Отъехав на порядочное расстояние, я затормозил. После всего случившегося Мириам не могла остаться в живых. Так почему же она шевелится и даже бормочет что-то? Я прижал ее к себе, взял за запястье. Она силилась выговорить мое имя. Я едва не рассмеялся. Она пыталась ругаться, а язык ее не слушался. Тогда я действительно рассмеялся.

– Привет, - произнесла она и облизала губы.
– Меня немножко помяли.

Она дотронулась до горла и улыбнулась.

– Дорогая моя, прости, что я тебя туда притащил. Не знаю, что за дурь...

– Помолчи, - прошептала она и опустила голову на сиденье.

Она молчала так долго, что я испугался.

– Мириам...

– Кстати о птичках, - перебила она меня, и голос ее прозвучал так спокойно и естественно, что я был вновь поражен.
– Ты недавно задал мне один вопрос. Так вот, я выйду за тебя замуж, если хочешь.

Я все-таки не мог прийти в себя, настолько был изумлен.

– За что?
– удалось мне проговорить. Мириам припала ко мне.

– Дело в том, что я всегда мечтала о том, чтобы муж рассказывал мне по вечерам страшные истории.

Добавить к этой истории могу вот что. Томми отказался быть шафером на моей свадьбе, так как разозлился за попорченное оборудование. А я купил этот особняк на Гроув-стрит и распорядился снести его. Сейчас на том месте уже построен новый дом, и мы с Мириам в нем счастливы.