Аня удивленно поднимает глаза: «Ссору?»

– Ну хорошо, я не так выразился, – Андрей упорно гнет свою линию, – наш разлад, нашу размолвку, не знаю, как сказать, но ведь ты понимаешь… – Андрей нервничает, барабанит пальцами по столу. – Твой новый друг (о, какое удачное выражение – спасибо за подсказку: уважительно по отношению к девушке, но пренебрежительно – без имени – к сопернику!), он ведь из другого государства теперь, у него нет российского гражданства, у него могут быть проблемы и с пропиской, и с работой, он вообще может не приехать, когда все обдумает спокойно. Зачем же тебе позориться: ждала, ждала, а он…

Андрей говорит почти заботливо, в его словах есть какая-то обывательская правда, но для Ани все это не очень убедительно. Вот Антон, он всегда говорил убедительно. А может, сейчас она просто не хочет, чтобы ее убеждали? Не хочет, чтобы ее убеждал Андрей? Аня почти не слушает, что именно он ей говорит, но она почему-то думает, что это, пожалуй, не очень справедливо – совсем не принимать его слова, только потому, что она решила с ним расстаться. Она не чувствует вины, но она чувствует дискомфорт. И поэтому заставляет себя прислушаться к его словам.

– Аня, я не настаиваю, чтобы ты сейчас принимала решение, – продолжает тем временем Андрей, – и даже не настаиваю, чтобы ты переехала сюда, домой. Но позволь мне приходить к тебе. Ведь тебе и твоей маме может понадобиться помощь. Конечно, я смогу приходить только вечером, после работы…

Аня удивленно поднимает глаза:

– Ты устроился на работу? Куда?

– Фирма «РосИнком», в отдел АСУ.

– Так это же здорово, Андрюша! – Аня радостно смотрит на него. – Это же отличная фирма. Почему ты мне не сказал раньше?

– А что, это что-нибудь поменяло бы?

Аня осеклась. Действительно, прозвучало все как-то глупо. Но она и правда рада, очень рада за Андрея.

– Извини, Ань, – Андрей почувствовал, что налаженный было контакт снова стал призрачным, – извини, но мне трудно… Я ведь люблю тебя.

Андрей не лжет. Что бы ни говорил новый знакомый о многочисленных девушках, которые станут сговорчивыми и покладистыми, если у него будут деньги, Андрей в глубине души надеялся, что он вернет Аню. Этот курортный любовник, он в общем-то далеко и почти наверняка не приедет. Слишком это непросто в наше время, слишком дорого, слишком много проблем. Он не приедет. И Аня поймет, что курортные романы – это для отдыха, для всплеска эмоций, для обновления чувств. А дома есть человек, который простит, поймет. И у которого теперь нет проблем. Она это поймет и вернется. Андрей в это верил. И поэтому он повторил:

– Я люблю тебя.

Аня промолчала. Она не знала, что ответить ему. А Андрей понял ее молчание по-своему. Он осторожно взял ее руку и начал целовать.

– Андрей, – почти жалобно произнесла Аня, – пожалуйста, не надо.

Андрей не ответил. Тогда она выдернула руку и, встав из-за стола, подошла к окну. Он тут же приблизился к ней и, обняв ее сзади, начал целовать ее шею, волосы, плечи. Аня резко вывернулась.

– Андрей, прекрати!

Но он не слышал ее. Он уже тяжело дышал, и в голове у него мутилось, он сделал шаг по направлению к Ане, которая, прижавшись к окну, испуганно смотрела на наступающего на нее мужчину. В этот момент резко зазвонил телефон. Не отводя глаз от лица Ани, Андрей вытащил из своего кармана мобильный телефон и, раскрыв его, поднес к уху.

– Вот только насиловать ее не надо, – прозвучал насмешливый голос, – этим ты ее не вернешь и все дело завалишь.

Андрей вздрогнул и пришел в себя. Хриплым от досады голосом он произнес только одно слово:

– Откуда?

– На фоне окна вы отлично смотритесь, – рассмеялся собеседник, – и мне показалось, что девушка напугана.

Андрей отключил телефон. Ему хватило самообладания не броситься к окну, чтобы понять, откуда подсматривал за ними невидимый наблюдатель. Он просто опустился на стул и обхватил голову руками.

Аня, все еще напуганная, тихо спросила:

– Кто звонил?

– Ошиблись номером, – не поднимая головы, глухо сказал Андрей. – Прости меня, Аня, и лучше уходи.

Аня не стала проявлять вежливость. Она молча поднялась и пошла к выходу. Но Андрей снова остановил ее.

– Я могу зайти? – Он не смотрел на нее, но было видно, как ему нелегко.

– Конечно, Андрюша, – Аня не посмела отказать ему в этой малости, – конечно, заходи. – Она помолчала и, чтобы хоть как-то смягчить нанесенную ему обиду, непроизвольно добавила: – Я пока ничего никому говорить не буду.

– Спасибо, Аня. – В голосе Андрея не слышалось радости, но в нем была благодарность. – Давай я тебя отвезу, а то уже поздно.

Они вышли из дома, когда снова зазвонил телефон. Теперь уже у Ани.

– Привет, дорогая! – Голос Антона, такой близкий, такой ласковый и такой далекий, переполнил чашу Аниного терпения. Она разрыдалась. – Аня, что случилось? – Антон не просто спросил, он закричал.

– Ничего, Антон, ничего, – сквозь слезы бормотала Аня, не обращая внимания на идущего рядом Андрея, – просто я ужасно соскучилась, и у меня был нелегкий день, и еще у тебя нет российского гражданства, и у тебя будут проблемы с пропиской и работой, и еще…