Копия

Главное Управление Культуры

Приказ

16 ноября 1981 года Директору театра Драмы и Комедии

на Таганке тов. Дупаку Н.Л.

Главному режиссеру театра

тов. Любимову Ю.П.

В ответ на ваше письмо от 13 ноября 1981 года Главное Управление Культуры сообщает, что готово рассмотреть новый вариант композиции к спектаклю "Владимир Высоцкий" доработанный театром в соответствии с замечаниями разрешения его исполнения.

Напоминаем, что в соответствии с существующим порядком, просмотр спектакля комиссией ГЛАВК, может быть проведен после завершения работ над композицией и разрешения ее исполнения.

Проведение публичных репетиций, дискуссий, приглашение на них представителей прессы, кинематографа, радио, телевидения не рекомендованы до утверждения литературного материала спектакля, о чем ГЛАВК неоднократно предупреждал руководство театра со ссылкой на соответствующие законодательные документы.

В этой связи ГЛАВК разделяет недоумение коллектива в адрес руководства театра по поводу проведения многомесячных репетиций по неразрешенному материалу и вынесения на зрителя этих репетиций с проведением широкого обсуждения общественностью г. Москвы.

Заместитель начальника

главного управления культуры

М.С.Шкодин

Копия

Театр Драмы и Комедии на Таганке

тов. Анурову В.С.

В ответе ГЛАВКа от 16.11.81 г. подписанного Шкодиным М.С., на нашу неоднократную просьбу посетить театр на Таганке и посмотреть подготовленный коллективом театра работу в память советского поэта, ведущего артиста нашего театра, нашего товарища Владимира Высоцкого, содержится глумливая, издевательская фраза, которую мы не считаем для себя возможным здесь даже приводить /ГЛАВК ее сочинил, ГЛАВК ее знает наизусть/, оскорбляющая достоинство и работу нашего коллектива.

Во избежание недоразумений, коллектив вас просит найти время и прийти обьясниться с коллективом и в данном случае не только по поводу спектакля, в противном случае "гора придет к Магомету".

Коллектив помнит Вашу надгробную речь на гражданской панихиде по поводу кончины В.С.Высоцкого и надеется быть услышанным в своей просьбе.

Коллектив театра 19 ноября 1981 г.

Копия

Председателю исполкома Моссовета тов.

Промыслову В.Ф.

Уважаемый Владимир Федорович!

Зная ваше доброе отношение к творчеству театра на Таганке, мы обращаемся к вам в очень трудный для нас момент.

Коллектив театра сделал спектакль в память замечательного советского поэта, ведущего актера нашего театра, нашего товарища Владимира Высоцкого. Спектакль был подготовлен к годовщине смерти, к вечеру памяти поэта, который Главное Управление Культуры исполкома Моссовета запретило нам проводить и только благодаря обращению Главного режиссера театра тов. Любимова Ю.П. к руководству государством, вечер был проведен, спектакль был сыгран и получил единодушную оценку представителей общественности г. Москвы.

Вот уже в течение полугода Управление Культуры категорически отказывается принимать спектакль, прибегая к бюрократическим отпискам, обьявлен выговор за выговором Главному режиссеру и директору театра, хотя театр выполнил категорические требования по исправлению литературного материала.

В последнем письме ГЛАВКа, подписанным М.С.Шкодиным, в ответ на наше приглашение посмотреть спектакль в исправленном виде, содержится оскорбительная инсинуация в адрес целого коллектива.

Мы не считаем для себя возможным работу в сложившейся ситуации. Мы обращаемся к вам с убедительной просьбой - в трудную минуту помочь нам.

Артисты и работники театра.

В. Полозов ( газета "Брянский рабочий" 1980,

– ------------------------------------------

7 августа ) Песня о друге

– -----------------------

Тот вечер в спортивном лагере под Брянском выдался не совсем обычным. Еще с обеда на веранде столовой появилось обьявление о предстоящем концерте ансамбля "Юность". Что за ансамбль, откуда он, не знали ни московские борцы и штангисты, ни мурманские лыжники, ни брянские акробаты, - никто из тех, кого собрало здесь нынешнее лето. Но все, привыкшие к размеренной, до предела насыщенной тренировками лагерной жизни, обрадовались нежданному развлечению.

После ужина подьехал к веранде автобус, груженный стереоколонками, микрофонами, какими-то ящиками, коробками, проводами, выпрыгнули из него четыре девушки в ситцевых платьях ( ансамбль оказался женским ), а через полчаса все это, приведенное в систему, заиграло, запело, затрещало. Начали с "Олимпийских талисманов", а там пошли в ход первые любви, и ее многочисленные встречи, и звенящее соловьями утро, и желтоглавая ночь. Слушали добродушно, аплодировали, прощая исполнителям и явную недостаточность голосов, и некоторые нелады с настройкой инструментов.