Ответ нашелся легко, хотя я по-прежнему не представлял, что со мной происходит.

Я почувствовал, что на мое сознание вновь обрушилось странное удивление, всполохи отвращения и волна неверия.

— (Одинаковые? Одно и то же с безумными разрушителями, или рабовладельцами, или дикарями, которые хуже животных?.. Это была воля Единого: тех, кто добывает священный камень, следует остановить, они не должны более приносить разрушений…)

Передо мной возник образ — не смерти, но абсолютной пустоты, как будто исчезло все, что я когда-либо знал.

— (Я — тот, о ком они знали давно. Было начертано, что в один прекрасный день их великий однокровка придет с дальних звезд и положит конец их страданиям. Я — доказательство того, что обещание выполнено и время пришло.)

Чужаки наконец полностью прервали контакт, освободив мое сознание — и наполнив его. Я смотрел в человеческое и одновременно нечеловеческое лицо чужака, пытаясь заглянуть через него, потому что я понял, что всю жизнь был наполовину слеп и только что прозрел. Я был абсолютно в своем уме, но мое сознание без всяких целей воспринимало образы, мысли и чувства других людей.

Чужак, человек, кто бы ни был — я читал любого как книгу. Мой разум растворился, как морская пена, пока я не вздохнул более или менее свободно.

Затем чужаки исчезли, как будто их никогда не было. Колени подогнулись, и я медленно сполз на пол по стене…

Когда я смог подняться, Джоральмен и Мика все еще как изваяния стояли на том же месте. Подбежав, я со всего размаху ударил Мику и обрушил его на пол, хотя для меня уже не имело значения то, что он меня выдал.

— Червяк!

— Мне очень жаль, парень, — произнес Джоральмен, он был подавлен. — Мы ничего не могли сделать.

— Да мне плевать, что ты сейчас сожалеешь. — Я махнул на него рукой. Мика, поднявшись, хотел броситься на меня, но Джоральмен остановил его.

— Что они с тобой сделали? Что случилось?

Я хотел рассказать ему обо всем, но это было слишком личным, поэтому сообщил только то, что они мне говорили. Когда я закончил, Мика воскликнул:

— Ты слышишь? Они сведут счеты с нами, а этого сосунка не тронут! — Он был в ярости. — Ты что, самый главный? Ты маленькая кучка дерьма, а не телепат. Это не цивильные пришельцы, а какие-то ублюдки, и ты им родня. Ты — полукровка, козел, врун, сукин сын!

Он вновь двинулся на меня. Я взглянул на Джоральмена; он молчал. Я стал отступать в дальний угол. Но Джоральмен явно был не согласен с Микой.

— Прекрати это! — крикнул он ему.

Мика заткнулся, а я продолжал пятиться. Добравшись до угла, я сел на пол и стал наблюдать за ними. Джоральмен тоже сел и достал обезболивающий пластырь из аптечки. Мика в упор смотрел на меня, шумно дыша. Мое сознание еще оставалось взбудораженным, хотя с исчезновением чужаков я почувствовал себя лучше. Я видел все, что делалось в головах Джоральмена и Мики, их страх, гнев, отчаяние. Я пытался убедить себя в том, что это не имеет значения. Мне все равно, что будет с ними. Хотя…

— Слушайте, я постараюсь узнать, что у них на уме. Может, что-нибудь придумаем.

Джоральмен поднял глаза, на его лице я прочел удивление. Он даже улыбнулся.

Я вновь закрыл глаза, погрузившись сознанием в тайные враждебные воды, чтобы узнать все необходимое, и стараясь не утонуть.

Это были гидраны, хотя совершенно непонятно, что они делали в таком удалении от основных мест обитания. У меня с ними общая кровь, они ожидали меня. Любопытство разбирало меня — почему? как? Тут же мне пришел ответ:

— (Их задача — защищать синий камень от расхищения.) — Телхассиумная руда! — (Они/их предки/их бог был/были Единым, и руда была его священным камнем, давая жизнь и свет на замороженном осколке звезды. Предки, источник их духа и культуры, покинули этот мир очень давно, но было обещано, что они вернутся. А тем временем гидраны хранили святую веру в это и священный камень.) Они помнили, как предки покидали планету, их память хранила все. Она передавалась из поколения в поколение, все гидраны были связаны в единую сеть, где имелась полная информация о настоящем и прошлом, через столетия: это был полный обмен знаниями, свободный, без недомолвок и тайн, в процессе совершенного слияния и общения мыслей и чувств. Они представляли собой объединенную корпоративную нацию, где индивидуумы являлись частью целого.

Каждый образ, который когда-либо возникал у одного члена сообщества, мгновенно передавался по сети сознаний и дополнял этот корпоративный разум. Но с течением времени, с переживанием трудностей и изменений самые старые образы стали постепенно заменяться новыми. Так я узнал правду, хотя понимал ее лишь частично. Гидраны пришли в Туманность Рака задолго до того, как свет от взорвавшейся звезды дошел до неба Ардатеи. Они пришли на Синдер за тем же, что и Федерация, — в поисках телхассия на остывшем осколке, но когда для цивилизации гидранов настали черные дни, обитатели Синдера утратили контакт со своими предками и другими колониями гидранов во вселенной. Синдер остывал все больше и больше, затем пришли люди. Время и лишения уменьшили и без того небольшую колонию, пока гидраны перестали осознавать, кто они и откуда явились.