– Потому и кружит, что тот Стас Панов не сбросил его на Марс миллион лет назад.

Дарья-вторая зажмурилась, помотала головой.

– Так хочется, чтобы это был сон!

– Мне тоже, – призналась Дарья-первая с виноватой улыбкой. – Но об этом можно только мечтать.

– И вернуться назад… нельзя?

– Куда? – задала Дарья-первая тот же вопрос, что и Стас когда-то в ответ на её точно такой же. – Хроники умирают. Нам нет там места.

Глаза второй Дарьи заполнились слезами. Но она не заплакала, только прерывисто вздохнула.

Стас почувствовал её потрясение, смятение, боль и неуверенность, попытался успокоить:

– В мейнстримовской реальности должна жить ваша «сестра», такая же Дарья, у неё есть родители, они вас примут как своих дочерей.

Девушки переглянулись, одновременно посмотрели на Панова.

– Но ведь это не наши родители, – недоверчиво проговорила сотрудница банка.

– Ну и что? Вас почти нельзя отличить, и генетически вы, наверное, практически родные сёстры.

– Но мы же родились в разных… м-м, виртуалах.

– Вы родились в одном и том же Регулюме, этого достаточно.

– И всё же это неправильно…

– Отставить пререкания! – командирским тоном сказал Стас. – Я предлагал встретиться с «вашими» родителями как вариант. Не захотите – не встретимся. Настраивайтесь на тхабс, будем убираться отсюда.

– Он не ангел, – посмотрела на свою «сестру» Дарья-вторая.

– Чтобы сохранить ангельский характер, – буркнул Стас, – надо иметь дьявольское терпение.

Лица обеих девушек вытянулись.

Они стали так похожи, что Стас фыркнул.

– Видели бы вы себя.

Девушки одинаковым движением раскрыли сумочки и достали зеркальца, посмотрели на свои отражения.

Стас засмеялся.

– Похожи, похожи. Ну что, поели? Тогда одеваемся и в путь.

– Я одета не по-походному…

– Купим тебе курточку.

– Что ты хочешь делать? – спросила Дарья-первая, как бы давая понять своим вопросом, что она зависит от его решений и готова им подчиняться.

– Сначала мы проверим одну мою мысль. Возможно, отдохнём по-настоящему. Потом рванём в прошлое. Нет возражений?

– Я бы хотела… – начала Дарья-вторая.

– Нет, – сказала Дарья-первая.

Всё-таки их похожесть имеет свои пределы, подумал Стас. Поднялся, подал воспитательнице шубку. Вместе вышли из кафе.

Вечерело. Над городом копилась глухая сизая мгла, из которой время от времени сыпался мелкий снег. Пейзаж был зимний, безрадостный, беспросветный, отчего на душе становилось ещё тоскливей. Такой привычный и, в общем-то, уютный и знакомый мир умирал. Точнее – засыхал, как выразился сам же Станислав в ответ на вопрос Дарьи.

Он покосился на спутниц.

Стоят, испуганно ждущие, растерянные, притихшие, нахохлившиеся, как воробьи. Для них и в самом деле всё рухнуло, мир перевернулся, стал чужим, а будущее сулило только неприятности, страх и потери.

Может быть, зря он поддался увещеваниям Ста-Пана?

На локоть легли чьи-то пальчики.

Стас повернул голову, встретил взгляд первой Дарьи. Она почувствовала его колебания и пыталась поддержать. Господи, да ради этого он готов на всё!

– Куда теперь? – обречённо и потерянно проговорила Дарья-вторая. Она всё ещё не могла прийти в себя от того, что узнала.

Дарья-первая прижалась к ней, шепнула на ухо:

– Всё будет хорошо.

Сотрудница банка грустно улыбнулась.

– Ты в это веришь?

– Верю.

– А он?

Обе девушки посмотрели на спасителя.

– А что я? – сделал Стас официальное лицо. – Я при исполнении…

– Шутишь?

Стас развёл руками:

– Не верил бы – не ввязывался бы в эту историю. Понадобится, дойдём до края Вселенной и спросим у кого надо, зачем он всё это затеял с Регулюмом. Поддержите?

Дарья-вторая снова улыбнулась, но уже с меньшей долей грусти.

– Поддержим?

– Ага, – сказала Дарья-первая.

– Тогда в магазин.

Они отыскали небольшой универмаг, купили Дарье-второй белую куртку с капюшоном. Она торопливо оделась и стала абсолютно похожа на «сестру».

Вышли из магазина.

Стас огляделся по сторонам, никого в обрушившейся с неба лавине белой пороши не увидел и обнял девушек за плечи:

– Прыгаем, пока никто не видит!

Свет близких фонарей в глазах погас, затрепыхалось сердце от «падения» в «колодец». Чёрное ничто полетело навстречу, пронизывая тела «идущих сквозь барьер», и Стас гаснущим сознанием «довернул» полёт в нужном направлении.