–  Ну, как вы сдали химию?
– спросила Юлькина мама, обращаясь к Андрею.

–  Нормально сдали, - ответил он, - почти все сдали. Но мурыжил нас преподаватель до шести часов вечера.

–  Ну, этого следовало ожидать. А Наташа где учится?

–  В колледже, - ответил за нее Андрей.

–  А в каком?

–  Я буду парикмахером, - скромно, но не без гордости ответила та. И Берендею была понятна эта гордость: наверняка ее родители всю жизнь проработали на заводе или на стройке, а она будет сидеть в чистой, теплой и светлой парикмахерской, с чистыми руками и в красивой одежде.

–  А ты, Егор, учишься или работаешь?

–  Я работаю, - ответил Берендей.

–  А кем, если не секрет?

Вопросы Юлькиной мамы не были похожи на допрос. Скорее, она спрашивала, чтобы снять напряжение за столом, вызванное ее приездом. Похоже, она отлично понимала, что друзья ее дочери чувствуют себя немного неловко.

–  Я егерь.

–  Правда?
– на лице Антонины Алексеевны нарисовалась неподдельная, детская радость.
– Не может быть!

–  Почему же?
– Берендей немного смутился.

–  Представляешь, когда я была маленькой, я мечтала стать егерем. Мои родители были в ужасе. Нормальные девочки хотят быть врачами и учителями, а их дочь выдумала себе что-то невообразимое. Только я тогда думала, что егерь - это вроде хранителя леса.

–  Ну, у меня так оно и есть, - пожал плечами Берендей, - но вообще-то егерь - это больше профессиональный охотник. У нас хозяйство бедное, к НИИ относится. Иногда, конечно, надо и охоту организовать. Но у нас охотиться скучно. Приезжают начальники из НИИ да из районной администрации. И больше выпить на природе да в бане попарится.

–  А что, у нас в лесу и звери есть?

–  Да, осталось немного. Лисы есть, много лис. Зайцы, кабаны. Лоси. На лосей и приезжают охотиться.

–  А медведи?

–  Нет, здесь медведей нет. Восточней, ближе к Вологодской области, встречаются. А здесь мы вообще между двух железных дорог зажаты, жилье кругом, дороги. Какие тут медведи!

–  Слушай, а где учатся на егеря? Я в детстве этого так и не выяснила.

–  Не знаю. Мой отец был егерем. И я стал.

–  А твой отец жив?

–  Нет. Он умер два года назад.

–  А мать?

–  Я жил с отцом, - уклончиво ответил Берендей.

–  Так ты совсем один живешь? И, наверное, где-то в лесу?

Берендей пожал плечами и улыбнулся:

–  У меня есть пес. Так что я живу не один.

Из «красной» комнаты показалась заспанная голова Виталика, едва не задевавшая косяк.

–  Виталик, привет, - тут же переключилась на него Антонина Алексеевна.

–  Здравствуйте. А ванна свободна?

–  Там Юлька, но она сейчас выйдет. Уже воду выключила.

Виталик втянул голову обратно в комнату и закрыл дверь.

Юлька и вправду тут же вышла из ванной, кинула взгляд на сидящих за столом и закусила губу. Что-то с ней все-таки произошло, вчера она была совсем не такой. Она была веселой и улыбчивой. А сегодня помрачнела и насупилась.

–  Юлик, садись ко мне поближе, - ее мама хлопнула по стулу рядом с Берендеем, - а там сядут Виталик со Светочкой.

Интересно, она так заранее запланировала или это получилось случайно? Антонина Алексеевна села за стол так, что образовалось две пары свободных мест. И, какое бы место ни занял Берендей, ему все равно пришлось бы сидеть рядом с Юлькой. Если, конечно, Света с Виталиком сядут вместе.

Юлька чуть не заплакала. У нее даже наморщился нос. И загорелись щеки. Да что же с ней такое? Она не хочет садиться рядом с ним, она чуть не плачет оттого, что ей придется рядом с ним сидеть! Что он такого сделал вчера, чем так обидел ее? Берендей уткнулся в кружку и боялся на нее посмотреть. Когда они возвращались домой, все было хорошо: она смеялась. Потом они пили чай, и она снова смеялась. Может быть, он слишком резко развернулся, когда уходил в «желтую» комнату? И ее это задело? Они остановились у стола, и говорили о чем-то малозначительном, и раз двадцать успели пожелать друг другу доброй ночи. А потом он понял, что ему пора уходить, иначе он сделает что-нибудь непоправимое. Может, не стоило так сразу? А он сказал ей: «Все. Спать», развернулся и ушел.

А может, ее смутило то, что их вдвоем увидел Андрей? Они вернулись с улицы и над чем-то смеялись. И Берендей подхватил ее за локоть, почти по привычке, когда она споткнулась о порог. А в кухне сидел Андрей и пил чай. Впрочем, он почти сразу ушел наверх.

Юлька села рядом, и он левым боком почувствовал ее напряжение.

–  Ну что ты села?
– улыбнулась ей мама.
– Наливай чай, я, между прочим, объездила здесь все магазины, чтобы найти твой любимый медовик.

–  Я просто не выспалась, - уныло ответила Юлька.