Шрифт:
Но кроме этого, я почувствовала и ее ум.
Понимаете, стоит вам только превратиться в какое-то животное, как его собственные, звериные инстинкты, нахлынув, пытаются взять над вами верх. Инстинкты животного становятся как бы вашими собственными. И это дает вам возможность использовать его способности.
Моя крыса страшно нервничала. Ей было явно не по себе оттого, что она случайно оказалась посреди открытого пространства. К тому же ей жутко хотелось прижаться к стене — на тот случай, если кому-то вдруг придет в голову напасть на нее. Тогда ей легче было бы обороняться. Подумав, я нашла, что это не так уж глупо.
— Может быть, переберемся куда-нибудь в более безопасное место? — предложила я Рэчел. Естественно теперь нам пришлось переговариваться телепатически.
— Само собой. Разумеется, — согласилась она.
Крохотные крысиные лапки пришли в движение, и мы бросились наутек. Не очень быстро, конечно, хотя вначале нам казалось, что мы несемся со скоростью ветра. Но это просто потому, что мы находились так близко к земле. Мой нос возвышался в каких-то пяти сантиметрах над покрытым линолеумом полом. Двигаясь вперед, я со страхом видела, как высокие стены — стоявшие тут и там лабораторные шкафы — понемногу смыкаются вокруг меня. А там, впереди, виднелось какое-то чудовищное переплетение стволов гигантских деревьев, смахивающих на тропический лес, — скорее всего, сдвинутые вместе несколько обычных стульев.
Я поспешно шмыгнула мимо них и прижалась спиной к стене. Рэчел не отставала от меня ни на шаг.
— Какой-то на редкость непривлекательный хвост, — презрительно сморщилась Рэчел. — Смотри, как интересно, — вот я теперь крыса, и все-таки при одном только его виде мне становится тошно!
Наконец мне с трудом удалось обнаружить стол, на котором стоял сделанный мной лабиринт. Кортни сидела теперь внутри. Вытянув шею, я огляделась по сторонам.
— Думаю, можно вскарабкаться на мой рюкзак с учебниками, а оттуда прыгнуть па стул, — предложила я, — оттуда — на мой свитер, а уже с него — прямо на стол.
— Давай, я за тобой, — велела Рэчел. — Вперед, моя крыска!
Как выяснилось, крысиное тело великолепно приспособлено для того, чтобы карабкаться вверх или прыгать со стула на стол. Держу пари, вам бы никогда не пришло в голову, что это упитанное, гладкое тельце и коротенькие ножки способны творить чудеса скалолазания, но я теперь готова поверить, что крыса способна забраться куда угодно, стоит ей только захотеть.
Отсюда я увидела стопку книг, которую заранее приготовила в качестве лестницы, прислонив ее к задней части моего великолепного картонного лабиринта. Но теперь, когда я стала крысой, эта небольшая стопочка показалась мне размером с настоящую стену. Футов этак девять в высоту.
— Давай-ка забирайся туда, — скомандовала Рэчел. — А я, пожалуй, подожду внизу.
Я поспешно вскарабкалась на самый верх книжной стопки. Яркая обложка лежавшего на самом верху учебника выглядела точь-в-точь как огромная красочная мозаика.
Добравшись до самого верха, я вытянула шею и осторожно заглянула внутрь лабиринта.
Конечно, можно было спрыгнуть вниз, но при
одном только взгляде на запутанные ходы и переходы моего лабиринта по спине у меня пробежала дрожь, и я решила отказаться от этой мысли. Каким бы странным это ни показалось, но идея столкнуться нос к носу со своим двойником — настоящей Кортни — почему-то меня не радовала. Я до сих пор чувствовала себя неловко, используя облик какого-то животного. Скорее, это была даже не неловкость, а какое-то смутное чувство вины…
Но дело есть дело. Нужно было выяснить, почему все-таки Кортни не желает идти на поиски орехов. Ведь не может же она не чувствовать их запах?
— Эй, Рэчел, погоди! Странное дело, но я тоже нечувствую никакого запаха. Вообще никакого!
— Какого запаха!—не поняла Рэчел.
— Запаха орехов. Я его не чувствую.
— Ну и что ?
— Так ведь в этом-то все и дело!— объяснила я.
Ничего не понимая, я огляделась по сторонам и только потом вдруг почувствовала движение воздуха. Надо мной словно веял ветерок. Задрав кверху голову и изо всех сил напрягая глаза, я наконец разглядела где-то высоко-высоко над головой, там, где, по моим расчетам, должна была находиться луна, огромный пропеллер вентилятора.
Если бы у меня были губы, я бы улыбнулась.
— Эй, все дело в вентиляторе! Он относит запах орехов в сторону.
— Отличная работа! Надеюсь, теперь мы можем убраться отсюда?
Я все еще упивалась своим триумфом, когда вдруг почти одновременно произошли две вещи. Во-первых, Кортни — настоящая Кортни — подошла к краю и стала подозрительно принюхиваться.
А во-вторых, я вдруг услышала какой-то грохот, будто сильно хлопнула дверь, взрыв громкого смеха, а вслед за ним топот сразу нескольких ног.
Кортни, застыв от страха, уставилась на меня. Я — на нее. Потом оглянулась. Позади меня, парализованная ужасом, застыла Рэчел, испуганно тараща на меня глаза.
— ЭЙ, ГЛЯДИ! КРЫСЫ! – проорал у меня над ухом немыслимо громкий голос. Какой-то мальчишка, подумала я. Голос я, само собой, не узнала, но зато прекрасно поняла тон, которым он все это произнес. Парень явно искал приключений.
— ЗДОРОВО! — завопил в ответ другой голос. — ДОЛЖЕН ЖЕ КТО-НИБУДЬ ИЗБАВИТЬСЯ ОТ ЭТИХ ТВАРЕЙ! НЕНАВИЖУ КРЫС!