– Отвернись или закрой глаза, я зарядку сделаю.

Дарья послушно закрыла глаза ладошками, но оставила щёлку.

Стас сделал вид, что ничего не замечает, помахал руками, сделал два десятка отжимов от пола, столько же приседаний, наклоны вперёд и повороты торсом, затем схватил халат и убежал в ванную. Он был в меру мускулист, поджар, гибок и не стеснялся своей фигуры, зная, что девушкам есть на что посмотреть.

Через несколько минут появился в комнате, в хорошем настроении. Вчерашние приключения уже потускнели, покрылись флёром былого и казались едва ли не сном. Хотелось есть и двигаться, а главное – выглядеть уверенным в глазах спасённой, внезапно оказавшейся в непривычной обстановке и необычном качестве.

– Извини, бриться тут нечем, – потрогал он щетину на щеках. – Позавтракаем, и я побреюсь в парикмахерской. Ну что, ты готова к великим делам?

Дарья наметила свойственную ей несмелую улыбку.

– Я себя уже щипала – не сплю. Но так странно всё… как компьютерная игра.

– Это не игра, – сказал он серьёзно. – Нам предстоит ещё вернуться в мейнстримовскую реальность Регулюма, и за нами погонятся охотники всех этих сволочных Равновесий.

Дарья поёжилась.

– Но с другой стороны, – попытался он успокоить её, – всех делов-то – найти в прошлом Ста-Пана, когда он ещё не стал комиссаром СТАБСа, устроить ему встречу с Дарьей – и наша миссия закончится.

– Наша…

– Ну моя, – поправился он.

– Я не поняла, зачем Ста-Пану встречаться с Дарьей. Кстати, я тоже Дарья.

Стас смутился.

– Если честно, я не успел его расспросить подробно. Возможно, он хотел изменить реальность, избежав ошибки.

– Какой?

– Ну, он принял неправильное решение…

– Ты уже говорил об этом. Какое? Неужели он и об этом ничего не сказал?

Стас присел на кровать, начал переодеваться.

– Он должен был сбросить марсианский спутник Фобос, который на самом деле не спутник, а древний космический корабль… ну, не суть. Короче, он хотел сбросить Фобос на марсианский стратегал. Помнишь, я рассказывал тебе о нём?

– Стратегал – это генетическая матрица Регулюма.

– Молодец, запомнила. Но Ста-Пан передумал, не стал сбрасывать, и реальность изменилась. Теперь земной социум подчиняется Терсису, глобальной террористической системе, и Ста-Пан хочет нейтрализовать последствия своей ошибки.

Дарья недоверчиво хмыкнула.

– Интересно, каким образом твоя Дарья поможет ему это сделать?

– Во-первых, она не моя. Во-вторых, я понял так, что у него в молодости была девушка и тоже Дарья. Ста-Пан надеется, что, увидев её, он – молодой изменит решение, Фобос грохнется на Марс, уничтожит стратегал, и Регулюм освободится от воздействия контролирующих сил.

– Но ведь если Регулюм останется без контроля, его стабильность может нарушиться?

– Его никто не будет корректировать изнутри, понимаешь? Равновесия борются за власть, меняя прошлое, для них стабильность Регулюма – дело второстепенное. А внешняя контролирующая сила останется.

– Метакон?

– Правильно. Хотя Ста-Пан утверждал, что Метакон просто выполняет волю Творца нашей Большой Вселенной, состоящей из множества регулюмов.

– Почему же он не вмешался тогда, в прошлом, когда Ста-Пан ошибся?

– Не знаю, не спрашивал. Возможно, Метакон вмешивается только в экстремальных случаях, когда назревает полный сброс Регулюма в…

– В «хрономогилу»?

– А чёрт его знает! В никуда, в вакуум, наверно.

– А зачем Ста-Пану две Дарьи?

Стас порозовел, застигнутый врасплох вопросом. Он не знал, как на него отвечать. Сказать, что Дарья ему нравится и что никакому Ста-Пану отдавать её он не собирается, было почему-то стыдно. К тому же он не знал, как отреагирует девушка на «первого» Стаса Панова, развернувшего Фобос обратно. Вдруг он ей понравится больше? Но и промолчать не мог.

– Ста-Пан насчёт этого ничего не говорил. – Это была правда. – Но я думаю, что он рассчитывал удвоить эффект.

– Какой эффект?

– Узнаем. – Стас дал понять, что разговор закончен, пора приступать к делу; не делиться же с Дарьей соображениями, что две Дарьи действительно могут подействовать на молодого Ста-Пана в нужном направлении. – Поехали.

Дарья с готовностью поднялась.

Утро двадцать второго февраля выдалось в этой Москве морозным и ясным. Температура воздуха упала до минус двадцати градусов, о чём Стасу шепнул внутренний «термометр». Но он уже привык полагаться на «автоматическую» регуляцию метаболизма, подчинявшуюся новым умениям, а Дарья привыкла к зимнему холоду, так как климат в её России ничем не отличался от климата в этой, и на мороз оба отреагировали одинаково: ускорили шаг.

Доехали до метро «Беговая», отыскали банк «Москредит», зашли внутрь, в операционный зал для физических лиц, якобы для ознакомления с правилами получения кредита. Стас усадил Дарью за столик, придвинул рекламные буклеты банка, осторожно огляделся. И сразу же за стеклом одной из операционных кабинок увидел «объект спасения». Невольно вздрогнул. Вторая Дарья действительно как две капли воды походила на первую, только причёска у неё была другая да волосы покороче.

«Ни фига себе! – ошеломлённо подумал он. – Их же различить невозможно!»