит на «мустанг»:

— Сколько за него хочешь?

— Нисколько не хочу, — буркает тот. — Эта не на продажу.

— А какую-нибудь продаешь?

Мужик тычет в желтовато-зеленый «гранд» 85-го года, стоящий чуть поодаль.

— У ней пассажирская дверца с улицы не открывается. Нужно изнутри открывать.

Они подходят к машине.

— Двигатель-то работает? — уточняет Кэллан.

— Это да, еще как работает. Очень даже исправно.

Кэллан садится в машину и поворачивает ключ зажигания.

Мотор оживает, словно Спящая красавица от поцелуя.

— Сколько? — интересуется Кэллан.

— Ну, не знаю. Одиннадцать сотен?

— Лицензия на покупку?

— И лицензия есть, и регистрация. Номера. Все есть.

Кэллан возвращается к мотоциклу, вынимает двадцать сотенных и протягивает фермеру:

— Тысяча за машину. Остальные, чтоб ты забыл, что видел нас.

Тот берет деньги:

— Эй, в любое время, когда пожелаете, чтоб я вас не видел, заезжайте.

Кэллан отдает ключи Норе:

— Поезжай за мной.

Она едет за ним следом к северу по 79-му до Джулиана. Там они поворачивают на восток и съезжают вниз по петляющей по склону дороге к пустыне, потом пересекают открытое пространство, и наконец Кэллан сворачивает на грунтовую дорогу и тормозит в полумиле от места, где обрывается дорога, у въезда в каньон.

— Тут сойдет, — говорит он, когда Нора выходит из машины, имея в виду, что тут огонь не расползется по песку, и поблизости вряд ли кто-то окажется: дым не заметят. Нацедив немного бензина из запасной канистры, Кэллан обливает «Харлей».

— Желаешь попрощаться? — спрашивает он у Норы.

— Прощай.

Кэллан швыряет спичку.

Они наблюдают, как горит мотоцикл.

— Похороны викингов, — замечает Нора.

— Только мы не в море. — Кэллан, подойдя к «гранду», садится за руль и открывает дверцу для нее. — Куда желаешь прокатиться?

— Куда-нибудь, где красиво, тихо и спокойно.

Кэллан задумывается. Если кто-то обнаружит остатки их мотоцикла, то скорее всего, решит, что они отправились на восток, через пустыню, чтобы сесть на самолет из Таксона, Феникса или Лас-Вегаса. А потому, когда они выезжают на шоссе, он едет обратно, на запад.

— Куда мы? — интересуется Нора. Хотя вообще-то ей все равно, ей просто любопытно.

А он отвечает:

— Сам не знаю.

Он и правда не знает. У него нет никаких планов, только ехать, любоваться пейзажем, наслаждаться тем, что рядом Нора. Они вновь проезжают городок Джулиан: им не хочется находиться среди людей, а потом дорога опять пошла под уклон, а когда гора сбегает вниз к прибрежной равнине на западе, их окружают поля, яблоневые сады и коневодческие ранчо. Они въезжают на длинный холм, откуда открывается вид на красивейшую долину.

Посередине долины скрещение дорог: одно шоссе уходит к северу, а другое — на запад. Вокруг развилки сбились здания: на северной стороне — почта, рынок, столовая, булочная и — полная неожиданность — картинная галерея; на южной — старый универмаг и с десяток белых коттеджей. И больше ничего нет. Только дорога, прорезающая просторный луг, где пасется скот. Нора замечает:

— Как красиво.

Кэллан останавливается на подъездной дороге рядом с домиками. Заходит в старый универмаг, где теперь продаются книги и садовый инвентарь, и через несколько минут выходит с ключом.