Халфлинг не доложил о своей находке, так как приказ капитана избегать ненужных встреч слегка разозлил его. Лорд Деверелл заверил Проныру, что поехав с патрулем он таким образом сможет отомстить людям, которые разрушили его деревушку. Но едва они покинули Хай Хорн, капитан патруля, озабоченный лишь тем, как добраться до Перевала Желтого Змея, стал отдавать приказы идущие вразрез с обещаниями Деверелла. Халфлинг намеревался вынудить Люнта сдержать слово, данное Девереллом, даже если для этого придется завести патруль в самое сердце лагеря Сайрика.

Через два дня после отбытия из Хай Хорна, халфлинг наткнулся на сломанную вумеру. Об этом Раднору он доложил. Вумера означала, что его соплеменники также идут по следу Сайрика, и именно поэтому он должен был добраться до него первым. Проныра не мог убить всех людей Сайрика, но на одного бы сил ему хватило — этого должно быть достаточно, чтобы вернуть себе меч. К счастью, военный отряд халфлингов не имел представления, где находятся Зентилары и направлялся точнехонько к Даркхолду.

В течении двух дней после обнаружения вумеры, Проныра периодически натыкался на след захромавшей лошади или улавливал силуэт одинокого всадника на горизонте — всегда впереди патруля. Вначале это озадачивало его, так как Келемвор сказал, что Сайрику нужна Миднайт и камень, который несет с собой Адон. Они никак не мог понять, почему люди Сайрика едут впереди патруля, словно бегут от него.

Но в конце концов Проныра догадался, что люди Сайрика присматривали за кормирцами. Поняв это, он выбрал для разведки южный фланг, там, где всегда появлялись люди Сайрика, и где он будет единственным, кто сможет заметить их.

Через несколько мгновений голос подал Раднор, — “Пожалуй я вернусь на свое место. Будь начеку”. Развернув пони, он направился на северную сторону.

Заметив, что рейнджер покидает его, халфлинг прогнал одолевавшие его мысли. “Ладно”, — отозвался Проныра. “Ты тоже”.

Раднор, вместе с Келемвором и Миднайт, был одним из тех людей, которые искренне нравились халфлингу. Хотя Раднор и занимал важное место в рядах кормирской армии, он не завидовал следопытским навыкам Проныры. Скорее наоборот, рейнджер часто в открытую восхищался способностями халфлинга.

По правде сказать, чем больше Проныра проводил времени с людьми, тем больше они ему нравились. В отличие от его соплеменников в Черных Дубах, они не считали его серьезное поведение оскорбительным или заносчивым. В сущности, они уважали его за это и обращались с ним как с равным, что достаточно редко встречалось в отношениях между халфлингами и людьми.

Но Проныра знал, что его привязанность станет причиной его падения. По мере того, как он все больше сближался со своими спутниками, он начинал испытывать острое чувство жалости из-за своего предательства. Он даже подумывал о том, чтобы рассказать Раднору и Келемвору о лазутчиках Сайрика.

К несчастью, сделать этого ему не удалось. Людей Сайрика не было видно уже двое суток. Проныра даже испугался, что они потеряли патруль или сменили своих хромых лошадей.

Халфлинг чувствовал себя абсолютно беспомощным. Он мог бросить патруль и сам выследить Сайрика, но Равнина Тан была слишком большой, чтобы прочесывать ее в одиночку. Единственное, что ему оставалось делать, это ждать нового появления разведчиков. Сайрик не для того так долго выслеживал Миднайт и скрижаль, чтобы сейчас позволить им уйти.

Но даже, если зентильские разведчики не вернутся, халфлинг надеялся, что сможет выжить и без меча. С той поры, как он покинул Черные Дубы, Проныра ни на секунду не сомкнул глаз, но иных признаков надвигающегося безумия не было. Он смутно надеялся, что его состояние не ухудшится и возможно ему хватит силы воли вынести разлуку с мечом. А возможно и нет.

* * * * *

Двадцатью милями южнее того места, где сейчас находился Проныра и кормирский патруль, раскинулось огромное болото, известное как Трясина Тан. Расположенная в середине равнины, трясина представляла собой мрачное, зловонное место. Большинство людей обходили это место за много миль, боясь встречи с ужасными, злобными созданиями обитающими в его водах.

Однако эти твари не волновали Сайрика, который знал, что в этой трясине не могло быть ничего более зловещего, чем его собственное сердце. Наслаждаясь уединением, вор и его люди разбили лагерь на северной границе трясины. Сейчас он и Далжел обсуждали провал их разведчиков, которые умудрились потерять след кормирцев.

“Ну и где они?” — взревел Сайрик. С тех пор как они последний раз видели патруль прошло уже два дня.

“Если бы я знал это, то уже шел бы по их следу!” — также резко ответил Далжел.

Сайрик повернулся и обвел взглядом реку Тан. Ее медленные потоки цвета крови неторопливо текли, подчиняясь размеренному ходу вещей. Несмотря на срыв его планов, необычное зрелище успокоило вора. Не оборачиваясь к своему помощнику, он произнес, — “Если мы не сможем найти Миднайт, мой план не стоит и выеденного яйца!”

“Возможно он его не стоит, даже если мы и найдем ее”, — ответил Далжел.

Крючконосый вор обернулся и встретил его таким ненавидящим взглядом, что Далжел невольно опустил руку на рукоять меча.