A Sinistra
вернуться

Пелевин Виктор Олегович
Шрифт:

– Да, труп, - кивнул Дельвиг, поправляя очки.
– Суть человек, утративший душу. Как, помните, у Гете:

Wer reitet so spaet durch Nacht und Wind? Es ist der Vater mit seinem Kind; Er hat den Knaben wohl in dem Arm, Er fasst ihn sicher, er haelt ihn warm. "Mein Sohn, was birgst du so bang dein Gesicht?" "Siehst, Vater, du den Erlkoenig nicht? Den Erlenkoenig mit Kron` und Schweif?" "Mein Sohn, es ist ein Nebelstreif." -- "Du liebes Kind, komm, geh mit mir! Gar schoene Spiele spiel` ich mit dir; Manch bunte Blumen sind an dem Strand; Meine Mutter hat manch guelden Gewand." -- "Mein Vater, mein Vater, und hoerest du nicht, Was Erlenkoenig mir leise verspricht?" "Sei ruhig, bleib ruhig, mein Kind! In duerren Blaettern saeuselt der Wind." -- "Willst, feiner Knabe, du mit mir gehn? Meine Toechter sollen dich warten schoen; Meine Toechter fuehren den naechtlichen Reihn Und wiegen und tanzen und singen dich ein." -- "Mein Vater, mein Vater, und siehst du nicht dort Erlkoenigs Toechter am duestern Ort?" "Mein Sohn, mein Sohn, ich seh` es genau, Es scheinen die alten Weiden so grau." "Ich liebe dich, mich reizt deine schoene Gestalt; Und bist du nicht willig, so brauch` ich Gewalt.

Сашенька прекратил копать. Огляделся. Вокруг - темнота и три темные фигуры. Первые звездочки на небе появились. Стрекочут в траве кузнечики. Разгоряченная спина мальчика вдруг как-то сразу похолодела.

– Закончил?

Шепот Дельвига - как дыхание самого Диавола.

– Да.

– Вылезай.

Пущин подал Сашеньке руку, помогая выкарабкаться из ямы.

– Давайте скорее, - взмолился Кюхля, стуча зубами.

Сашенька и Пущин подняли Парамошку.

– Какой твердый, - изумился Пущин.
– Как дерево.

– Как Лесной Царь, - молвил Дельвиг.

Волосы на голове Сашеньки встали дыбом.

Парамошка пошевелился!

Сашенька заорал, отпустил ноги лакея и, сломя голову, понесся сквозь ночь, не чуя, как безжалостно драл его жесткий кустарник. Следом за ним летели на крыльях всепобеждающего страха остальные мальчишки.

Конец.