– Ну, чего там еще? Ты никогда не посылаешь за мной, ежели чего не стрясется.

– Ты что пил?
– поинтересовался Уоррен.

– Так, сварганил кой-чего по мелочи, - Буян смерил Уоррена недобрым взглядом.
– Раньше можно было взять койчего с собой, а теперь вдруг оказалось нельзя. А ту малость, что у нас есть, ты держишь под замком. А когда начинает мучить жажда, у человека просыпается изобор... изобер... изобр...

– Изобретательность, - подсказал Уоррен.

– Вот именно. Это самое слово и вертелось у меня на языке.

– Буян, мы попали в передрягу, - сообщил Уоррен.

– Мы вечно попадаем в передряги, - не смутился тот.
– Нынче уж не то, что прежде. Тогда с нами были настоящие мужики, а нынче...

– Я понимаю, о чем ты, - кивнул Уоррен.

– Детишки, - Буян с презрением сплюнул на пол.
– Им бы соски сосать. А мы должны утирать им носы и...

– Нет, кое-что похуже. На сей раз мы влипли понастоящему. Если не придумаем чего-нибудь путного, то через пару месяцев все до единого отправимся на тот свет.

– Дикари?

– Дикари ни при чем, хотя наверняка с удовольствием прикончили бы нас, будь у них хоть шанс.

– Наглецы, - сказал Буян.
– Один такой пробрался в палатку кухни, и я безоговорочно дал ему изрядного пинка. Он порядком повопил - мое обхождение пришлось ему явно не по вкусу.

– Не следовало его пинать, Буян.

– Ну, Айра, я и не пинал-то его, если честно. Это я как бы для красного словца. Нет, сэр, я его не пинал! Я приласкал его лопатой. Я всегда управлялся лопатой лучше, чем ногой. И достает

дальше, и...

Он снова потянулся к бутылке и опорожнил ее еще на дюймдругой.

– Так что ж за беда, Айра?

– Дело в вакцине. Морган дождался, пока корабль покинет зону слышимости, и только тогда надумал проверить вакцину. Она непригодна - просрочена лет на десять.

Буян оцепенел.

– Так что прививок не будет, - продолжал Уоррен, - а это означает, что мы обречены. Тут есть смертельный вирус... э-э... ну ладно, забыл, как он называется. Да ты о нем знаешь.

– Еще бы! Разумеется, знаю.

– Курьезное дело, - заметил Уоррен, - казалось бы, чегонибудь подобного следует ждать где-нибудь в инопланетных джунглях - ан нет, эта штука поджидает здесь. Это из-за туземцев - они гуманоиды, и устроены вроде нас с тобой. Так что вирус развил способность нападать на гуманоидные организмы, а мы для него - отличный свежий материал.

– Но дикарей-то он вроде как не трогает, - возразил Буян.

– Да, похоже, им вирус не страшен. Одно из двух: или они нашли лекарство, или у них развился естественный иммунитет.

– Ежели они нашли лекарство, то можно вытряхнуть из них рецепт.

– А если нет, если дело лишь в адаптации - то мы как пить дать покойники.

– Что ж, начнем их обрабатывать. Они нас ненавидят и с радостью поглядят, как мы квакнемся, но мы что-нибудь придумаем, чтобы заполучить у них лекарство.

– Нас ненавидят все и повсюду. Почему бы это, Буян? Мы ради них из кожи вон лезем, а они - куда бы ни ступила нога че-ловека, на какую бы планету мы не прилетели - всякий раз встречают нас ненавистью. Мы стараемся сделать их похожими на нас, мы делаем для них все, что в наших силах - а они отвергают нашу помощь и уклоняются от нашей дружбы. Или принимают нас за ораву сопляков - так что в конце концов терпение у нас лопается, и мы обхаживаем их лопатой.

– А это, - с ханжеским смирением добавил Буян, - только подливает масла в огонь.

– Что меня беспокоит, так это настроения людей. Когда они узнают о вакцине...

– Им нельзя говорить. Нельзя, чтоб они прознали. Разумеется, они все равно проведают рано или поздно, но все ж таки не сразу.

– Об этом известно одному Моргану, но он балаболка, и рта ему не заткнешь. К утру об этом узнают все до последнего человека.

Брэди тяжеловесно встал и потянулся к бутылке, возвышаясь над Уорреном, как скала.

– К Моргану я на обратной дороге заскочу и улажу все так, что трепать языком он не станет, - Буян сделал большой глоток и поставил бутылку на стол.
– Я просто намекну ему, что будет, ежели он не удержится.

Уоррен с облегчением откинулся на спинку стула. "Вечно на взводе, - подумал он, глядя Буяну Брэди вослед, - зато всегда есть на кого положиться".

Не прошло и трех минут, как Брэди вернулся. Хмель с него как рукой сняло. Замерев у входа в палатку, он с торжественной