Энни готовила обед. Она медленно переходила от стола к кухонным шкафам, открывала дверцы, доставала кастрюли, сковородки, приносила из кладовой необходимые продукты. Казалось, целая вечность прошла с того времени, когда она в последний раз вот так хлопотала на кухне. Она начала снова готовить для сыновей и для Мартина уже через несколько дней после возвращения домой. Барбара вначале пыталась было взять на себя эту работу, но очень скоро Энни вернулась к домашним обязанностям, привычным хлопотам и бдительному контролю над всем, что делалось в доме. Ей было странно осознавать, как много, оказывается, для нее значила возможность все делать самой и снова чувствовать себя хозяйкой своего маленького мира.

– Я, должна быть, больше похожа на Тибби, чем думала раньше.

Но сегодня был особый случай – они решили устроить первый званный обед с тех пор, как Энни вернулась из госпиталя. Это была идея Мартина.

– Мы не отметили твое возвращение, – однажды вечером заявил он. – Тебе сейчас лучше, так что давай вместе куда-нибудь сходим пообедать. Можно пригласить Гейн и Яна, еще кого-нибудь.

Мартин с увлечением перечислил несколько старых друзей и знакомых.

– Чтобы их всех пригласить, нужна уйма денег, – возразила Энни.

– Ну, можно ведь каждому заплатить за себя.

– Нельзя же приглашать людей на вечеринку в ресторан, а потом еще и заставлять их платить, – запротестовала она, словом, они заспорили, как обычно бывало при обсуждении любых других планов. При мысли об этом Энни улыбнулась.

– Пригласи их к нам. Я приготовлю перечный соус «Чили» или что-нибудь в этом роде.

– А ты справишься с этим?

– Да, – ответила она. – Уверена, что все будет о'кей.

– Я помогу тебе, раз так, – Мартин положил свою теплую ладонь ей на руку и они повернулись к телевизору, где в эту минуту передавали новости.

Так они и решили. Энни хотела угостить на этот раз гостей чем-нибудь особенным. Она неплохо готовила, и ее блюда славились в кругу их друзей, так что, тщательно спланировав меню, она этим утром, пока Бенджи был в яслях, сделала необходимые покупки. Теперь оба сына в гостиной смотрели телевизор; Энни, поставив на стол большую кастрюлю, подошла к двери и взглянула на детей. Том сидел на диване в своей любимой позе, поджав колени и засунув подбородок в свитер и не отрывал глаз от экрана. Рядом, на полу, лежал Бенджи. Заметив всклокоченные волосенки на голове своего младшего сына, Энни автоматически подумала: «Слишком длинные, надо его сводить к парикмахеру», и громко спросила:

– Эй, приготовить кому-нибудь сэндвич с арахисовым маслом, пока я еще не очень занята?

Нет ответа. Они даже не посмотрели в ее сторону, и Энни, чувствуя, что в голосе прорываются раздражительные нотки, спросила их опять:

– Да, пожалуй, – сказал Том, и Бенджи, как всегда добавил:

– И мне так же как и Томасу.

Энни вернулась в кухню, приготовила сэндвичи, отнесла их мальчикам, а потом, наконец, взялась за работу.

Сначала она нарезала шпинат и смешала его со слегка поджаренной телячьей печенкой. Эту смесь положила внутрь бараньей грудинки, которую сегодня утром специально выбирала в мясной лавке. Потом Энни свернула мясо, аккуратно обмотала его шпагатом и хорошо обжарила на сильном огне. Внезапно запах жирного мяса вызвал у нее легкий приступ тошноты.

Энни посмотрела на часы – почти шесть. А она ведь еще хотела приготовить слоеное тесто, чтобы запечь мясо. Но времени уже не оставалось, так что придется воспользоваться полуфабрикатом. Она открыла холодильник и извлекла пакет с готовым тестом. Достав его, поставила размораживать и занялась приготовлением рыбы. Заливное из камбалы Энни готовила и раньше десятки раз, но, кажется, еще никогда в рыбе не попадалась так много тонких, тоньше волоса, костей. Стараясь их вытащить, Энни с отчаянием видела, какие у нее стали неуклюжие, неловкие пальцы.

Гулко отдаваясь в голове, раздался сигнал тестомешалки. В это мгновение дети побежали на кухню. Томас попросил:

– Можно мне еще сэндвич?

Энни чуть не прикрикнула на него: «Жди обеда!», однако тут же сообразила, что времени действительно много, а дети еще не ели, как следует. Она засуетилась среди грязных кастрюль и разделочных досок, приготавливая гренки с фасолью и варенными яйцами, потом поставила перед детьми на стол еду, но тут уже Бенджи закапризничал:

– Не хочу гренки с яйцом! – Энни резко оборвала малыша:

– Больше я ничего не успела сделать или ешь это, или вообще ничего не получишь! Мне некогда!

Мальчики сели друг против друга и стали молча поедать свои гренки, обиженно глядя на мать.

Осталось еще приготовить овощи и десять минут на тесто, – подсчитывала Энни. Десерт уже готов, она взбила сливки с вином и сахаром, добавила туда лимонного сока, и сейчас эта бледно-желтая пенистая смесь застывала в холодильнике в стеклянном кувшине. Энни как раз собиралась похвалить себя за предусмотрительность, когда внезапно обнаружила, что совсем забыла купить хоть какого-нибудь сыра.