Тихий усмехнулся. Положил на столик еще не погасшую трубку, кряхтя, нагнулся вперед, взял с чугунной стойки у камина кочергу и поворошил тлеющие под поленьями угли.

– И когда начинаем танцы, Степаныч? – после воцарившегося на целую минуту молчания нарочито безмятежно спросил Пал Палыч.

– Через трое суток. В полночь, на пятницу, – почти не шевеля губами, глядя на огонь, едва слышно процедил авторитет, словно только и ждал этого вопроса. – Аккурат тринадцатого.

– Стремный денечек! – Может, от выпитой водки, а может, от этой фатальной даты судорожно передернул плечами.

Уютно устроившийся в кресле-качалке наемник вдруг почувствовал, как ему за шиворот тонкой струйкой прямо из астрала просачивается мистический страх. От почитаемого сатанистами зловещего числа, выпадающего на пятницу не чаще одного-двух раз в году, вдруг отчетливо повеяло могилой. Чьей?!

Рука Пал Палыча машинально потянулась к бутылке с водкой, горлышко коснулось рюмки, но пальцы мелко дрожали и несколько горьких капель пролились на стол. Бульдогу вдруг показалось, что где-то вдалеке, за кирпичной стеной, отчетливо слышен скрежет бруска неспешно затачивающей свою проклятую косу Смерти, закутанной в черный балахон.

«В ночь на пятницу, тринадцатого». Озвученная Тихим – седым, жестоким и беспринципным убийцей – в наполненной лишь гудением огня тишине огромного каминного зала, эта фраза прозвучала ударом дьявольского гонга. С этой самой секунды ничего уже нельзя было изменить…

Серый, быстрый «субару легаси» с двухсотсильным форсированным движком под капотом тихо притормозил в переулке. Рокот мотора оборвался, фары потухли. Из полумрака салона выскользнули две лохматые фигуры. На плечах одной из них угнездился большой камуфляжный рюкзак. Бесшумно щелкнул, закрывая машину и включая сигнализацию, центральный замок. От этого места до Троицкого храма налетчикам оставалось пройти всего полквартала.

– Готов? – хрипло спросил не похожий на самого себя в парике и драных джинсовых шмотках Руслан Флоренский. Спиногрыз молча кивнул и поправил оттягивавший плечи рюкзак с сатанинским «реквизитом». Руслан машинально провел правой ладонью по куртке, где под сердцем, в компактной кобуре, ждал своего часа заряженный «ТТ». Оба налетчика достали и надели тонкие черные перчатки.

– Пошли!

Место предстоящей операции и пути отхода были изучены досконально. Оставшиеся полторы сотни метров прошли молча. Мягкие подошвы теннисных туфель бесшумно касались щербатого асфальта.

Остановившись в широкой арке, еще раз вгляделись в Троицкий храм, величественно возвышающийся над округой. Перед короткой аллеей, ведущей к главному входу, стояли милицейские «Жигули» с двумя вооруженными бойцами вневедомственной охраны. Сквозь щель над приспущенным стеклом из салона выплывал едва заметный с такого расстояния сигаретный дымок…

– Значит, так. Жди под тополем, как договаривались. – Руслан проворно достал ствол, накрутил глушитель, спрятал оружие в боковой карман куртки и посмотрел на Спиногрыза. – Как только сделаю легавых, дуй к двери и отпирай замок. Ключ у тебя.

– Ага, – сдавленно, выдавая огромное нервное напряжение, прохрипел Спиногрыз и поправил врезающиеся в плечи лямки. – Давай, братан. Ни пуха…

– К дьяволу! – осклабился Флоренский и легким ударом в плечо придал подельнику ускорение. Спиногрыз, невысокий коренастый крепыш метнулся через дорогу к скверу и затерялся за плотной стеной кустов. Руслан взглянул на часы, достал из нагрудного кармана сигарету и закурил. Сделав пять гигантских затяжек, бросил окурок под ноги и придавил его подошвой.

Проспект в ночное время был освещен вполне сносно, но «жигуленок» с ментами стоял в темном пятне между двух не включенных почему-то фонарей, метрах в семи от аллеи. Видимо, сказывалась старая ментовская привычка особо не мозолить глаза окружающим.

Флоренский быстро перешел дорогу, подошел к приспущенному стеклу со стороны водителя и постучал в него костяшками пальцев.

– Извините, пожалуйста… – выпалил Руслан, пристально вглядываясь внутрь. За рулем тачки лениво сосал «беломорину» упитанный сержант с простой крестьянской физиономией. Его напарник, как бабу обнявший табельный автомат, храпел на откинутом назад до упора соседнем сиденье. Разбуженный посторонним голосом, он только начинал хлопать глазами, приходя в чувство.

– Че те надо? – недовольно поморщился сержант, брезгливо разглядывая слегка покачивающуюся длинноволосую фигуру. Либо байкер, либо музыкант. И явно бухой. Или наширявшийся. Вот урод!

– Вы не скажете, как пройти в библиотеку имени Ленина? – окончательно вогнав мента в ступор, голосом примерного пионера спросил Руслан. – Или в метрополитен, тоже имени Ленина? На худой конец – к памятнику Владимиру Ильичу Ленину…

– О-от, сука обдолбанная! – сержант скривил губы. – Сидор, ты глянь, какой субчик к нам пришкандыбал! Вызывай наряд ППС, а я пока с ним разберусь…