Блейд стоял рядом и молчал. Он смотрел на приближающийся легион тьмы, парящий над расплавами Свинцовой реки, на гибнущих игв и размышлял, напрасны эти жертвы или нет. Ведь он сам отдал жизнь, чтобы это случилось. Через отдаленную цепь событий, сплетенную из поступков людей и не людей, вопреки замыслам неистовствующих врагов, случилось то, что должно было случиться. Но была ли в этом рука Провидения? Кто мог дать ответ на этот вопрос, кроме Провидения? В руке Творца была власть над всеми этими мирами: земными и неземными, высшими и низшими. И от Него одного можно было ждать ответа. Но не требовать.

Одно знал Блейд, и это знание уже стало для него аксиомой. То, что произошло здесь в Друккарге, непременно откликнется в Энрофе. И о том, к каким последствиям могут привести эти события, думать было страшно и тяжело.

– - Море зальет камень Каабы. Демоны доберутся до него не так скоро, как им бы хотелось, -- сказал Ум.

– - Отсрочка будет невелика. Но все же я преклоняюсь перед тем, что ты сделал, Ум, -- сказал Блейд.

– - Я не сделал ничего, чего не должен был сделать. Я исчерпал все возможности бытия Друккарга, и на этом мой цикл и цикл этого города закончился.

– - Не нужно так говорить, Ум. Мы еще можем уйти и увести всех игв с помощью камня Каабы. Он может переместить множество душ.

– - Нет, Блейд. Уходи один. Мы не сможем существовать в других мирах, хоть наша плоть и изменилась. Мы слишком уродливы для Энрофа. И даже для вашего виртуального мира. Ты ведь не хочешь, чтобы на нас устраивали охоту в ваших играх. Мы тоже не хотим этого. Мы выбираем смерть, и пусть она трансформирует нас в новые формы, более угодные Всевышнему.

– - Я понимаю тебя, Ум. Возможно, ты делаешь все правильно, -- сказал Блейд. Отчаянная жалость пронзила его сердце. Ум перестал быть игвой, но требовалась смерть, чтобы он мог возродиться ангелом или человеком.

– - Я был хорошим Великим игвой. Я привел мой народ к Свету. Многие игвы приняли Бога. Ты видишь моих воинов, Блейд? Они стоят и смотрят смерти в лицо, смотрят храбро и не страшась ее. Так иди же скорее в свой мир, стоящий ближе к Богу, и помяни нас в своих молитвах. А мы пребудем здесь до конца и сделаем все, чтобы задержать натиск этой мерзейшей мощи.

– - Прощай, Ум!
– - Блейд положил руку на плечо Великому игве. Рука Блейда была совсем призрачная и тонкая, она прошла сквозь плотное тело игвы, Ум заметил это и одобряюще улыбнулся. Блейд впервые заметил, что игва улыбается. Только вот улыбка у Ума вышла не слишком веселая. И по его сморщенным щекам протянулись две блестящие полоски. Великий игва плакал.

– - Но прежде, чем ты уйдешь, Блейд, я хочу сделать тебе подарок. Когда-то давно мой народ выступил на стороне князя. Мы заплатили за это высокую цену. В результате мы были вынуждены покинуть землю и уйти в эти преисподние миры. От той войны у нас сохранился великий трофей. Это меч плененного ангела. Этим священным оружием не может воспользоваться никто из игв или адских тварей, только ангел или добродетельный человек. Я хочу, чтобы ты взял этот меч.

Ум подал условный знак и перед ними предстал жрец в красном балахоне. В руках у жреца был ковчег, украшенный какими-то письменами.

– - Вот, Блейд, прими этот священный меч! И пусть он послужит добру и Провидению!
– - торжественно произнес Ум.

Жрец склонился в поклоне, подавая ковчег Блейду. Руки Блейда прошли сквозь крышку каменного ковчега и неожиданно наткнулись на что-то осязаемое. Блейд взялся за рукоятку и вытащил наружу меч в блестящих ножнах.

– - Только не вытаскивай его здесь. Его свет для нас слишком ярок, -предупредил Ум.

– - Спасибо, Ум! Спасибо, за великий подарок!

– - А теперь иди, Блейд! Ты должен подготовиться к встрече врага в Энрофе. Времени осталось мало.

– - Прощай, Ум!

– - Прощай, Блейд! Помяни нас в своих молитвах. Бог даст, свидимся еще в лучших мирах!

– - Непременно, Ум, всенепременно!

Блейд повернулся и побежал к входу в подземелье. В это время первые демоны ада достигли крепости, на бастионах завязались отчаянные схватки. Маги Друккарга метали огни и молнии, игвы самоотверженно бросались в рукопашный бой, а гиганты-императоры бились, как львы, нанося громадный урон войску Князя. Все стояли насмерть в этой последней битве. Терять игвам и бывшим пленникам Друккарга, кроме их призрачной жизни, было нечего. Но все же это была жизнь с ее чувствами, тоской и болью. И умирать игвам было так же страшно, как людям и всем другим живым существам.

Но даже в эту минуту Ум чувствовал себя счастливым. Он видел солнце, он видел звезды в небе Энрофа. Не одну только злую звезду Антарес, дающую лиловый свет в их зените, а настоящее небо большое и звездное. И он, Ум, стяжал благодать Господню, придя к Господу и поклонившись ему. Он знал, что если даже умрет здесь, после смерти ему уготована лучшая участь, чем жить в этих Богом забытых местах. И как ни странно, большинство игв тоже приняли эту истину. Они прозрели. И прозрение их простиралось до миров более высоких, чем приграничье и даже Энроф. Стоящие сейчас на бастионах игвы с удивлением обнаруживали происходящие в них перемены. Их тело изменялось: плотные и сморщенные кожные покровы заменялись более тонкими, нежными и чувствительными. Душа становилась легче и воспаряла на такие высоты, о которых раньше они не смели и помыслить. Словно бы бельма спали с их глаз, теперь игвы видели во всех цветах спектра, а не в одном только фиолетовом, как раньше. И конечно, Слово, донесенное до игв Блейдом и Умом, жило в этих покинутых с незапамятных времен созданиях и творило свое благодатное дело.