— Именно, — кивнул Пётр Александрович, не отрываясь от экрана. — Автономный модуль: панель, аккумулятор, передатчик сотовой связи. Датчик срабатывает — камера делает серию снимков и отправляет пакет данных на сервер. Если кто-то попытается сломать модуль — сработает датчик вскрытия и отправит тревожный сигнал. Просто, надёжно, эффективно. И необязательно круглосуточно дежурить у мониторов — сервер перенаправит снимки всем, кому надо.

Мы двинулись дальше. Пётр Александрович командовал, Шурка вела машину и жадно внимала каждому слову. Осмелев, она принялась засыпать безопасника вопросами, на которые он терпеливо и даже охотно отвечал. Я же был одновременно и охраной, и зрителем этого мастер-класса.

В лесу нам встретилась лиса, шерсть которой на солнце отливала хорошо заметной зеленью. Размером с овчарку, она, завидев нас, беззвучно растворилась в кустах. Позже дорогу нам перебежал кабан-секач — мощный, мускулистый, с таким же изумрудным блеском на щетине. Он остановился, хрюкнул, злобно сверкнув на нас маленькими глазками, и скрылся в чаще.

— А южный въезд, я так понимаю, дальше по трассе? — спросил Пётр Александрович, сверившись с картой. — Дорога ведёт прямо к усадьбе через лес.

— Да, только она заросла, на машине там не проехать, — я вспомнил стоянку наёмников и ельник, через который я не смог проехать даже на большом пикапе. — Надо по трассе ехать, там ориентир — высоковольтная ЛЭП, не ошибёмся.

— Поехали, — коротко бросил Пётр.

Через полчаса мы выехали к широкой просеке, посередине которой тянулась цепочка опор. Свороток с трассы уходил в лес практически на углу. Поблекшая от времени табличка возвещала, что здесь начинаются владения графа Каменского.

Пётр Александрович уже делал пометки в планшете.

— Здесь поставим два комплекса, — решил он. — Один прямо на въезде, а другой подальше, метров через пятьсот.

Мы проехали вглубь леса в поисках подходящего места, и остановились на небольшом холме, с которого отлично просматривался въезд в лес. Пока Пётр Александрович осматривался, мы с Шуркой решили немного размять ноги.

— Эх, дождик бы, — вздохнула она, глядя на небо. — Всё уже посажено, теперь самое то полить. А то месяц почти без дождей.

— Дождь я вызывать не умею, — улыбнулся я. — Но жара, согласен, начинает утомлять.

— Илья, смотри, — вдруг зашептала Шурка, дёргая меня за рукав.

Пискнула чуйка.

На находившуюся неподалёку поляну величественно вышло стадо оленей. И во главе его шёл огромный самец, почти вдвое крупнее остальных. В лучах заходящего солнца его тёмная шерсть имела явственно зелёный отлив.

Обычные олени, почуяв нас, испуганно замерли, готовые сорваться с места, но вожак даже не шелохнулся. Он медленно повернул свою голову и посмотрел прямо на меня. В его глазах не было животного страха. Он не боялся. Он оценивал.

— Не двигайтесь, — тихо предупредил я.

Демон-олень фыркнул, развернулся и неторопливо увёл своё стадо вглубь леса.

— Дааа, — протянул Пётр, провожая их взглядом. — Теперь я понимаю, почему вам нужна система охраны, а не просто забор.

Вернулись мы уже на закате.

К десяти вечера мы собрались в моём кабинете. Пётр Александрович, казалось, совсем не устал после поездки. С деловитым видом он разложил на столе большой лист бумаги и, вооружившись карандашом, принялся набрасывать схему территории, параллельно вводя нас в курс дела.

— Основная идея проста, — он отметил крестиками ключевые точки въезда. — Создаём периметр наблюдения. Любой, кто попытается подойти к усадьбе или деревне, будет замечен. Три въезда на территорию — здесь, здесь и здесь, — карандаш уверенно скользил по бумаге. — Два модуля в самой деревне для контроля подходов к ней. Мост через реку — обязательно. Усадьба, естественно. И ещё пять точек на возвышенностях, откуда хороший обзор открытых участков.

Шурка, забыв про усталость, склонилась над схемой, внимательно следя за каждым движением карандаша.

— А мы между деревней и усадьбой часто ездим, — она ткнула пальцем в дорогу на схеме. — Камеры каждый раз будут срабатывать?

Пётр Александрович оторвался от схемы и с одобрением посмотрел на неё.

— Хороший вопрос. Система будет иметь несколько режимов. В обычном режиме это событие низкого приоритета. Без уведомлений, просто запись в архив. А вот если уже объявлена тревога — тогда любое движение будет вызывать немедленное оповещение.

— А кто может объявить тревогу? — поинтересовался я.