Наконец сказалась усталость, и Марко заснул. Он был разбужен суматохой на станции Беллинцона, первой остановке в Швейцарии. Пассажир вошел в вагон первого класса и не мог найти места. Он открыл дверь в купе Мадам, осмотрелся, увиденное ему не понравилось, и он стал звать проводника. Ему нашли место в каком-то другом купе. Мадам едва оторвалась от журнала мод.

Следующий перегон длился час сорок, и, когда Мадам вновь взялась за фляжку, Марко сказал:

– Я попробую немного.

Она улыбнулась в первый раз за все эти часы. Хотя она была и не прочь выпить в одиночестве, это всегда приятнее делать с другом. Пары глотков, однако, хватило для того, чтобы Марко вновь задремал.

Поезд подрагивал, замедляя ход у Арт-Гольдау. Голова Марко тоже покачивалась, и с нее упала шляпа. Мадам внимательно смотрела на него. Когда он наконец открыл глаза, она произнесла:

– Вас разглядывал какой-то странный человек.

– Где?

– Где? Разумеется, здесь, в поезде. Он появлялся не меньше трех раз. Останавливался у двери, внимательно смотрел на вас, затем исчезал.

Может, дело в ботинках? – подумал Марко. Или в брюках. Ремешок для часов? Он потер глаза и попытался вести себя так, будто бы это происходило с ним каждый раз.

– Как он выглядел?

– Блондин, около тридцати пяти, привлекательный, коричневая куртка. Вы его знаете?

– Нет, не имею представления. – Человек из автобуса в Модене не был блондином, и у него не было коричневой куртки, но эти мелочи теперь не имели значения. Марко настолько испугался, что был готов изменить план.

В двадцати пяти минутах езды находился Цуг, последняя остановка перед Цюрихом. Он не мог рисковать и привести их в Цюрих. Через десять минут он объявил, что должен выйти в туалет. Между его местом и дверью было, конечно, препятствие, созданное Мадам. Пробираясь через него, он положил на свое место портфель и трость.

Марко прошел мимо четырех купе, в каждом как минимум три пассажира, ни один из которых не выглядел подозрительно. Он зашел в туалет, запер дверь и подождал, пока поезд не стал замедлять ход. Потом поезд остановился. Стоянка в Цуге длилась две минуты, с момента отправления поезд шел подозрительно точно по расписанию. Марко подождал минуту, затем быстро прошел к своему купе, открыл дверь, ничего не сказал Мадам, схватил портфель и трость, которую приготовился использовать в качестве оружия, устремился в конец поезда и выскочил на платформу.

Маленькая станция, возвышающаяся над уровнем улицы. Марко сбежал по ступеням на боковую дорожку, где стояло одинокое такси с дремлющим за рулем водителем.

– Пожалуйста, в гостиницу, – сказал Марко, напугав водителя, который инстинктивно схватился за ключ зажигания. Он что-то сказал по-немецки, и Марко попробовал итальянский: – Мне нужна небольшая гостиница. Я не бронировал номер.

– Нет проблем, – сказал водитель.

Когда они отъезжали, Марко посмотрел наверх и увидел двигавшийся поезд. Он оглянулся и не увидел никого, кто бы его преследовал.

Они проехали четыре квартала и остановились перед П-образным зданием. Водитель сказал по-итальянски:

– Это очень хорошая гостиница.

– Выглядит привлекательно. Спасибо. Сколько отсюда до Цюриха на машине?

– Примерно два часа. Зависит от движения.

– Завтра в девять часов утра мне нужно быть в центре Цюриха. Можете меня отвезти?

Водитель секунду колебался, думая о возможности получить живой нал.

– Да, конечно, – ответил он.

– Сколько это будет стоить?

Водитель почесал подбородок, пожал плечами и произнес:

– Двести евро.

– Отлично. Давайте выедем в шесть.

– Да, в шесть я буду здесь.

Марко снова поблагодарил его и посмотрел, как он отъезжал. Когда он входил в двери гостиницы, звякнул звонок. За маленькой стойкой никого не оказалось, но где-то неподалеку работал телевизор. Наконец появился подросток с заспанными глазами и изобразил улыбку.

– Гутен абенд, – сказал он.

– Parla inglese? – Говорите по-английски? – спросил Марко.

Парень помотал головой – нет.

– Italiano?

– Немного.

– Я тоже немного разговариваю, – сказал Марко на итальянском. – Мне нужна комната на одну ночь.

Администратор протянул регистрационную форму, и Марко, изображавший Джованни, по памяти заполнил графы с именем и номером паспорта. Он нацарапал фиктивный адрес в Болонье, а также выдуманный телефонный номер. Паспорт находился в кармане куртки, рядом с сердцем, и, пусть с неохотой, он готов был его вытащить.

Однако час был поздний, а администратор не хотел пропускать телевизионную передачу. С удивительно плохим для швейцарца произношением он сказал по-итальянски: