– Но раз застопорил, значит подберет.
– Сообщил знаток морских обычаев.

Тем временем корабль прошел еще с минуту и, наконец, замер. Дождавшись, когда по волнам заскользил мощный луч прожектора, отыскивающий среди серых волн их скорлупку, капитан вложил в ракетницу последний патрон и расчетливо выпустил ракету. Луч метнулся к ним и ослепил. Шлюпка вынырнула из дегтярной темноты всего в пяти метрах от них. Молоденький офицер в ярко красном жилете и щегольской фуражке бросил петлю. Зацепив конец на носу лодки, капитан махнул рукой, сообщая, что готов к транспортировке. Не прошло и тех секунд, как их надувной ковчег прислонился к высокому борту спасательного катера. Командир спасателей крикнул что-то, но ветер унес слова.

Удерживая раскачиваемую волнами шлюпку, матросы помогли спасенным перебраться на катер. Когда все оказались на борту, офицер, как бы извиняясь, развел руками и обрезал удерживающий лодку канат. Повинуясь невольному импульсу, Ольга вцепилась в обрывок веревки. Она так жалобно смотрела на офицера, что тот сжалился. Да и то сказать, резиновая лодчонка, выдернутая сильными руками, на дне спасательной шлюпки, способной вместить шестьдесят пять человек, заняла совсем немного места. А уже через несколько минут над головами у них оказалась громада лайнера. Сраженные размерами спутники задрали головы, стремясь разглядеть название гигантского судна.

– Мать твою.
– Прошептал Глеб, сложив буквы, выведенные золотом на черных склепанных листах, в слово.

– Титаник?
– Повторил он в изумлении.

Подъем на гигантских талях прошел без происшествий. Шлюпка замерла, повиснув над бортом.

Кутаясь в выданные им одеяла, спасенные стояли на шлюпочной палубе. Иван Максимович озирался с таким, чисто профессиональным интересом, что на какое-то время забыл обо всем и даже не заметил, как к ним подошел капитан.

Роскошный китель, седая борода и усы, фуражка с шитьем. Глеб невольно вытянулся по стойке смирно, признав в подошедшем большого начальника.

– Капитан Смит.- Произнес подошедший, строго приложив два пальца к козырьку - Кто вы? С какого судна? Вопросы короткие и конкретные выдавали умеющего ценить свое время англичанина.

– Антонов Иван Максимович, капитан яхты Амазонка, порт приписки - Санкт Петербург, Россия.
– Отчеканил мастер, обстрелян возле побережья Сен-Мало. Был вынужден оставить судно и спасаться на лодке. Со мной хозяйка яхты - госпожа Шилова, матрос и повар. Двое суток в открытом море.

Капитан лайнера, удовлетворенный ответом, кивнул и обратился к стоящему возле него офицеру.
– Господин Мердок, прикажите разместить спасенных, и внести запись в бортовой журнал, - бросил он. Старший помощник подтвердил распоряжение. И продублировал его стоящему чуть дальше дежурному офицеру.

"Ого. Как все запущено'.
– Мелькнула в голове у Ольги странная мысль. "А ведь он со старпомом на ножах".
– Однако забивать голову манерными англичанами, едва избежав смертельной опасности, ей было недосуг.

Шли долго. Вероятнее всего вели их с таким расчетом, чтобы не попасться на глаза пассажирам первого класса. Поэтому спустились чуть не до самого трюма, потом долго петляли коридорами и, наконец, офицер привел их в кормовой отсек, где, на третьей палубе, нашлось две свободные каюты.
– Извините мадам. Все билеты раскуплены, мест нет совсем. Это наш первый трансатлантический рейс.
– Счел нужным поделиться широко известным фактом лейтенант.

– Простите, какое сегодня число?
– не выдержала Ольга.

– Двенадцатое апреля, одна тысяча двенадцатого года, - четко произнес британец.

Пожелав спокойного отдыха и пообещав, что скоро их посетит доктор, а затем отведут в столовую, офицер гордо удалился.

Забыв про усталость, Ольга влетела в каюту к спутникам. Полуодетый Иван Максимович ухватился за покрывало. Не обращая на него внимания, Ольга дернула со стола портфель и, раскрыв герметичные замки, выудила слим.

– Я в каюте, - бросила она на бегу. Ее надежда была на то, что зарядки аккумулятора хватит, чтобы проработать хоть какое то время. Заперев дверь и приказав Наталье быть на страже, открыла ноутбук. Странно было видеть предмет гордости двадцать первого века в аскетичной, почти монашеской обстановке каюты третьего класса начала двадцатого века. Громадная память забитая всевозможными словарями, энциклопедиями, справочниками позволила узнать все о последнем дне лайнера.

Совет собрали после ужина. Переполненные впечатлениями спутники, вернулись в каюту.

Одно дело, говорить о перемещении, другое своими глазами увидеть то, что было без малого сто с лишним лет назад. Обстановку, людей, стать участником великих событий.

Ольга, которая уже как-то притерпелась к подобным метаморфозам. Хотя бы в силу опыта десятилетнего странствия смогла первой прийти в себя и перевести разговор в деловое русло.

– Это не могло быть совпадением.
– Категорически заявила она собравшимся в маленькой каюте.- Как я выяснила, маршрут Титаника проходил гораздо северней того места, где мы были. И крайне мала возможность, что на спокойной воде нас за двое суток дрейфа унесло к побережью Ирландии, или еще севернее. Однако это факт. Вот этот корабль - Титаник, который затонет послезавтра. Пятнадцатого апреля. Боюсь, что изменить историю, и сделать так, чтобы катастрофа не произошла мы не в силах. Я вообще сомневаюсь, что изменить прошлое возможно. И дело даже не в эффекте бабочки. В моем понимании все совершенное и совершившееся имеет одномоментную структуру. Иначе мгновенный переход был бы невозможен. Иными словами все, что должно будет произойти, уже произошло. Хотя это пустое словопрение.
– Ольга задохнулась, от такой длинной речи.

– Но зачем-то мы здесь оказались?
– Осторожно спросил Иван Максимович.- И я думаю, это связано с твоим амулетом. Если это нечто, заключенное в нем, направляет тебя, то логично предположить, что есть какая-то цель.

– Давай глянем на проблему не с точки зрения спасителей человечества. Возьмем более мелкий масштаб.
– Ольга посмотрела на браслет.

– Что за дурдом? Иметь возможность перенести во времени и не суметь внятно объяснить, что ему нужно. Бардак.
– В сердцах она стукнула по ноутбуку. Спящий экран ожил и начал разворачиваться файл.