Премьера симфонии Бетховена в императорском театре, 1806 год

Подобные желания возникали и в отношении других красавиц, но для большинства из них глухой музыкант был «уродом» и «сумасшедшим». В 1804 году Бетховен впервые явился в Хофбург не на концерт, а для того, чтобы дать урок сводному брату австрийского императора, 16-летнему герцогу Рудольфу. Несмотря на огромные различия, как в социальном положении, так и в возрасте, учитель и ученик испытывали друг к другу искреннюю привязанность. Наставник терпеливо проходил мимо чванливых лакеев, называл воспитанника «Ваше высочество», пытался изменить его легкомысленный взгляд на музыку, в то же время не боясь отменять уроки, если увлекался сочинением. Благодаря заказам герцога на свет появились замечательные произведения: фортепианная соната «Прощание», Торжественная месса, Тройной концерт, последний и впечатляющий по мощи Пятый фортепианный концерт. Рудольф назначил наставнику нечто похожее на стипендию, видимо, желая, чтобы великий человек, более того, иностранец, прославляющий Вену, не знал бытовых проблем. В деньгах Бетховен действительно не нуждался, чего нельзя сказать о доброжелательности окружения. Многие его просто боялись, видимо, не зная, как понимать ответы невпопад, неожиданное и неуместное пение, завывание, топанье ногами. Со стороны казалось, что композитор вышел на схватку с невидимым врагом. К 1819 году глухота стала полной, заметной всем, отчего Бетховену пришлось перейти на общение с помощью куска мела и грифельной доски.

Поздний стиль произведений австрийского гения можно оценить как абстрактный, созерцательный, иногда лишенный благозвучия. Бетховенскую музыку стоит сравнить с мощным потоком воды или назвать источником духовной энергии. Обосновавшись в Вене, он больше никогда не расставался с этим прекрасным городом, где скончался 26 марта 1827 от воспаления легких.

Последние квартеты Бетховена, а также 5 написанных незадолго смерти фортепианных сонат, уникальных по форме и стилю, вначале казались фантазией сумасшедшего. И все же венские знатоки оценивали их высоко, признавая величие всей бетховенской музыки, так же как и гениальность автора. Однако исполнять ее, особенно те самые «сумасшедшие» сонаты и квартеты, в том числе немыслимо сложную Большую фугу, начали только в XX веке. Монумент великому композитору был установлен вскоре после траурной церемонии на площади, уже носившей его имя. Бронзовая статуя доныне возвышается на цоколе, где рядом с прикованным Прометеем и богиней победы Никой изображены гении – юные, не возрасту серьезные создания.

Венская Государственная опера

После Бетховена музыка прошла долгий путь усложнения, поэтому для современных исполнителей мелодии великих предшественников не представляют особых трудностей. В начале XIX века европейскую публику покоряли венские композиторы Иоганн Брамс, Хьюго Вольф, Антон Брукнер, Густав Малер. Принципиально новым подходом к исполнению отличались Арнольд Шёнберг, Альбан Берг и Антон Веберн, применявшие додекафоническую технику. В 1918 году написанная таким образом опера «Свадьба Иисуса» Готфрида фон Айнема вызвала грандиозный скандал, который музыкальная общественность Вены помнит до сих пор.

Судя по аншлагам в Штаатсопер и филармонии – лучших концертных залах города, – рядовой зритель хорошо разбирается в хитросплетениях современной музыки, хотя в музыкальной столице мира иного быть не может. Венская государственная опера (нем. Staatsoper) занимает особое положение в своем кругу, потому что имеет постоянный репертуар и право приглашать Венский филармонический оркестр, кстати, лучший в мире. Штаатсопер по праву признается одним из самых красивых театров мира. При взгляде на этот архитектурно-художественный шедевр в мыслях возникают высокопарные эпитеты подобные «храму искусства», каким и задумывали его авторы проекта Эдуард ван дер Нюлль и Август Зиккард фон Зиккардсбург. Судя по виду театра, зодчие черпали вдохновение во французском Ренессансе. Монументальная постройка щедро «наполнена» колоннами, статуями, лепным орнаментом, канделябрами, позолотой. Занимая целый квартал, она выходит на Рингштрассе передним фасадом, украшенным росписью с сюжетами наиболее популярных опер. Часть наружной поверхности расписана фрагментами из «Волшебной флейты» Моцарта. Скульптура Хёнеля аллегорически изображает любовь, изящество, комедию, фантазию, героизм.

По обе стороны от главного входа разбиты небольшие садики с фонтанами, где зрители могут провести время перед началом спектакля. Для пешей публики предназначены четыре парадных входа в просторный портик, откуда начинаются великолепные внутренние лестницы. Два из четырех боковых подъездов открывают путь к императорским ложам, а остальные используются сотрудниками театра артистами и для прохода к гримерным и другим, весьма многочисленным служебным помещениям. Раньше все городские торговцы завидовали лавочникам, которым позволялось торговать под арками боковых фасадов. Они могли целый день любоваться мраморной скульптурой фонтанов и все равно к вечеру имели неплохой доход – одухотворенная атмосфера не допускала меркантильности, поэтому покупатели расставались с деньгами быстро, без скрупулезных подсчетов.

Фасад Венской оперы

Парадная лестница в Штаатсопер

Торжественное открытие Венской государственной оперы состоялось 25 мая 1869 года. После официальной церемонии был показ «Дон Жуана» Моцарта – оперы, которая провалилась на премьере и долго не ставилась на столичных подмостках. Символично, что подобное произошло и с самим театром. Здание, сегодня вызывающее только восторги, в раннюю свою пору являлось предметом жестоких нападок. Архитекторов обвиняли в отсутствии вкуса, патриотичности, непрофессионализме, невнимании к традициям. Никому не нравилась якобы слишком крупная скульптура портала. Статуи летучих коней отпугивали «аляповатыми формами и возбуждали отвращение», отчего, не простояв нескольких месяцев, были сняты и отправлены на переплавку. Даже обычно сдержанный Франц-Иосиф проявил недовольство, что, видимо, стало последней каплей в море несправедливой критики. Не выдержав позора, ван дер Нюлль повесился, а вслед за ним после сердечного приступа из жизни ушел Зиккардсбург. Император чувствовал вину и больше никогда не позволял себе категорично высказываться по вопросам искусства. Говорят, что с тех пор его публичное мнение в этой сфере ограничивалось фразой: «Это хорошо и очень меня радует…».

Уже в начале следующего столетия зрители, приезжавшие на спектакли Венской оперы со всей Европы, испытывали священный трепет, проходя через парадный подъезд, поднимаясь по великолепной лестнице, и, наконец, вступая в овеянный легендами зал, вмещающий свыше 3 тысяч зрителей. Главное помещение театра в нижнем ярусе сообщалось с ложами и кабинетами. Стены зрительного зала, как и ниши соседних комнат, были оформлены мраморными бюстами великих австрийских композиторов. Каждый скульптурный портрет венчала фреска с изображением самого известного произведения того, кто был увековечен в камне. Украшением также служили мраморные камины, имевшиеся как в зрительном зале, так и в других, не связанных со сценой помещениях.

В течение своей 150-летней истории Венской опере довелось стать свидетельницей многих триумфов. На ее сцене блистали почти все певцы с мировыми именами. Наряду с артистами, режиссерами и композиторами, важную роль в создании репутации театра сыграли директора. Наиболее запоминающейся личностью в этом плане был Густав Малер, по отзывам современников, не руководивший, а исполнявший божественную миссию в 1897–1907 годах. Пожертвовав композиторством ради административных дел, он сочинял лишь ранним утром либо летом, когда труппы распускали на каникулы. После серьезных разрушений Второй мировой войны здание театра долго реставрировалось, распахнув двери перед первыми послевоенными зрителями весной 1955 года. В репертуаре венской оперы певческие представления всегда занимали больше места, чем танцевальные, поэтому тогда публике была предложена опера Бетховена «Фиделио».