– Видишь лампочки?
– Томми гордо указал на нечто вроде диспетчерского пульта.
– На к-каждой двери есть реле и фотоэлемент, так что я всегда буду знать, в к-какой вы к-комнате. Вот микрофон, а ф-фонограф вон там. Д-дом отапливается г-горячим воздухом. Я подношу г-г-громкоговоритель к трубе и включаю запись, т-тогда во всем доме будет слышно. Стоны и вздохи у меня первоклассные.

– Не сомневаюсь.
– Я невольно заулыбался.
– А скажи, для чего тебе знать, в какой комнате мы находимся?

– К-куда пускать подсветку, - ответил Томми и кивнул на другой пульт, где я увидел с полдюжины тумблеров и реостат.
– Я некоторые стенки флуоресцентной краской покрасил. Если пустить на такую стенку ультрафиолетовый луч, краска будет светиться в темноте. Ты направляешь туда фонарь - и ничего нет. И еще у меня тут кое-где фотовспышки есть. Закачаешься!

– Закачаюсь, - подтвердил я.

– Значит, так, - принялся инструктировать меня Томми.
– Ты проведешь свою ледяную куклу (насколько я понял, так он непочтительно назвал Мириам) через парадный вход и проведешь по всем к-ком-натам. Обязательно расскажи ей обо всех таинственных смертях. Я записал все истории.
– Он протянул мне несколько листков с напечатанным на машинке текстом.
– Что твоя Мириам увидит, ты теперь знаешь. Больше я для тебя ничего сделать не могу.

– Ты сделал немало, - заверил я и хлопнул Томми по спине. Его очки свалились с носа и разбились. Томми невозмутимо достал из нагрудного кармана другие очки и водрузил на нос.
– Благодаря тебе ее лед быстро растает.

Томми дал мне еще несколько ценных указаний, после чего мы с ним совершили обзорную экскурсию по дому. Затем я отправился домой, чтобы как следует изучить перепечатанные Томми страшные рассказы. По дороге я думал о том, что Мириам ждет незабываемый вечер.

***

Два дня спустя я подкараулил Мириам на одной из тех вечеринок, которые Реджи Джонс любит устраивать для совершенно незнакомых ему людей (то есть приглашает он дюжину знакомых, а приходит человек пятьдесят), положил руку ей на плечо и прошептал на ухо:

– Ты выйдешь за меня замуж?

Не поворачивая головы, она откликнулась:

– Привет, Билл.

– Мириам, я задал тебе вопрос, - сказал я севшим от волнения голосом.

– Я же ответила: "Привет, Билл". Ее плечо выскользнуло из-под моей руки. Мне оставалось стиснуть зубы и сохранять спокойствие.

– Тебе нравятся привидения?
– спросил я как можно более небрежно.

– Не знаю. Я с ними не встречалась. Послушай, Билл, тебе случалось когда-нибудь приглашать девушку на танец?

– Нет, - отрезал я.
– Обычно я сшибаю с ног всех девушек, которые со мной танцуют. А сейчас мне танцевать не хочется. Мне хочется поговорить с тобой о привидениях.

– Милая тема, - заметила Мириам. Я кивнул Мириам в сторону канапе. Когда мы, протолкавшись сквозь толпу гостей, сели, я торжественно начал:

– В тысяча восемьсот пятьдесят третьем году домовладелец Иоахим Грандт - , фамилия пишется с буквой "д" - был убит неизвестным лицом или лицами на первом этаже своего особняка на Гроув-стрит. По городу пошли слухи, что в доме нечисто. В результате состоятельные горожане не желали покупать этот особняк, и внучатый племянник покойного по имени Харрисон Грандт - эта фамилия тоже пишется с буквой "д" - решил провести там ночь, дабы опровергнуть россказни о нечистой силе. Наутро его обнаружил там некий Гарри Фортунато. Харрисон Грандт был задушен, причем вновь неизвестным лицом или лицами, точно таким же образом, как и его родич. Фортунато был столь озадачен своим открытием, что опрометью бросился прочь из дома и сломал шею на крыльце.

– Очень забавная история, - ровным голосом произнесла Мириам, - но все же не настолько, чтобы рассказывать мне ее на ухо жарким шепотом, тогда как мы могли бы танцевать.

– Дорогая моя!
– взмолился я.

– Это слово тоже пишется с буквой "д", - вставила Мириам.

– Дай я расскажу тебе все до конца. После смерти Фортунато в том доме еще двое были убиты, а двое, как предположила полиция, покончили с собой. Причины смертей те же: удушье либо сломанная шея. Так что сейчас никто уже не сомневается, что над тем домом тяготеет проклятье. Там появляются призраки, слышатся потусторонние голоса и так далее, все как полагается. И я узнал адрес.

– Вот как? И какое же отношение все это имеет ко мне?

– К тебе? Видишь ли, я когда-то слышал, что тебя не может испугать ни человек, ни зверь. Вот мне и стало интересно, как обстоят дела с привидениями.

– Не пори чепуху, Билл. Все привидения обитают в головах дураков и выскакивают оттуда, когда дуракам хочется чего-нибудь испугаться.

– Я говорю о настоящих привидениях. Мириам оценивающе оглядела меня.

– Может быть, ты их видел? Я кивнул.

– Это лишний раз подтверждает мой тезис о дураках. Пойдем потанцуем.