— Она не ведьма! Она попросту из… — начал Николас и умолк, глянув на мать. Ну не может он рассказать ей правду насчет Дуглесс! Ведь и сама Дуглесс как-то заметила, что сейчас все домочадцы любят ее только потому, что она спасла жизнь Киту, но вскоре это забудется!

— Ты что, поверил во все ее сказки? — пристально глядя сыну в глаза, спросила леди Маргарет, — Неужели ты веришь всем ее россказням?! Да эта женщина — лгунья и… — Она чуть замешкалась, но продолжила:

— Она везде сует свой нос! Заставила тебя рисовать дома, будто ты — лавочник какой-то! А девчонку, на которой должен жениться Кит, подговорила одеться в крестьянское платье! Она забирает чужих детей из-под присмотра няньки! А детей наших слуг учит читать и писать — как будто им это нужно! Она…

— Но ведь ты сама все это поощряла! — воскликнул ошарашенный Николас. — Это я был единственным человеком, который молил вас о том, что надо быть поосторожнее, когда она только появилась здесь! И ты взяла у нее предложенную таблетку!

— Да, я это сделала! Поначалу она меня очень даже забавляла! — ответила леди Маргарет. — Пожалуй, она забавляла бы меня и теперь, если бы мой младший сын не вообразил себя влюбленным в нее! — И, смягчившись, она положила ладонь на руку Николаса. — Люби Господа Бога, люби, поскольку должен, своих детей, когда они вырастут, только не дари любви женщине-лгунье! Что ей от тебя нужно, что нужно от всех нас?! Послушайся же меня, Николас: берегись этой женщины! Она слишком многое меняет в нашей семье. Она чего-то добивается!

— Нет, — тихо ответил Николас. — Если она и хочет чего-то, то только помочь! Ее послали…

— Послали? — воскликнула леди Маргарет. — Кто же ее послал?! И что может она от нас получить? — Зрачки у леди Маргарет расширились. — Кит говорил, что кто-то пытался утащить его под воду и он едва не утонул. А может, эта женщина Монтгомери нарочно подстроила все так, чтобы казалось, будто она спасла его! Возможно, даже она желала его смерти! Ведь после смерти Кита ты стал бы графом, а она держала бы тебя в кулаке!

— Нет, нет и нет! — вскричал Николас. — Она вовсе не из таких! Она ведь ничего и не знала насчет Кита, потому что я солгал ей про ту дверь в Беллвуде!

При этих словах на красивом лице леди Маргарет появилось смятение.

— Скажи мне, что ты знаешь об этой женщине! — потребовала она.

— Ничего! — ответил Николас. — Во всяком случае ничего плохого! И, верь мне, женщина эта хочет нам всем лишь добра! Нет у нее никаких злокозненных намерений!

— Тогда почему она стремится помешать твоей свадьбе?

— Она и не стремится! — ответил Николас и отвернулся от матери. Когда он впервые повстречался с Дуглесс, она наговорила немало чудовищных вещей о Летиции, но больше это не повторялось! Слова матери заставили его несколько усомниться в искренности Дуглесс.

Приблизясь к нему, леди Маргарет тихо спросила:

— Скажи, а эта женщина из рода Монтгомери тебя любит?

— Да, — ответил он.

— В таком случае она должна хотеть лучшего для тебя! А наилучшее — это Летиция Калпин. Женщина из рода Монтгомери должна понимать, что никакого приданого она принести не может. Насчет дяди-короля она наврала, так что теперь я сомневаюсь, есть ли у нее хоть какие-то достойные родственники! Кто же она такая? Дочь лавочника, что ли?

— Учителя.

— Ах вот оно что! — воскликнула леди Маргарет. — Наконец-то я слышу правду! Ну и что же она может предложить семейству Стэффорд? У нее же ничего нет! — И, вновь положив ладонь на его руку, она сказала:

— Я вовсе не прошу тебя совсем отказаться от нее: пусть остается с тобой в нашем доме или же уезжает вместе с тобой и твоей женой. Взрослей себе рядом с этой женщиной! Люби ее! Веди себя с ней вольно! — Тут лицо леди Маргарет вновь приняло жесткое выражение, и она решительно проговорила:

— Но ты не можешь сделать ее своей женой! Ты меня понял?! Стэффорды не женятся на дочках учителей без пенса в кармане!

— Да, сударыня, я вполне понял вас! — ответил Николас, и глаза его потемнели от гнева. — И это я, более, чем кто-либо, ощущаю на своих плечах бремя нашего семейного имени! Хорошо, я исполню свой долг и женюсь на бессердечной красотке Летиции!

— И прекрасно! — воскликнула леди Маргарет, но понизив голос, добавила:

— Мне ненавистна мысль, что что-то может случиться с этой женщиной Монтгомери! Я к ней привязалась!

Николас некоторое время остолбенело глядел на мать, потом повернулся и вышел из комнаты. В ярости он бросился в свою спальню и без сил прислонился к двери, прикрыв глаза. Последние слова матери были более чем ясны для него: либо исполни свой долг и женись на Летиции Калпин, либо «что-то случится» с Дуглесс! Он хорошо понимал, как отнесется Дуглесс к его женитьбе: разумеется, она не останется с ним в одном доме и не согласится прислуживать его жене!

Значит, он потеряет Дуглесс и приобретет Летицию! Обменять любящие глаза Дуглесс на расчетливый холодный взор Летиции! Когда он впервые встретил Летицию, она поразила его своей красотой: темно-карие глаза, темные кудри, полные яркие губы. Но он, Николас, немало покрутился среди красивых женщин и быстро научился видеть и понимать, что скрыто за внешней красотой. По дому Стэффордов Летиция ходила, устремляя алчные взоры на золотую посуду, как бы мысленно оценивая ее стоимость — мозг ее явно работал как весы, прикидывая, сколько у Стэффордов в наличии золота, а сколько серебра!