– Хозяин подтвердил стражникам, что Шенги ни в чем не виноват. Предлагал ему остаться пообедать. Но он отказался: мол, надо разыскать пропавших учеников. И ушел.

– Вот и славно! – обрадовалась Нитха. – В «Лепешке и ветчине» он прочитает записку и не будет волноваться. Куда идем, к Лаурушу?

– Далековато к Лаурушу, – осторожно сказал Дайру. – Еще стражники загребут…

– За что?! – возмутилась Нитха.

– А за просто так.

Нитха гневно огляделась, словно искала взглядом наглых стражников, которые сейчас ее арестуют «за просто так». Но улица была тиха и пустынна. Не стукнет калитка, не скрипнут ставни, не попадется навстречу прохожий…

Впрочем, прохожий-то из-за угла вывернулся – замурзанный беспризорник в рубахе до колен. Нитха безразлично мазнула по нему взглядом:

– Пусто как…

– Потасовка уползла вслед за шествием, – предположил Дайру. – До самого дворца. Там будет жарко, в богатых кварталах. Никакой стражи не хватит, чтоб утихомирить разбуянившийся город. Но мы сейчас как раз там, где легко нарваться на «крысолова». Потому и говорю: надо пересидеть где-нибудь… как насчет «Шумного веселья»?

– Это где меня рыжая дура за косы пыталась таскать? – капризно надула губки Нитха. – Что-то не хочется. Может, другое место найдем?

– Подумаешь, дура!.. Дуры есть везде. – Нургидана потянуло на философствование. – Не создали боги места, чтоб совсем без дур. Разве что мужская баня – так там дураки, да и не пустят тебя туда. – Он обернулся – быстро, почти незаметно, как учил его Шенги. – А кусочек «Шумного веселья» как раз за нами и тащится. Этот малек возле трактира ошивался оба раза, что мы там были.

Дайру и Нитха так же незаметно оглянулись. Не потому, что боялись спугнуть преследователя, а просто по привычке.

Беспризорник действительно увязался за их компанией. Близко не подходил, но и не отставал.

– Как ты их различаешь, этих воробьев? – сморщила носик девушка.

– На кошельки наши целится, – хмыкнул Дайру.

– Да?.. Ну, я ж его сейчас… – Нургидан обернулся и рявкнул: – А ну, брысь! Кишки на уши намотаю!

Как ни странно, беспризорник не шарахнулся прочь. Наоборот, он, словно получив разрешение говорить, метнулся вперед, грохнулся на колени перед девушкой и заголосил:

– Госпожа Нитха! Ради всех богов, выручай! Если не ты, так больше некому! Он же тебя искал… а теперь ему пропадать, да?..

Нитха отступила на шаг. На нее с неистовой мольбой, с последней надеждой глядели с треугольного чумазого лица серые глазищи, полные… неужели слез? Тех самых слез, что считаются на побережье позором для мужчины любого возраста?

– Ты… погоди, постой… – забормотала девушка в смятении. – Откуда ты меня знаешь? И кого я должна выручать?

– И с какой стати? – добавил Дайру, которому надоели приключения.

Мальчишка заставил себя успокоиться, поняв, что уже одержал пусть крошечную, но победу: его слушают!

– Потому тебя и знаю, что Щегол велел тебя сыскать, – объяснил он более вразумительно. – Помнишь, какая у Аруза вышла свалка?

– Помню. Ну?..

– Щегол мне два медяка дал: беги, мол, Чешуйка, следом, разузнай, что за красотка такая и где живет.

– Кое-кому, – сказал Нургидан задумчиво, – я напрасно ноги не повыдергивал…

– Я за вами увязался, еле догнал, – не дал себя сбить Чешуйка. – И все разузнал. На другой день прихожу в таверну – а вы уже там. И со Щеглом о чем-то журчите. Как вы ушли, я ему сказал: «Звать барышню Нитхой, в ученицах у Совиной Лапы состоит». Он засмеялся, дал мне еще медяшку и говорит: «Эх, Чешуйка, девчонок на свете – что комарья на болотах, а вот такой второй на свете не найдется!» Врезался он в тебя! Влип, как в смолу! А теперь… его схватили… его в рабство хотят…

И мальчишка обрушил на Нитху и ее спутников трагическую историю Щегла.

Нет, беспризорник не потерял голову настолько, чтобы выдать Аруза. Про коптильню он тоже не стал упоминать. Начал сразу с описания пленника, сидящего за решеткой в бандитском логове и ожидающего, когда придет шлюпка с корабля контрабандистов.

Затем Чешуйка выразительно проехался в адрес «поганого родича» Щегла, который предал родную кровь – то ли струсил, то ли какие-то счеты свел. И теперь вся надежда бедолаги-пленника – на девушку, которая на белом свете одна такая…

Все это мальчишка вывалил сумбурно, но отчаянно и жарко.

Трое друзей застыли в растерянности.

– Вообще-то это не наше дело… – неуверенно начал Дайру.

– …Но мы можем разыскать стражников! – твердо перебила его Нитха. – А мальчишка их отведет, куда надо.

Даже под слоем грязи было видно, как побледнел Чешуйка. Он шагнул назад, перепуганный, как бродячий зубодер, которому предложили удалить больной клык у дракона.

– Да я… да чтоб я… ни в жизнь… да чтоб я сдох!..