– Ай-ай, Руслан!
– покачал головой Рыбий Сын, являясь пред светлы богатырские очи.
– Будь я злыдень, лежать бы тебе сейчас без доверчивой твоей головы.

– Я тебя учуял. В противном случае ты сам давно бы уже без головы отдыхал. С чем пожаловал, друже?

– Да вот, Руслан, не пойму я что-то. У тебя вроде как все хорошо, вон и Людмила твоя рядышком...

– Да, и что?

– А то, что наш старый приятель Черноморд как воровал девок, так и по сей день ворует. Вчера в Чернигове разбойствовал... А ты тут на лаврах почиваешь... Вон, на коня своего посмотри, разожрался, еле ступает, как кобыла брюхатая...

Руслан посмотрел на Шмеля. Тот, и впрямь, слишком пузатый, бочком-бочком, странно как-то перемещался по тому же лугу. Внезапно картинка несколько расплылась, конь принялся худеть на глазах, вот он пошел уже рысью, перешел на галоп. Послышался дробный стук копыт, конь подскакал к хозяину, ткнулся влажными губами в ухо:

– Хозяин, просыпайся, как бы чего не вышло...

Руслан молниеносно открыл глаза, сел, положив руку на рукоять меча.

– Как бы чего не вышло.
– повторил Шмель.
– Скачут сюда, и их немало.

– Стой здесь и молчи. Вообше ни звука!
– прошептал Руслан, выглядывая из кустов.
– И спасибо, что разбудил.

Конский топот приближался, на дороге забрезжило какое-то сияние. Чуть погодя Руслан разглядел, что это были всадники, десятка два-три, некоторые с факелами. В полном молчании пронеслись они галопом мимо, не обратив на кусты, в которых присмотрел себе ночлег богатырь, ни малейшего внимания.

– Эва...
– Руслан растерянно посмотрел им вслед.
– Древляне, Ящер их побери! Чего это они здесь делают, интересно? И куда собрались на ночь глядя в полном вооружении? Ох, Шмель, чует мое горемычное сердце, это все неспроста... Перекусил? Вот и славно. Спокойный ночлег, похоже, отменяется: от вооруженных древлян ночью в полянских землях ничего хорошего ждать не приходится...

Руслан старался держаться не менее чем в версте позади древлянского отряда, чтобы до поры до времени не выдавать своего присутствия. Своим обострившимся зрением он хорошо различал фигуры скачущих впереди воинов.

– Шмель, ты как, в драках бывал?

– Это смотря в каких.
– осторожно ответил конь.
– Однажды, было дело, один из моих прежних хозяев, купец Тугомысл, с перепою затащил меня в корчму. "Я, говорит, - великий Калий Гуль, амператор ромейский. Поклоняйтесь все моему коню!". Ну, ему там и поклонились двумя лавками по темечку... Жаль, по трезвости ничего так хозяин был. Так что бывал, бывал я в драках.

– А в боях?

– Вот этого не приходилось. Не боись, богатырь, сдюжу.

– Смотри, не подведи.
– сурово произнес Руслан.
– И глянь-ка, светится впереди. Никак, весь. Ну-ка, давай быстрее, пока наши приятели там бед не понавытворяли...

Чутье не подвело Руслана: древляне собирались крепко позабавиться: замыслили они добыть себе жен по древнему, дедами-прадедами завещанному "зверинскому" обычаю: умыканию уводом. Если в некоторых других племенах, где тоже сохранилось умыкание, оно происходило по согласию, то древляне не захотели отступать от обычая ни на шаг: поймал девку за косу, перекинул поперек седла - и ходу...

Охотников было не два и не три десятка, а ровно две дюжины. Все молодые, не старше двадцати, рослые, мускулистые, и у всех в крови гуляет хмельной мед пополам с молодым гонором. Они затеяли не только жен добыть, но еще и развлечься, выказать друг перед другом удаль молодецкую, пожечь да порезать ненавистных полян, что запросто подставили выю под русово ярмо.

И - пошла потеха. Шестеро метались взад-вперед по улице, готовые пресечь любую попытку сопротивления, а остальные шарили по хатам, вытаскивая из постелей девок и убивая всех остальных. Две хаты уже занялись огнем, когда на улице послышался зычный голос:

– А ну, собаки древлянские, идите все сюда! Посмотрим, только ли супротив спящих вы такие храбрые!

Поначалу ночные тати не обратили внимания на это: шестеро молодцов запросто справятся с каким-то безумным одиночкой, возомнившим себя героем. И впрямь, вскоре послышался лязг булата о булат, вскрики, всхлипы, стоны. Потом снова загремел все тот же голос:

– Выходите, я вам сказал! Если вы так же в собственных соплях путаетесь, как те шесть щенков, что тут болтались под ногами, то разрешаю напасть на меня всем сразу. В том, что чести у вас нет, я уже убедился.
– Руслан стремился раззадорить налетчиков, отвлечь их на себя, чтобы поскорее оставили свое грязное дело.

Проняло. То тут, то там из темноты появлялись фигуры с мечами наголо, так что в конце концов Руслан оказался окружен кольцом древлянских воинов. Их осталось шестнадцать: двоих зарезали местные. И настроены были пришлые налетчики отнюдь не миролюбиво. Вид шестерых зарубленных товарищей не отрезвил их, не заставил задуматься о собственной судьбе, но наоборот, озлобил до последнего предела.

– Это кто ж такой добрый у нас тут выискался, ась?
– кривя губы в недоброй ухмылке вопросил предводитель древлян.
– Никак, защитник всего рода людского?
– остальные заржали. Действительно, было от чего почувствовать превосходство: их шестнадцать крепких молодых воинов, а этот всего один, хоть и не стар и собою не хил, но - один.