– Все ваши пациенты подвергаются групповой терапии?

– Почти все, но время от времени терапевт проводит сеанс один на один с пациентом.

– С некоторыми из ваших знаменитостей? Вряд ли им придется по вкусу каяться в своих слабостях в присутствии других.

– Разумеется, мы обеспечиваем полную секретность, если они сами того желают. Но я настоятельно рекомендую пациентам групповую терапию, и лишь немногие из них упрямятся.

– Я была бы не прочь познакомиться с Лейси Хьюстон, – произнесла Сьюзен задумчиво. Теперь они медленно шли по коридору. – Едва ли она станет возражать. После заметки Синди Ходжез всему миру известно, что она здесь.

– Сначала нужно спросить у нее, – ответил Ноа несколько натянуто. – Мисс Хьюстон производит на меня впечатление довольно замкнутой натуры.

– Я знаю, это звучит банально, но что на самом деле представляет собой Лейси Хьюстон? Мнения о ней настолько расходятся, что…

Двери, ведущие в боковой коридор, с шумом распахнулись, и оттуда выскочил молодой человек в больничной одежде. Он резко остановился, оглядываясь по сторонам.

– Билли! – Сделав два больших шага, Ноа оказался рядом с ним и крепко схватил его за руку.

Длинные, нечесаные белокурые волосы падали на лоб молодого человека, из-под этой завесы смотрели темные глаза, горевшие фанатическим огнем. Взгляд его остановился на Сьюзен. Ей глаза этого пациента показались безумными, однако от них исходило какое-то гипнотическое притяжение.

Молодой человек попытался вырваться, но тут раздался сигнал тревоги, и он сразу сник. Свободной рукой Ноа вынул из-за пояса передатчик и рявкнул в него:

– Говорит доктор Брекинридж. Выключите этот проклятый звонок!

Через мгновение звон прекратился.

– Кто приказал включить сигнал тревоги? – продолжал Ноа гневно. – Им можно пользоваться только в экстренных случаях. Вы, наверное, уже напугали до смерти всех в этом помещении.

– Но случай действительно экстренный, доктор, – донесся слабый, как жужжание насекомого, голос из передатчика. – Билли Рипер потерялся где-то в коридорах Клиники.

– Теперь уже нашелся. Он со мной. Как ему вообще удалось выбраться? Я же распорядился, чтобы двери в его палате всегда оставались запертыми.

– Мы не знаем, доктор.

– Так выясните, черт бы вас побрал!

Ноа снова закрепил передатчик у себя на поясе, и как раз в этот момент они увидели устремившегося к ним по коридору Бада Лонга. Охранник остановился перед Ноа, тяжело дыша, с пунцовым от бега лицом.

– Ради всего святого, Бад! Как он выбрался из палаты?

Охранник пожал плечами, засовывая револьвер в кобуру.

– Понятия не имею. Должно быть, кто-то забыл запереть дверь.

Ноа мрачно взглянул на певца:

– Может быть, ты объяснишь мне, Билли?

– Ни за что! – На губах Билли появилась злобная ухмылка. – Единственное, что тебе нужно знать, док, это то, что старину Билли никто не запирал.

– Если бы это зависело от меня, ты бы немедленно вышел отсюда прямиком через главный вход, – произнес Ноа с отвращением. – Тебе нужно не лечение, а хороший сторож. Но если принять во внимание, как ты одет… – Ноа ухмыльнулся. – В больничной одежде, с голой задницей, обдуваемой ветром, – и в таком виде ты предстанешь перед своими поклонниками?

Билли усмехнулся в ответ:

– Им это может даже понравиться, док.

– Ну ладно, я провожу тебя в палату. – Ноа, обернувшись, бросил взгляд на девушку: – Оставайтесь здесь, Сьюзен. Я скоро вернусь.

Ноа повел Билли прочь. Прежде чем дверь закрылась за ними, певец обернулся, откинул со лба волосы и подмигнул Сьюзен.

Все это время она с испугом наблюдала за происходящим. Пациент, с диким видом носящийся по коридорам, – это уже больше похоже на то, что она ожидала здесь увидеть. Сьюзен улыбнулась, понимая, что Ноа, судя по всему, теперь просто кипит от ярости. Безусловно, это совсем не то зрелище, которое он хотел ей показать.

Оставшись одна, она неуверенно осмотрелась вокруг. Коридор был пуст. Возможно, ей представился случай для небольшого самостоятельного расследования. После некоторого колебания она направилась в конец коридора. По правую сторону находился солярий, и двери его были открыты.

Сьюзен вошла туда. Высокий мужчина и стройная женщина, стоящие у восточной стены, с беспокойством поглядели на нее. Сьюзен подошла ближе к ним.

– Из-за чего тревога? – спросил мужчина. – Не пожар ли? Мы уже подумывали, не покинуть ли нам здание.