– Черт возьми, я не думаю, что видел тебя хоть раз с леди, Джесс.

Оба они от души веселились.

– Она немного странновата, но все равно я замечательно проводил здесь время, если не считать того, что она считает меня грабителем, развратником, лжецом и последним подлецом. И она делает все, чтобы перевоспитать меня. Я терплю это, потому что люблю ее стряпню – водянистый бульон, склизкие яйца и смертоносную печенку.

Вспоминая все это, Джесси рассмеялся.

– Похоже она как раз такая, каких ты всегда сторонился, Джесс, – женщина строгих правил. Может быть, она как раз то, что тебе нужно.

– Все что мне нужно, Джеймс Хадсон– Смышленый-Мальчик, это поезд отсюда, и чем раньше, тем лучше. Я буду завтра на встрече, вне зависимости от того, отпустит меня доктор или нет. Когда ты пришел, я думал, это доктор. Предполагается, что он должен снабдить меня выездными документами, так сказать. Я уже прекрасно справляюсь с этими костылями.

– Ну, не торопись, Джесс. Мне надо тоже повидать Догерти, пока я в городе. Надеюсь ты и ему выпишешь чек?

– Я его все еще пишу, но чек, в мое отсутствие, можешь подписать и ты.

Хадсон рассмеялся.

– Ребята в Роквелле хотят знать, что делать с твоим оборудованием.

– С ним все в порядке, Джим?

– В целости и сохранности, уверяю тебя. Они хранят его в домике обходчика.

– В домике обходчика! Черт, эти остолопы разнесут вдребезги все мои пластинки. Я хочу, чтобы их забрали оттуда. Ты не собираешься туда?

– Нет, завтра после встречи я направляюсь обратно в Денвер. Знаешь, в каждом горняцком городке мэры умоляют нас провести к ним ветку, чтобы вывозить руду. Мы не можем строить так быстро, так что поторопись с выздоровлением.

– Я тебе доверяю, Джим. Только дай мне знать, что там происходит, потому что я уже устал от здешней праздной жизни. Как только док разрешит, я приеду на конечную станцию. Я только волнуюсь, чтобы мое оборудование было в целости и сохранности.

– Я могу попросить Стокера взять его в поезд снабжения, – предложил Хадсон.

– Ради Бога,, нет! Избавь меня от Стокеpa! – Они оба засмеялись. – Он хорошо управляется со сталью и деревом, но я уж скорее сброшу свое оборудование с горы, чем доверю Стокеру с его паровозом. Оставь его, где есть. Может быть, я придумаю что-нибудь. Может, я смогу выбраться отсюда завтра вместе с тобой, кто знает?

– Ну выздоравливай, приятель. Мне надо еще повидаться с доктором Догерти, и раз уж я здесь, то заодно проверю, нет ли каких жалоб у начальника станции на работу новой ветки. Ну, я пошел, Джесс. Так или иначе, я увижу тебя перед отъездом.

Когда Хадсон собирался уходить, в дверях появилась мисс Абигейл с подносом:

– Могу я предложить вам стаканчик лимонада, мистер Хадсон?

– Мы доставили вам уже немало хлопот, мисс Маккензи. Это я должен вам кое-что предложить, прежде чем уйду. Сколько я вам должен за уход за двумя людьми?

Несмотря на то, что мисс Абигейл бесчисленное число раз напоминала Джесси, что взяла его в свой дом только из-за денег, теперь, когда ей их предложили, она растерялась.

Джесси мог понять ее замешательство от вопроса Джима и видел, что она не могла оценивать в долларах все то, что она сделала. Ведь деньги являлись тем предметом, которые леди не обсуждают.

– Дай леди хорошую цену, Джим.

– Так во сколько же ты оцениваешь свою шкуру, Дюфрейн? – Они обменялись заговорщическими взглядами, и Джесс ответил:

– Я не знаю, сколько стоит моя шкура, но стакан знаменитого лимонада Эбби стоит в любой день тысячу долларов.

– В таком случае, я попробую этот лимонад перед уходом, – сказал Джим Хадсон, улыбаясь Эбби.

– Так я налью вам? – предложила Эбби, чувствуя себя неуютно от их очевидных подшучиваний. – Где вы его выпьете, мистер Хадсон? – спросила она.

– Как насчет вашей веранды, мисс Маккензи? Вы присоединитесь ко мне?

Зачем она сперва посмотрела на Джесси, словно нуждалась в его разрешении сидеть на веранде с другим мужчиной?

– Давай, Эбби, ты заслужила отдых, – сказал он, заметив, как порозовели ее щеки, – эй, Джим, большой остолоп, спасибо за то, что пришел.

Хадсон подошел к кровати, и они пожали друг другу руки, прощаясь. Хадсон сказал Джесси:

– Приводи в порядок свои мощи и возвращайся на дорогу. И не утруждай леди, это приказ!

– Убирайся к черту, пока лимонад не испарился на жаре.

Когда Хадсон и мисс Абигейл выходили из комнаты, Джесси крикнул вслед:

– Последи за своими манерами, Джим. Мисс Абигейл в высшей степени благовоспитанная леди.