— Зачем? — донеслось из коридора. — Он его даже не увидит!

— В смысле? — Выскочив из комнаты, девушка добежала до столовой и уставилась в глаза сидящему за столом капитану. — Что ты имеешь в виду?

— Ты что, не читала договор? — удивился Кайм. — Там всё объясняется очень подробно. Могу процитировать: «Срок жизнедеятельности изделия под названием «инкуб» в состоянии импринтинга обратно пропорционален загрузке его процессора и не может превышать восьми месяцев со дня активации». То есть чем сложнее задачи он выполняет, тем быстрее изнашивается. Так что Рейг не протянет и полугода… Какой ребёнок? Эй! Элли! Ты что?

Элли вернулась в сознание словно рывком. И тут же вспомнила слова Вердена. Открыв глаза, она решительно оттолкнула в сторону обоих суетящихся над ней мужчин, села, прислонилась к стене и рявкнула:

— Так. Вы оба об этом знали и молчали. Я вам этого не прощу. А теперь будьте любезны, скиньте мне весь договор. Насколько я помню, там что-то говорилось о том, что жизнь инкуба можно и продлить…

— Ничего конкретного… — пожал плечами Рейг, но файлы отправил. — Видимо, об этом надо разговаривать с менеджерами по продажам. Или с региональными представителями «Удовольствия».

— Отключай этот дурацкий джайсс! — потребовала девушка. — Я свяжусь с ними немедленно!

— Нет. Не сейчас… — хмуро посмотрел на неё Рейг. — До тех пор, пока мы не решим текущие проблемы — никаких выходов в Сеть под своим именем. Вот долетим до Ловейга, поселимся в городке Конгресса — связывайся, с кем хочешь и сколько хочешь…

— Когда мы там будем? — с трудом подавив желание настоять на своём, спросила Элли.

— Послезавтра. Так что тебе надо подождать совсем немного…

— Ладно. Убедил. — кивнула девушка, потом с вызовом посмотрела на Вердена и прошипела: — Ещё раз услышу что-нибудь эдакое в адрес моего будущего мужа — выцарапаю глаза. Понятно? Он — ЧЕЛОВЕК. Настоящий. А то быдло, которое меня окружало раньше, — только тени. Людишки, пытающиеся изображать из себя Личностей. Ты знаешь хоть одного человека, кто мог бы тебе позволить установить с ним прямое подключение? Чтобы ты смог узнать его НАСТОЯЩИЕ эмоции? Реальные мысли о тебе? Узнать о его грешках, мелких грязных привычках? Вот у тебя есть жена? Какая она по счёту? Десятая? Двадцатая? Ты читал старые книги? Слово «Верность» тебе там попадалось? А где оно в нашей жизни? Что-то ты помрачнел!

Кайм, мрачно глядя в пол, долго боролся с обуревающими его эмоциями, потом посмотрел в глаза Элли и глухо произнёс:

— Верности сейчас нет. Ты права. И про камни за пазухой у самых близких людей — тоже. Мы слишком долго живём. Прожить жизнь с одним человеком, как бы этого ни хотелось, не получается… Я, по крайней мере, не смог.

— А я знаю, что у Рейга на душе. А он — что у меня, — победно усмехнулась Элли.

— Эх, девочка моя… Вы вместе слишком малы для того, чтобы делать выводы… Я тоже когда-то думал, что буду всегда жить с одной женщиной… Нас хватило на три года и полтора месяца… С третьей женой разбежались через двадцать три дня… На четвёртой я ещё женат, но прямого подключения просить не буду — я точно знаю, что она мне неверна… — На лице Вердена заиграли желваки, и Элли вдруг стало его жалко.

— Прости… Я не знала…

— Ничего, проехали… — горько усмехнулся капитан. — Я уже почти смирился с перспективой нашего расставания. Но я всё равно не понимаю тебя. Иметь ребёнка от клона? Зачем?

— Биологически он такой же человек, как я или ты… — сдерживая желание врезать Кайму по лицу, зарычала девушка. — Миллионы людей в семьях, где матери не хотят вынашивать детей, появляются на свет так же, как и Рейг. Какая разница между ними? В том, что Рейга вырастили во много раз быстрее? Или в том, что он знает и умеет больше нормальных людей? Ну! Скажи?

— Он предназначен…

— Да мне плевать, для чего он предназначен!!! — заорала девушка. — Он Человек! И я его люблю! А ещё он способен ПОНИМАТЬ! И сопереживать! Он всегда искренен! Не врёт и не лицемерит. Не ищет способа, как добраться до наследства моего папы, и не мечтает развести меня на деньги. Тебе этого мало? Тогда покажи мне того, кто лучше! Что молчишь? Нечего сказать? Тогда сначала подумай!

И не надо меня успокаивать, ладно? — Почувствовав, что её негативные эмоции постепенно сходят на нет, Элли повернулась к Рейгу и послала ему воздушный поцелуй. — Выключи транслятор! Я в порядке. Скоро мы продлим тебе жизнь, и я выйду за тебя замуж. Если, конечно, возьмёшь…

— Я тебя люблю… — одними губами произнёс Рейг. — И всегда буду рядом…

Последние сутки перед отлётом на Ловейг оказались весьма продуктивны: убив больше восемнадцати часов на поиски, я умудрился найти и взломать несколько серверов ведомственных клиник Метрополии и всё-таки добрался до списка высших должностных лиц Лиги, прошедших реимплантацию за последние полгода. В принципе таких было немного: чуть более сорока человек. «Митсу-Элит» «выбрали» тридцать семь. Так что, с большой долей вероятности, их можно было считать зомбированными. И играющими против нас. К моему облегчению, ни директора СВБ, ни четырёх его заместителей в этом списке не было: видимо, добраться до них нашему противнику пока не удалось. Зато он смог наложить лапу на генерального прокурора, двух замов начальника следственного комитета, нескольких генералов из Министерства внутренних дел и пару функционеров Конгресса. На всякий случай запустив программу анализа их возможностей исходя из должностных обязанностей, я переключился на решение следующей задачи: поиска начальства капитана Кайма.

К моему удивлению, генерал Плахин был на работе. По крайней мере, я смог отследить его появление на стоянке комплекса зданий СВБ. Кстати, буквально через полчаса после его возвращения к работе вокруг небоскрёба началась какая-то нездоровая суета — сначала задёргались башенки стационарных излучателей, установленные на крышах. Видимо, в тестовом режиме. Потом активизировались гражданские спутники наблюдения. Чуть позже снялась с консервации вся военная планетарная сеть. Ещё через двадцать минут над городом появилось десятка полтора «Носорогов»: генерал явно к чему-то готовился. Решив, что это может быть важно, я собрал записи в одну папку и кинул её Кайму на комм — общаться с капитаном после вчерашнего разговора мне совершенно не хотелось. Несмотря на то, что после обморока Элли негатива в его эмоциях стало заметно меньше.